Forums.Avtograd.Ru: АРХИВ - Forums.Avtograd.Ru

Перейти к содержимому

  • (38 Страниц)
  • +
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • Последняя »
  • Вы не можете создать новую тему
  • Вы не можете ответить в тему

АРХИВ Длинные энциклопедические посты и статьи

#1 Пользователь офлайн   GreenArt

  • Старожил
  • PipPipPipPipPip
  • Группа: Пользователи
  • Сообщений: 6 528
  • Регистрация: 01 Ноябрь 07

Отправлено 06 Ноябрь 2007 - 19:45

Сюда
0


  • (38 Страниц)
  • +
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • Последняя »
  • Вы не можете создать новую тему
  • Вы не можете ответить в тему

Другие ответы в этой теме

#41 Пользователь офлайн   Airman

  • Старожил
  • PipPipPipPipPip
  • Группа: Пользователи
  • Сообщений: 2 854
  • Регистрация: 01 Ноябрь 07

Отправлено 10 Январь 2008 - 04:35

http://tertium-non-d...H...526d&page=8

Известно ли вам, что...
Наша власть
- В рейтинге экономической свободы Fraser Institute Россия занимает 102-е место из 130-и возможных (деля его с Нигерией и Сьерра-Леоне);
- В рейтинге "Индекс восприятия коррупции" Россия заняла 127 место из 163 (рядом с Индией, Гондурасом, Зимбабве и Мозамбиком);
- В рейтинге недееспособности государств (индекс, призванный оценить неспособность властей контролировать целостность территории, а также демографическую, политическую и экономическую ситуацию в стране) Россия заняла 62 место из 177 (уступив Замбии, Мозамбику, Никарагуа, Намибии и Монголии);
- По оценке фонда “Индем” за 2005 г., объем деловой коррупции в России — $316 млрд, а бытового взяточничества — $3 млрд.;
- В рейтинге уровня свободы международного агентства State of World Liberty Россия заняла 124 место из 159 (сразу после Центральноафриканской Республики);
- По данным Программы развития ООН, в рейтинге стран по уровню жизни Россия заняла 65-ое место (отстав от Ливии, Кубы и Тринидад и Тобаго);
- В 1992 по материалам, предоставленным депутатской комиссией во главе с М. Салье было возбуждено уголовное дело № 144128 в отношении председателя комитета по внешним связям мэрии города Санкт-Петербург Владимира Путина (с 26 марта 2000 года - Президент РФ) по факту незаконной выдачи лицензий на вывоз для продажи по бартеру нефти, леса и цветных и редкоземельных металлов сомнительным и малоизвестным фирмам по демпинговым ценам (в две тысячи раз ниже, чем существующие);
- По данным Forbes, в 2000 году среди долларовых миллиардеров не было ни одного россиянина, тогда как в 2006 году их стало 33 (3/4 из которых сколотили состояние на продаже нефти, газа и металлов);
- РАО Газпром владеет телеканалами НТВ, ТНТ, НТВ-плюс, газетами «Известия» и «Трибуна», издательским домом «7 дней», радиостанциями «Эхо Москвы» и Сити-FM, владеет телеканалом "Россия" и имеет контрольный пакет "Первого канала" и третьего национального телеканала, газетами «Комсомольская правда», «Экспресс-газета», «Газета.RU», «КоммерсантЪ», кроме того холдингу "Газпром-медиа" принадлежат контрольные пакеты акций радиостанций радио "Тройка", "Первого популярного радио", "До-Радио", радио Next.
- В июле 2007 внесены поправки в закон "Об оружии", по которому теперь акционерные общества и их дочерние предприятия осуществляющие эксплуатацию объектов, предназначенных для добычи, переработки, транспортирования, хранения нефти и газа имеют право на приобретение и применение оружия (виды, типы, модели и количество которгого устанавливаются Правительством Российской Федерации).
- 23.03.07 Внесен Президентом, 23.05.07 принят Государственной Думой и 25.05.07 одобрен Советом Федерации федеральный закон "О ратификации Соглашения между государствами - участниками Североатлантического договора и другими государствами, участвующими в программе "Партнерство ради мира", о статусе их Сил от 19 июня 1995 года и Дополнительного протокола к нему", по которому военнослужащие НАТО смогут прибывать в Россию в военной форме только по удостоверению личности с правом ношения и применения оружия, а в случае совершения иностранным военнослужащим преступления на территории России он задерживается военной полицией своего государства и наказывается по законам своей страны;
- На встрече президента Чеченской республики с первым заместителем директора ФСИН РФ 14.03.07 достигнуто соглашение, по которому с 2008 года каждый осужденный, который проживал (то есть был зарегистрирован) на территории Чеченской республики в момент совершения преступления на территории России, будет переведен для отбывания срока и пересмотра его дела в Чечню, т.к. по словам Р. Кадырова "в местах лишения свободы находится много чеченцев, не совершавших никаких преступлений".
- В ежегодный рейтинг миллиардеров журнала "Финанс." вошли около 40 депутатов Госдумы и членов Совета Федерации, а также 3 руководителя субъектов РФ;
- Согласно данным Госкомстата, в России 30 процентов населения - бедные и 35 процентов - нищие, то есть две трети населения России живут либо в нищете, либо на ее грани;
- По неофициальным данным ничего не производят и существуют за счет бюджета и платежеспособной части населения более 85% населения России;
- в России общая численность госслужащих составляет 1 млн 53 тыс. человек. С 1992 года она возросла почти вдвое.
- Численность личного состава милиции с 90-х годов увеличилось примерно в 2 раза ( 1992 - 463,6 тыс., 1998 - 601,1 тыс., 2006 - 821,3 тыс.) ;
Наше общество
- Число регистрируемых за год преступлений выросло с "диких 90-х" до настоящего времени примерно в 2 раза (с 1,8 миллиона в 1990 и 2,2 миллиона по РСФСР в 1991 году до 3,86 миллиона по России в 2006);
- Согласно данным опроса Всероссийского центра изучения общественного мнения, милиции доверяют менее 10% россиян;
- Россия находится в первой тройке стран по числу убийств на душу населения (вместе с Колумбией и ЮАР);
- По темпам распространения СПИДа Россия вышла на первое место в мире;
- Россия вышла на первое место в мире по количеству заключенных на 100 тыс. жителей;
- Число преступлений, связанных с наркотиками, с 1990 года выросло более чем в 15 раз;
- По данным Федерального агентства по контролю за оборотом наркотиков, за десять последних лет количество наркоманов в нашей стране увеличилось в девять раз;
- Россия является крупнейшим рынком героина в Европе;
- По неофициальным данным каждый двадцатый житель России наркоман, каждый седьмой - алкоголик, а каждый пятый - уголовник;
- По количеству самоубийств Россия вышла на первое место в мире;
- Россия вышла на первое место в мире по работорговле;
Наша армия
- С 1990 по 2006 армия сократилась в 3 раза (с 3,9 до 1,2 млн), а количество генералов увеличилось не менее чем в 1,5 раза (с 901 в 1991 до 1382 в 2005, в конце 90-х их было около 4000)
- В 2006 году в результате дедовщины в армии РФ пострадали почти 7000 военнослужащих, в результате различных преступлений и происшествий в российских Вооруженных силах погибли 766 военнослужащих;
- Военный бюджет России в 25 раз меньше американского (в то время как военный бюджет США сейчас в два раза больше, чем был на пике "холодной войны");
- В 2000-2004 годах для российской армии было закуплено 14 танков, в 2005-м - 17, в 2006-м - 31 (для сравнения: в 1988 закупили 3500 танков);
- С 1994-го по 2003 год в ВВС не поступило ни одного нового самолета (в 1992 было поставлено 67 самолетов, в 2006 - 9);
- В настоящее время на вооружении ВМФ России стоит единственный авианосец, "Адмирал Кузнецов". (остальные 6 проданы Китаю, Индии, либо распилены на металолом);
Наша экономика
- За последние 15 лет в России не было освоено ни одного нового месторождения невозобновляемых природных ресурсов ;
- Эксплуатируемые запасы нефти, урана, меди, а также коренного золота, иссякнут в 2015г;
- В 2006 г доля сырьевых товаров и продукции первичного передела в структуре российского экспорта в Китай (т.е. таких товарных групп, как "минеральное топливо", "древесина", "удобрения", "рыба и морепродукты", "черные" и "цветные металлы", "целлюлоза", "руды") составила 90,52%. В общем экспорте - более 80%;
- из 27 нефтеперерабатывающих заводов, расположенных в России, шесть были пущены в эксплуатацию до войны, еще шесть — построены до 1950 года и восемь — введены в строй до 1960 года. Таким образом, 20 из 27 заводов работают по 40-50 лет, и срок службы оборудования превысил все возможные пределы;
- В 1990 году на волне капитулянтской политики советского руководства Горбачев с Шеварднадзе подарили США 60 тысяч квадратных километров акватории Берингова моря (где наши рыбаки ежегодно вылавливали 130 тысяч тонн рыбы ценных пород и где запасы нефти и газа на шельфе, согласно данным геологической разведки, больше, чем в Кувейте);
Что о нас говорят
- "Россиян следует сократить до 15 миллионов человек, обслуживающих скважины и рудники" Маргарет Тэтчер (бывший премьер-министр Англии);
- "Задача России после проигрыша холодной войны - обеспечить ресурсами благополучные страны. Но для этого им нужно всего пятьдесят - шестьдесят миллионов человек" Джон Мейджер (бывший премьер-министр Англии);
- "Россия с царских времен не умеет управлять Сибирью, а там сосредоточены ресурсы, принадлежащие вовсе не русским, а всему человечеству." Книга "Проклятие Сибири" (группа авторов);
- "Где же тут справедливость, если такой землей, как Сибирь, владеет только одна страна?" Мадлен Олбрайт (бывший госсекретарь США);
- "Сибирь слишком большая, чтобы принадлежать одному государству" Кондолиза Райс (госсекретарь США);
- "Западная Сибирь по Томскую область включительно - временно утраченные китайские территории" (китайский учебник истории);
- "Советский Союз оккупировал слишком много территорий: примерно сто с небольшим лет назад они отрезали всю область к востоку от озера Байкал с Боли (Хабаровск) и Хайшеньвэем (Владивосток) и полуостровом Камчатка. Этот счет не так легко списать. За это мы с ними еще не рассчитались". Мао ЦЗЕДУН;
"Today is only yesterday's tomorrow"
© Uriah Heep
0

#42 Пользователь офлайн   Airman

  • Старожил
  • PipPipPipPipPip
  • Группа: Пользователи
  • Сообщений: 2 854
  • Регистрация: 01 Ноябрь 07

Отправлено 10 Январь 2008 - 04:40

http://tertium-non-d...dex.php?page=24


К войне готовы?
Сегодня военный конфликт между Россией и Западом кажется маловероятным. Но история движется быстро. То, что еще вчера казалось невероятным, вдруг становится реальностью. Когда-то бредом сумасшедшего показались бы воздушная война НАТО против Югославии (1999), атаки Манхэттена в 2001-м, операции США в Афганистане и Ираке после 11 сентября. Нельзя прятать голову, уходя от «запретных» сегодня тем. И мы должны представить себе возможные сценарии войны.

...Президент РФ погиб в мгновение ока. Нанесенный орбитальной бомбардировочно-штурмовой системой неядерный удар был неотразим в принципе. Таково уж оружие конца 2010-х годов: не ядерное, но столь же убийственное.

Сначала точное местопребывание главы Росфедерации установили мощные спутниковые системы разведки. Затем его кортеж накрыла туча вольфрамовых стрелок, запущенных с орбиты в боевых блоках. Мчась со скоростью в 6 километров в секунду, они уничтожили все живое на площади в полтора квадратных километра. Огромная страна вмиг оказалась обезглавленной.

Заокеанский сценарий

Российские генералы даже не шелохнулись. Их американцы вовремя обработали и подкупили, как в свое время подкупили военную верхушку Ирака накануне операции 2003 г. Политическая верхушка РФ парализована страхом. Она не умеет и не хочет брать на себя ответственность, она дрожит за свои шкуры и капиталы за границей. Никто так и не отдал приказа на применение ядерного оружия по целям в Соединенных Штатах.

Тотчас же в Москве начались уличные демонстрации объединенной лево-право-националистической оппозиции, режиссируемой из-за океана. Во главе страны становится Спаситель Отечества, большой Генерал. Формируется Кабинет Русского Спасения, который быстренько объявляет о теснейшим сотрудничестве с Вашингтоном. И берет курс на отделение Северного Кавказа. Уже ясно, что Россия скоро признает Сибирскую и Дальневосточную республики. Их активисты даже не скрывают, что готовы разместить у себя американские военные базы ради того, чтобы предотвратить китайскую оккупацию. И это же – гарантия от притязаний ненавистной Москвы. Той, что только отбирает средства в виде налогов и отчислений, но почти ничего не дает взамен. Американские ВМС и морская пехота занимают Сахалин с его богатейшими месторождениями нефти и газа. Американские контингенты быстро занимают Приморье и опорные пункты вдоль трассы БАМа.

Газовая и нефтяная промышленность, а также трубопроводная система РФ переходят под международный (натовский) контроль в «интересах прогрессивного человечества».

В качестве пехоты американцы используют практически наемные контингенты стран-младших членов НАТО. Поляков и других восточноевропейцев. Не исключено, что в США будет сформирован свой Иностранный легион. (Содержать его дешевле, чем собственно американских солдат). За перспективу получить американское гражданство после нескольких лет службы в такой легион пойдут служить десятки тысяч граждан Украины и РФ, Молдавии и Словакии, Белоруссии и Польши. А сколько из Латинской Америки народу попросится! Из белого населения Южноафриканской республики.

Это очень выгодно владыкам Америки. Ведь они в таком случае набирают хороший корпус солдат. Его можно бросать в такие гиблые места, как Средняя Азия. Кроме того, все это – белые люди и христиане, что гораздо предпочтительнее негров, китайцев или выходцев из исламского мира. Такая прививка не повредит США. Конечно, это – воскрешение практик поздней Римской и Византийской империй, что набирали части из иноплеменников. Корпус иностранных наемников, сплотившихся во время службы, в случае чего можно кинуть на подавление внутренних беспорядков в самих Соединенных Штатах. Наемники, соблазненные перспективой получения гражданства, без колебаний откроют огонь и по чернокожим, и по китайцам, и по мусульманам. И даже по белым люмпенам американских городов.

Часть функций возьмут на себя эффективные частные военные компании – тоже наемные части, набранные из бойцов со всех концов света.

Война против России выигрывается американцами за один-единственный день. Она обошлась им всего-навсего в десять-пятнадцать миллиардов долларов.

Новая Барбаросса

Иную картину рисует Александр Владимиров, генерал-майор, вице-президент Коллегии военных экспертов, кандидат политических наук.

Ближайшая стратегическая задача НАТО заключается в уничтожении России как основного геополитического противника. Как? Путем ее расчленения с одновременным уничтожением ее вооруженных сил, захватом всех ресурсных зон и переходом к управлению страной с помощью системы оккупационных режимов.

Направления основных стратегических ударов НАТО в этом случае:

1. На северо-западе: удары из Финляндии на Мурманск и Выборг с отделением Кольского полуострова и Карелии, исключая Санкт-Петербург.

2. На западном стратегическом направлении: удары по сходящимся направлениям из Прибалтики и Украины (минуя и блокируя Беларусь) – на Москву, с одновременной «зачисткой» Калининграда.

3. На юго-западном стратегическом направлении: сходящиеся удары из Украины, Грузии и Казахстана с целью отсечения юга России и Каспийского моря, с общим направлением на Волгоград (с одновременной «зачисткой» Приднестровья, Абхазии, Осетии, и черноморской зоны России).

4. На юге: расходящиеся удары с территории Казахстана: первый – на север вдоль Уральского хребта до полярных зон. Второй – на Волгоград (практически – на Сталинград). Третий – на восток вдоль БАМа.

В результате такой «Барбароссы» в европейской части бывшей РФ формируется подмандатное НАТО, «национально чистое» «Княжество Русское» (почти по рубежу «этнической русской зоны»). Выход к морю оного княжества – только в районе Архангельска (Белое море), причем под полным контролем Запада. Южнее формируется самостоятельная Кавказская федерация, западнее – Великая Польша (включающая Беларусь) и укрупненная Великая Украина. В Поволжье создается несколько исламских государств или Исламский союз государств Поволжья. На северо-западе организуется Конфедерация Прибалтийского альянса – до Пскова включительно. На Востоке Китай попытается провести большую операцию по взятию под контроль всей двухсоткилометровой пограничной Дальневосточной зоны, Приморья, сырьевых зон и инфраструктурных объектов, в том числе и с целью недопущения к ним армий НАТО и США.

Время подготовки плана такой операции – 2-7 лет.

Выдумка или повторение пройденного?

- Такой сценарий возможен лишь в том случае, если в России разразится кризис власти и экономики, когда политика страны станет пассивной, а ее Вооруженные силы – недееспособными, – считает А.Владимиров. – В таком случае система стратегического управления РФ в войне терпит полный крах, разрушаются силы стратегического сдерживания России. Другими необходимыми условиями мы считаем согласие народов Украины и Грузии на вхождение в НАТО; заблаговременную смену режимов в Казахстане (возможно, и в Беларуси); разрастание вооруженных конфликтов (мятежей) в регионе Северного Кавказа, в Поволжье и Прикаспии. А также превентивное сосредоточение экспедиционного корпуса НАТО (США) в Прибалтике, Казахстане, Украине, Грузии. Для осуществления плана необходимо удержание НАТО и США абсолютного превосходства в информационной сфере, в космосе, море и в воздухе, подготовка серьезной «пятой колонны» на территориях стран-жертв агрессии и возможная революционная ситуация в них.

План почти идентичен гитлеровскому плану «Барбаросса» – плану нападения на СССР-Россию. Правда, этот вариант «облегчен» для агрессора ненужностью взятия Украины и Кавказа и учетом ошибок прошлого. Он существенно дополнен «казахской компонентой» и не подразумевает масштабной войны на собственно русских территориях европейского театра военных действий (ЕТВД).

Возникает вопрос: а возможен ли такой вариант вообще? Ибо для современного и образованного европейца все это выглядит, как совершенный бред. Но для образованного европейца конца 1930-х годов и план «Барбаросса» казался абсолютным бредом.

Победа – в быстроте

Еще один сценарий выдвинул известный русский военный аналитик Михаил Ходаренок.

Видимо, самой главной чертой будущей войны НАТО с ядерной державой (РФ) станет быстрота. Если в течение нескольких минут не удастся нанести «разоружающий удар» – нейтрализовать носители сил ядерного сдерживания (СЯС) и полностью исключить применение тактического ЯО – нападающая сторона может считать войну проигранной. Поэтому Запад прежде всего «вырубит» ядерную компоненту Росфедерации. Разведка США уже давно вскрыла места дислокации основных и запасных подземных пунктов высших звеньев управления, узлов связи, центральных командных пунктов видов Вооруженных Сил РФ.

Основной задачей первых минут возможной агрессии НАТО станет вывод из строя системы управления государством и Вооруженными силами. В первую очередь – многократно дублированной системы управления СЯС (в том числе центров связи с ракетными подводными лодками стратегического назначения, использующими диапазон сверхдлинных радиоволн) и подвижных пунктов управления Верховного главнокомандования (воздушных и железнодорожных). Мощному удару с использованием средств воздушного нападения противника подвергнутся наиболее значимые административные здания Минобороны в Москве (новое и старое здания Генштаба на Арбатской площади, «третий дом» на Фрунзенской набережной, узлы связи Генерального штаба и видов ВС и т. д.), откуда возможно осуществлять руководство войсками (силами). Одновременно с ними разрушению подвергнутся пункты управления и узлы связи военных округов.

«Короче говоря, главная задача первых пяти минут войны – полная и окончательная дезорганизация системы государственного и военного управления, парализация всех видов электросвязи. По большому счету, подобная цель перед нападавшей стороной стояла всегда. Однако принципиальная новизна в данном случае будет заключаться в том, что решать эту задачу придется на качественно ином инженерно-техническом уровне и, по всей видимости, без привлечения радиолокационно наблюдаемых средств воздушно-космического нападения. Как это произойдет, с помощью каких сил и средств, точно предсказать сегодня вряд ли возможно. Но то, что конструкторская мысль наших «стратегических партнеров» усиленно работает в этом направлении, догадаться нетрудно. Ведь в том и заключается основной элемент стратегической внезапности, что с традиционными задачами справляются благодаря применению принципиально новых способов и средств», – считает М. Ходаренок.

Никаких фронтов, никаких стратегических операций на морских и континентальных ТВД, никакого прорыва обороны и многодневных бомбардировок в войне будущего не предвидится. Реальностью станет мгновенный, мощный, согласованный по всем составляющим и сферам удар.

Гибельный блицкриг

После того, как «ядерное жало» РФ будет вырвано, дальнейшие военные действия сведутся к добиванию оставшегося военного потенциала Росфедерации высокоточным оружием в обычном снаряжении. Наступит этап стремительных прорывов и рейдов механизированных и бронетанковых подразделений ради молниеносного захвата ключевых точек территории страны, без обладания которыми организация какого бы то ни было сопротивления немыслима. В первую очередь – центров коммуникаций, региональных узлов связи и центров политического и военного управления в субъектах РФ.

По Ходаренку, военные приготовления к подобной операции пойдут под видом больших маневров блока НАТО – с приглашением военных наблюдателей от России. Никакие особые «мобилизации» Западу и не требуются – современное состояние боеготовности ВС развитых в военном отношении стран позволяет обойтись без этих процедур, свойственных мировым войнам XX веке.

После обезоруживающего и парализующего удара первых пяти минут дальше операция НАТО против России превратится в блицкриг. В нем у русских не останется никаких шансов из-за огромного превосходства войск НАТО в обычных вооружениях и боевой техники, в средствах связи, разведки, радиоэлектронной борьбы, в системах управления и автоматизации.

Группировка войск Калининградского оборонительного района будет ликвидирована за двое суток, поскольку здесь налицо не только численное превосходство войск альянса, но и беспрецедентная в военной истории линия боевого соприкосновения (сформированная уже в мирное время), когда практически все военные и государственные объекты российского анклава находятся в зоне огня ствольной и реактивной артиллерии. На несколько суток дольше продержатся ВС Белоруссии. Украина от прямого участия в войне с РФ уклонится, но предоставит в распоряжении НАТО свою территорию и аэродромы для размещения сил Североатлантического альянса.

В течение нескольких дней после начала операции падет Петербург – вторая столица РФ и важнейший центр военно-промышленного комплекса. Затем последуют стремительные броски войск НАТО к Москве. Немногие очаги сопротивления на их пути будут жестоко подавлены мощными ракетно-авиационными ударами, точность и сила коих значительно превзойдут аналогичные операции в иракской кампании 2003 г. Панику будут усиленно сеять многочисленные и хорошо оснащенные подразделения сил специальных операций. И никакого оперативного, стратегического тыла не окажется. Любые мероприятия мобилизационного характера в РФ окажутся сорванными на начальном этапе их проведения. Противник будет повсюду. При подобном раскладе военные действия займут не более трех недель.

Нефтяной придаток

Все эти сценарии вполне реальны. Но лишь в одном случае: если Россия и в 2010-х годах останется в нынешнем виде – низкотехнологичной «нефтяной страной». С диким расколом между правящей «элитой» и народом. С острым конфликтом внутри самой правящей верхушки. С отсталой промышленностью и Вооруженными силами позавчерашнего дня.

Но картина будет совершенно иной, если Россия сможет стать быстроразвивающейся инновационной державой. Со смелыми пятилетками развития, продуманными национальными проектами и сплоченным народом. Такая страна сможет развернуть военную систему будущего, набор «асимметричных ответов». И тогда опасность военного поражения отступит. С нами не решатся конфликтовать в открыто-военной форме.

Ну а пока противоречия между Россией и Западом нарастает на глазах. Сбывается старый прогноз: даже кособокий и неустойчивый подъем РФ входит в острый конфликт с интересами блока НАТО. Более того, элементарные действия, направленные на выживание и сохранение РФ, вызывают острое неприятие владык Запада.

Увы, пока Россия остается все той же «нефтяной страной»...


КАЛАШНИКОВ Максим
"Today is only yesterday's tomorrow"
© Uriah Heep
0

#43 Пользователь офлайн   Airman

  • Старожил
  • PipPipPipPipPip
  • Группа: Пользователи
  • Сообщений: 2 854
  • Регистрация: 01 Ноябрь 07

Отправлено 10 Январь 2008 - 05:07

http://tertium-non-d...ndex.php?page=9
Когда сгустится тьма

Успокоенные ростом стоимости нефти и ростом экономических показателей экономики, жители крупных городов нашей страны и не задумываются о том, что их ждет в ближайшее будущее, если элита не приложит немедленных и решительных усилий.

Причины, вызывающие событиях, которые могут произойти в нашей стране можно условно разделить на три группы. Я их перед вами разберу выстроив в порядке возрастания опасности.

1 группа внешние причины: Как бы этого кому-либо не хотелось, а Китай к 2015 году станет реальной сверхдержавой. Это вернет планету к состоянию двухполярного мира и разрушит все надежды на скорые дивиденды сторонников однополярного мира. Естественно последние будут принимать все усилия для недопущения возвышения Китая. Но современный Китай - целостная, самодостаточная держава с древней историей и великой культурой. На нее очень мало способов влияния. Попытка подмять под себя все нефтяные потоки Америке мирным путем не удастся. Отказаться от перенесения производства в Китай Европа не сможет. А даже если с помощью гипотетической экономической блокады товары не будут покидать территорию Китай - для него это не страшно - будет лишняя возможность поднять уровень жизни своего населения.

Развалить Китай изнутри, подкупив какие-то части Китайской элиты тоже не выйдет.

Во-первых, Мао Цзедун во время "Культурной революции" полностью убрал от принятия решений представителей элиты хоть как-либо связанных с предыдущими правительствами и иностранцами. Представители нынешней элиты все выросли из хунвейбинов и связаны идеологией китайского пути (а уж к коммунизму или мировому лидерству - роли особой не играет). Да и привычки цацкаться с оппозицией в Китае нет.

Для приостановления пути Китая к лидерству остается единственный шанс - военная угроза или открытые боевые действия. Из-за особенностей китайского мироощущения грозить им ядерным ударом нет смысла. К тому же у Китая есть и свои ракеты и свое ядерное оружие. А одна китайская бомба достигшая Америке принесет ее элите значительно больше вреда чем сто американских бомб достигших Китая.

Остаются только старые добрые сухопутные операции, желательно чужими руками.

Особенности береговой линии КНР таковы, что никакой серьезный десант выбросить на побережье Китай не удастся. Он будет очень быстро уничтожен.

С юга Китай прикрывают джунгли, памятные американцам еще и по вьетнамской войне.

К тому же жителей Индокитая будет невозможно натравить на КНР. С точки зрения простого местного населения - США представляют большую угрозу. С запада Китай прикрыт высокими горами - переброска войск через Тибет невозможна.

Правда на границах со Средней Азией в Синьцзяне есть проход, но он узок и прорыв обороны в этом районе трудноосуществим.

Остатется только северная граница. Кстати все войны приводившие к поражению Китая начинались там. А эта территория как известно относится к России. Поэтому противникам возвышения Китая либо путем установления в России бездумно проамериканской элиты, либо путем раскола России и создания на границах с Китаем марионеточного государства, либо путем включения территорий России во "Всемирный халифат" надо обязательно если не развязать войну России и Китая, то хотя бы создать военную напряженность.

2 группа причин - внутренние национальные

- проблемы связанные с русским вопросом разбирались в предыдущих статьях, рассмотрим теперь так называемую исламскую проблему. Я не буду останавливаться на попытках противопоставить христиан и мусульман, русских и татар - это все не серьезно. Интересы и проблемы жителей восточной части России настолько совпадают, что какие-то разногласия могут разжигаться только представителями "национальных интеллигенций" в крупных городах и в собственных интересах.

Однако в практически каждом городе России организовалась диаспора выходцев из Северного Кавказа и Закавказья. Эти диаспоры контролируют торговлю и мелкий бизнес в теснейшем контакте с местными властями. Отличие представителей местных диаспор от представителей местных властей в том, что в семьях "гостей с юга" по трое и более детей, к ним продолжают приезжать родственники с исторической родины, их дети никуда уезжать отсюда не собираются. В семьях представителей местных властей в основном по одному ребенку, родственные связи слабы ( иначе придется делится благами с родственниками необличенными властью ), дети собираются уезжать либо на Запад, либо в Москву. Добавим к этому то, что "гости с юга" и "представители местной власти" не любят друг друга, а только терпят, поскольку это выгодно обеим сторонам. Для "гостей с юга" "представители местной власти" - это те же русские , которые в их глазах "как бараны - их можно либо резать, либо стричь". Для "представителей местной власти" "гости с юга" - "черножопые", которые должны платить". Так вот, где то к тому же 2015 году численность "гостей с юга" превысит раза эдак в два численность "представителей местной власти". И вот тогда "гости с юга" и попросят "местную власть" поделится и властью и собственностью или как минимум откажутся платить мзду. Местные власти для спасения своих позиций поднимут на флаг лозунги "русского национализма" или даже фашизма. Под действия, организованные местными властями, попадут не только "гости с юга", несчастные гостарбайтеры, беженцы, представители всех других национальносией, но и полукровки и просто люди с недостаточно "арийской" внешностью. Для спасения своей жизни и имущества "гостям с юга" придется искать тоже какой-то лозунг. И вот тут-то как никогда кстати придутся лозунги ваххабитов и других сторонников "всемирного халифата".

НО это еще не главная проблема. Главная проблема заключена в самой элите и городе в котором она концентрируется.

1 Династические проблемы элиты.

Люди нынче входящие в элиту, приобретшие власть и собственность во время раздела СССР - люди старшего поколения. Самым молодым из них уже за 50. Через 5 - 10 лет придет пора передавать бразды правления наследникам. Уже сейчас встречаются крупные чиновники и "капитаны промышленности" в возрасте 25 лет. Их число будет возрастать. В помощники себе они будут брать не помощников своих родителей, то же кстати уже далеко не юных, а тех кого они знают, кого сами выберут. Вот в этом то и заключается первая серьезная проблема. Поколение нынешних 20 -25 летних выросло в очень специфических условиях. Распад страны, отказ от прежних моральных ценностей, идеология потребления возведенная в абсолют - не могли не сказаться на этом поколении.

Это поколение "наследников" выросло внутри культуры "ночного клуба" и дискотеки, баров и казино. Оно привыкло получать блага, а не бороться за них. Их окружают люди потакающие их прихотям и по этому принципу отбираемые. Но принцип все-таки есть, каким бы примитивным и недостойным он ни казался "Музыку ставит Ди-джей, а кто девушку кушает, тот ее и танцует". Если перевести на русский - Принятие существующих условий в сложившемся окружении, подчинение прихотям более обеспеченных членов группы, навязывание своих прихотей менее обеспеченным. По этому принципу они выбирают себе приятелей. По этому принципу они будут себе брать помощников. Уже сейчас встречаются государственные чиновники из числа барменов и мясников. Дальше их станет еще больше. И может быть, эта система и пыхтела бы по чуть-чуть дальше, если бы не две вышеперечисленных проблемы и одна, самая опасная, нижеследующая.

Следом идет поколение которому к 2015 году будет 13-18 лет. Оно кардинально отличается от предыдущего.

1. Оно опоздало на этот "праздник жизни"

2. Оно состоит в основном из небогатых жителей окраин крупных городов

3. Оно состоит из детей, родившихся в очень разных социальных, культурных и национальных группах:

- потомки жителей этого города: дети обнищавших врачей, учителей, инженеров, рабочих, не приспособившихся к изменившимся условиям и не получившим своей доли благ "городской цивилизации";

- потомки жителей малых городов и деревень окружающих мегаполис, перебравшиеся в поисках лучшей жизни, но так ее и не нашедшие, пошедшие в "офисный планктон" или обслугу не смотря на желание и образование ( дома то и этого не платят)

- потомки русскоязычных беженцев из республик бывшего СССР и национальных автономий, бежавшие ДОМОЙ на РОДИНУ и получившие от этой родины сапогом по физиономии.

- потомки экономических переселенцев из европейской части СССР (молдаване не хотящие становится румынами, украинцы недолюбливающие "западенцев")

- потомки небогатых "гостей с юга" работающие на подхвате на крупных рынках, так же разделенных между собой на национальные и местные ( имеется в виду по месту исторической малой родины) диаспоры.

- потомки гостарбайтеров, зацепившиеся в городе, но так и не принявшие его правила.

Не страшно то, что они росли вместе. Страшно то, что будучи механически перемешаны между собой в школах и классах они не смогли (и не их в этом вина) выработать общего для класса понятия "Что хорошо, а что плохо". Из-за того, что они очень разные, сами найти точки соприкосновения они не смогли, родителей они видят только поздно вечером, учителям не до моральных устоев - таблицу бы умножения в головы вдолбить. Они не связаны с исторической родиной и не смогут получить моральных качеств от бабушек и дедушек. Советская традиция прервалась, Российская не создалась. Им осталась "Новая Московская традиция" их более обеспеченных сверстников, но материальных благ и радостей потребления они лишены. Так и растут, тихо ненавидя своих родителей за бедность, элиту за обеспеченность, считая себя неудачниками. Образование получить они врядли смогут - неудачно реформированная школа дает весьма посредственные знания, а денег на репетиторов и платное обучение нет. Даже поступившие в институты не все смогу закончить образование, так как содержание неработающего члена семьи их родителям будет не по карману. Профессии у многих из них тоже не будет. Перестали в мегаполисах работать и заводы и фабрики. Официантов и барменов нужно не так уж и много, а на стройки новых гостарбайтеров завезут..

НО вот настанет страшный день, когда из-за внешне или внутриполитических причин их призовут в армию. Призовут-призовут. А кого же еще призывать. Всех, согласных умирать по контракту за "25-летних капитанов российской промышленности и политического олимпа" для решения серьезных проблем не хватит. И дадут им в руки оружие...

Как вы думаете, окажутся наши "герои" хорошими солдатами? Вряд ли. Да и за что им воевать? За свою нищету и беспросветное будущее? А вот желающие пограбить да помародерствовать - такие обязательно найдутся. И в отсутствии твердых моральных устоев, боюсь, их будет не мало. Если жители краев и деревень России имеют шанс спрятаться от этой банды или отбиться, то когда, перебив своих командиров (так всегда происходит в разложившихся и деморализованных частях) они вернутся в мегополисы... Даже думать об этом страшно...

А потом в мегаполисах отключится свет, газ и водопровод - некому будет чинить - все либо грабят, либо прячутся. А потом придет зима...

Так что нынешние горожане , желающие жить долго и счастливо должны отвлечься от проблем потребительского кредита и если ничего не желают делать сами, то пусть хотя бы поищут и поддержат тех кто хочет и может. Времени осталось мало...

Юрий Остроух
"Today is only yesterday's tomorrow"
© Uriah Heep
0

#44 Пользователь офлайн   Airman

  • Старожил
  • PipPipPipPipPip
  • Группа: Пользователи
  • Сообщений: 2 854
  • Регистрация: 01 Ноябрь 07

Отправлено 10 Январь 2008 - 05:23

С. Морозов. Гражданская война: как это будет.
http://tertium-non-d...dex.php?page=31
Разговоры о гражданской войне ведутся чуть ли не с 1990 года: здесь и параллели, и соответствия. Речь идет не о войнах на территории России, а о войне русских против русских, если корпоратистов так можно назвать. Корпоративная система толкнула страну на путь общественного регресса, но он не может быть локальным, он так или иначе затрагивает все области человеческой деятельности, все социальные группы, жизнь каждого конкретного человека. К настоящему времени система национального мира значительно упростилась: есть владельцы пространства и претенденты. Остальные голосуют за владельцев, но ради их спасения и пальцем не шевельнут, как это было в том же 1917 году.

Состояния тотального регрессивного процесса, где результат всегда война, принято называть закатом нации, или цивилизации - где она есть. Закат нельзя остановить - можно только восхищаться его красотой. Мир всегда сменяется войной и война миром. После любого светлого периода надвигается тьма - история не знает других вариантов. Война - единственное логическое завершение корпоративного периода и заговора вместе с ним.

На повестке дня стоит вопрос о наследстве корпоратистов. Претендентов трое: живые русские, Запад и южные народы. Вопрос в том, кто быстрее возьмет: второй передел будет слишком кровавым, так что и от наследства мало что останется.
Параллели

Кто обращался к истории Азии, может просмотреть "китайский вариант". Начался он с экономического вторжения т. н. "цивилизации" в 1840-х гг. и закончился через столетие - в 1950-х. Победа иностранцев в ранее закрытой стране, считавшей себя центром мира, подорвала центральную власть. Раскол этнического поля - сначала на север и юг, а после на множество независимых субъектов вплоть до введения районных денег, действия независимых армий под руководством генеральских клик. Во всех войнах участвовало ничтожное меньшинство людей - остальные на это смотрели со стороны. Формы организации принимали вид то религиозных движений - тайпины, то тайных обществ типа мафий - триады, то движения против иностранцев - ихэтуани. Это бесконечная череда гражданских войн, восстаний и интервенций. В 20-м веке - борьба за демократические реформы, политическое проникновение Запада, распад на отдельные самоуправляющиеся области, иностранные вторжения, маоизм, коммунизм и в результате традиционная нищета к сегодняшнему дню. Китайский вариант содержит одну из главных тенденций, наблюдаемых в России сегодня, а именно: активность меньшинства на фоне иностранной экспансии.

Второй источник информации - Латинская Америка, равно путем пройденным и настоящим состоянием свидетельствующая не в пользу "русского либерализма". Латиноамериканский вариант ("Сальвадор") стал страшно-мистическим жупелом, где на развалинах экономики, среди дворцов и хижин свирепствуют эскадроны смерти и им подобная полумафиозная нечисть. Анализируя народные выступления хотя бы только последнего столетия, находим революции в странах с высокой плотностью, с большой местной концентрацией населения, и продолжительные гражданские войны на территориях с величинами обратными. Здесь аналогия - концентрация населения в России совпадает с подобной латиноамериканской величиной.

Две страны, особенно похожие на Россию - Мексика и с некоторой натяжкой - Аргентина. Массовое сознание везде одинаково - латиноамериканская величина. В обеих были тоталитарные режимы - ослабленные нации попадают под власть диктаторов - но только один раз. Во внутренние дела совались иностранцы, все кончилось 10-летними гражданскими войнами. Во главе революционных армий при этом стояли люди, вне революционных ситуаций именуемые разбойниками. А войны из суммы набегов на враждебные города и состояли. На гражданскую войну в России в 1918-20 гг. это будет похоже меньше, чем на Мексиканскую революцию 1910-17 гг. и период Советских районов в Китае в 1925-30 г. Гражданские войны и революции случаются после периодов тоталитаризма. Но они - не результат послаблений. Сначала тоталитаризм, израсходовав ресурсы наций, становится убыточным. А потом всплывают все загнанные вглубь, нерешенные, усугубившиеся проблемы.

Третий источник информации - сценарии везде в общих чертах одинаковы. Исторический опыт как России, так и других стран. За проигранной империалистической войной следует гражданская: Россия проиграла холодную войну. За системным кризисом следует кризис системы: из нынешнего состояния нет выхода в рамках сохранения корпораций - иначе он уже был бы реализован в корпоративных интересах. При распаде нации возникают группы, ведущие борьбу за центральную власть над территорией - нация представлена двумя фактически нескрещивающимися популяциями. При смене корпораций консорциями мирный исход почти невозможен. Резкая дифференциация общества на владельцев пространства и претендентов подходит к степени его деления на партии не по отвлеченным, а по наглядным принципам.

Когда пространства становится мало, киты выбрасываются на берег, грызуны лемминги идут топиться в реке, саранча летит умирать в пустыню, а люди начинают воевать.

Предпосылки

Предпосылки: биология. В России произошел раскол этнического поля по вертикали. Корпоративный мир - это субэтнос, отдельная популяция, иное национальное образование. И это образование захватило так много пространства, что нациям места не осталось. Вывод: кого-то на этой территории не должно быть. А для крупномасштабной борьбы с корпоратизмом нужен стереотип деления "свои - чужие" в массовом сознании. Но доходит медленно, и гражданская война обещает быть двойной, растянутой по аналогии 1905-1917 гг. Пространство переделено между двумя группами, и исходя из передела меняются все понятия. Например, свободное предпринимательство - это благо, это один из двигателей прогресса. Но в России свободное предпринимательство - монопольная концессия корпоративной популяции, да и то не всей. А нация этим предпринимательством заниматься не может. Т. е. для нации свободное предпринимательство - зло, и предприниматель - враг. Идет неприязнь чисто социальная, плохо осознаваемая. А плохое осознание реальностей - корень большинства бед.

Потенциальная партия войны существует всегда, в людях неистребимо подсознательное стремление к расширению своего пространства на уровне инстинкта. Но в данный момент в России не видно противника, не видно врага, виновного во всех бедах. Неприязнь, агрессивность - это выход биологического чувства войны и невидимого врага. Кругом массовый разлад: люди знают, что война зло, но в то же время понимают, что все беды кончатся с войной. Чем быстрее - тем лучше. Война - кровавая, но неизбежная операция. Массовое сознание не может и не сможет этого понять. А чем быстрее - тем короче. Войну можно свести до временного промежутка революции - без крови, без жертв, без разрушений, в течение нескольких дней. Но в России будут оттягивать всеми силами, тем предпочитая многолетнюю вялотекущую расправу.

Предпосылки социальные. Жизненное пространство поделено. Отнять жизненное пространство можно только грубой силой. И потому единственный возможный вид бизнеса в России - это война, это применение исключительно силовых методов в борьбе за достойную жизнь, в борьбе за свое дело. Потому-то Россия и балансирует между войной и миром, что в мирном контексте потенциальные способности людей раскрыться не могут, вот и ползут - бандитизм, преступность, война. Единственный стоящий бизнес в современной России - это борьба за власть: ведь исключительно владение властью представляет возможность заниматься просто бизнесом. В силу возможностей или в военно-экспроприаторской группе, или в местной мафии, или на российском уровне. И в этой обостряющейся борьбе свою долю получат именно те, кто внес определенный вклад в дело. Да, жизненное пространство перераспределяется в интересах нации, но лучшее получат те, кто приложил или силы, или способности, или деньги.

Жизненное пространство поделено и постоянно сокращается. Но доходов никто снижать не собирается, и передел происходит по принципу выдавливания. Можно сказать, возникает избыточная плотность в нишах, корпоратистам тесно. Слабые вылетают, подобно пару из перегретого котла. Не от хорошей же жизни бегут эти бизнесмены из России - хотя именно для них, уже что-то имеющих, ее экономическая система представляется землей обетованной. Судя по числу конфликтов - наверху самый натуральный котел.

Гражданская война есть акт передела жизненного пространства. В ней всегда присутствуют две основные партии: владельцы пространства и желающие передела. Она не может быть результатом чьей-то злой воли, она является логическим завершением множества общественных тенденций, имеющих первоисточником недостаток пространства, ниш, места для жизни. Идеи приходят на почву недостатка - чтобы удобнее было делиться на враждующие партии, чтобы отличать своих и инкорпорировать новых членов.

При ослаблении центральной власти независимо от причин власть - потенциал не исчезает, но переходит в качество множества корпоративных властей. Подобные власти, начиная с произвола в экономике - с преступного предпринимательства - постепенно переходят к политическим действиям, как-то создание вооруженных группировок для контроля и защиты занятых ниш - это сверху. Снизу нищета и невозможность какого-либо производительного труда вынуждает народ, в первую очередь сильнейших его представителей к преступной деятельности. В середине происходит так, что корпорации обрастают уголовными вооруженными группами, начинающими в силу постоянного снижения потребления обирать народ в массовом плане - через корпорации или непосредственно. Народ же имеет склонность приходить в чувство и давать грабителям отпор. Так появляются две партии гражданской войны - корпоративная и национальная.

В России современной подобному разделению препятствовала информационная "империя лжи". Людей постоянно делили на партии на политико-популистской основе: желающие передела пространства против себе подобных под иным флагом - неизбывная реальность наших дней. Но подобные номера проходят до поры до времени.

Никто не помнит толком, что происходило в январе 1917 года - процесс пошел мгновенно, вроде бы из ничего взялись армии и началась война. Пространство сокращается постоянно - предварительно нанятые для его охраны бойцы выкидываются, и в один прекрасный день число выкинутых и ничейных превысит число нанятых.




Философия войны

Цель войны - уничтожение наследия-греха прошлого. Пошлое слишком велико и бесконтрольно. Оно не содержит абсолютных понятий "хорошо - плохо". Война станет чертой, с которой "хорошо - плохо" и начнется.

Избежать гражданской войны невозможно. Потому усилия должны направляться не на избежание, а на формирование культуры войны - чтобы она прошла без зверств, и на осмысление целей и противников - чтобы она не превратилась в 30-летнюю. Тенденция идет не просто к войне, она идет к войне всех против всех тех, кто лучше живет, тех, кто хоть в чем-то поднимается над массой.

Россия оказалась слишком богатой - жизненный уровень был поддержан иными странами через внешнюю торговлю, консорциальные бандитские группы и мафиозные корпорации были привлечены к эксплуатации этого богатства через охрану; многие уголовные и им подобные элементы развернули экспансию в отношении иных стран, тем снизив критическую массу в России; русскую мафию знают и Европа, и Америка. Люди, теоретически должные начать войну, получили достаточно жизненного пространства, чтобы ее не начинать. А замкнутая в себе Россия взорвалась бы в начале 90-х.

Территориальное размежевание - знак предвестия: пространства начинает не хватать. Жизненное пространство центра подвергается атакам корпораций. Последние требуют больше и больше независимости - а ведь именно распределение придает центру статус выгодной ниши. Корпоратисты окраин понимают, что в центре сидят точно такие же, как и они, выражающие свои личные интересы, и не имеют желания в чем-то с ними делиться.

Простые люди из оттягивания войны ничего не выигрывают. Война состоится, ибо пространство должно быть переделено, и цифра потерь предопределена. Народ влачит жалкое существование, корпоратисты запасаются на десятилетия вперед - им для этого отсрочка и нужна.

По всей стране - дикая и угрюмая тоска, отупляющая безнадежность; гражданского общества нет и никогда не было - так что на иное правительство, кроме корпоративного, рассчитывать не приходится. Корпоративные кланы находятся у власти - и вопрос власти будет решен положительно, кто бы не находился непосредственно у руководства.

Войну нельзя инспирировать; нация - больна, война - операция, кровавая, но неизбежная, и чем быстрее, тем лучше. А выступать против войны - все равно что выступать против ночи под лозунгом "Пусть всегда будет солнце". Война - явление объективное: людей много, места для них мало - кто-то должен исчезнуть, сгинуть. Конечно, идеальный вариант - создать новые места, но корпоратисты не могут их создать только потому, что по возможности уже создали бы в собственных интересах и жили безбедно и безопасно. И самих корпоратистов слишком много - тут не до великих социальных программ.

Не последнюю роль играет и морально-нравственная доминанта общества. Детям рабочих показывают шикарную жизнь - не среднего класса, а высшего. Все видят процветающих мошенников, спекулянтов, иностранцев "ближнего зарубежья". Можно ли после этого представить, что последние стройными рядами пойдут на заводы и фабрики, которых по сути уже нет. А ведь каждый встретится с корпоративным хамством хотя бы раз. И каждый видит, что "мерседес" не заслуга за труд, а занятое положение, за занятую несколько поколений назад нишу. Корпоратисты не хуже - они точно такие же интеллектуально и психически. "Так по какому праву они живут хорошо, - думает обитатель рабочего квартала, - по праву сильного? Так мы покажем им сильного!"

Своим образом жизни, своей пропагандой корпоратисты постепенно возвели "все позволено" в главный морально-нравственный постулат. С ним в жизнь входит право сильного. Число преступлений растет, число жалоб уменьшается - люди начинают это понимать - как и то, что слабым уготована незавидная роль.

То, что творят корпорации - это уже война, это насилие. По закону сохранения насилие не появляется из ниоткуда и не рассасывается, оно переходит из одной формы в другую. Накопленное насилие имеет привычку взрываться, достигнув своей критической массы. Этот момент имеет много общего с ядерной реакцией: люди - частицы при столкновениях вызывают движение других людей, насилие придает скорость процессам. Когда плотность велика, достаточно малой массы, малого числа людей, пролет мал, столкновения неизбежны, реакция начинается мгновенно. Но малая масса - малый взрыв. В России критическая масса огромна, для насыщения пространства требуется великое число недовольных людей - получаются невиданной силы социальные взрывы, причем свободный полет частицы - это самый заурядный бандитизм и банальная бытовая преступность - не в кого врезаться, кроме ближнего.

Нация обладает потенциалом - собранием возможностей, суммой задатков всех людей нации. Потенциал может реализоваться и с положительным знаком - в созидании, и с отрицательным - в разрушении. Право созидать - дом, семью и т. д. - предоставляет система. Корпоративная система не предоставляет такого права - она чужда социальной политики. Но потенциал есть, созидание закрыто, что остается? Социальное разрушение тоже именуется войной. Как все пути ведут в Рим.

Война неизбежна, но сократить число жертв возможно. Запрограммированы человеческие жертвы по борьбе за жизненное пространство. Но существуют потери по обеспечению борьбы, "потери политики". Это убивающие и жертвы во имя прикрывающих основной конфликт идей. Число жертв по второму пункту может превысить аналогичную величину по первому, как это произошло в Гражданской войне 1918 - 1920 гг. И потому задача элиты - свести борьбу к переделу жизненного пространства при минимуме идеологического обеспечения. Она постарается это сделать, но вряд ли получится что-то серьезное. Ведь спасать корпоратистов можно только при их помощи. А последние из года в год рубят сук, на котором сидят.

В истории ничего не происходит просто так. Смысл войны - в уничтожении политико-экономического наследия антинационального строя, в уничтожении через истребление и изгнание субъектов этого строя и отмене антинациональных, аномальных экономических отношений. Смысл - в установлении национальной власти и консолидации вокруг нее гражданских сил - ибо никакая иная сила не справится с осознающим беззаконие народом, и любая иная сила будет народом сметена. Проще говоря, война - это уничтожение всей сволочи, мешающей нации жить по-человечески; в списке кандидатов - унаследованные истеблишмент, корпоратисты, уголовные элементы.



К началу страницы


Театр действий

Разгром России на мировом геополитическом уровне еще не отразился во всей своей убедительности на уровне местном: руин не наблюдается. Но это обманчиво: старые средства производства приходят в негодность, а новые не создаются; то же происходит с дорогами, коммуникациями, жильем. Разруха с руинами и со всем прочим начнется позже, когда покажется, что реформа успешно завершена. Противоречия дошли до такой степени, в экономике в первую очередь, экономика настолько срослась с заговором, что рухнуть они могут только вместе. И социальные отношения не дают никакой возможности мирного разрешения кризиса.

Цепочка одна и та же: корпоративная система - регресс - сокращение пространства - передел жизненного пространства - дальнейшее сокращение пространства - война - гибель системы. Перед войной - безысходность экономической ситуации в рамках существующего строя на уровне нерентабельности страны. Глобальный кризис, из которого нет выхода. Когда умирает система - любое, даже жизнеутверждающее ее решение оборачивается задом. Системный кризис заканчивается кризисом системы.

Все построенное требует таких средств на поддержание, что на развитие их не останется. На жизнеобеспечение пока хватает - но это до поры до времени. На улицу выходят не только массы - иногда на них выходит канализация.

То, что происходит - это не кризис. Это катастрофа национального плана. Разруха, безработица и миллионы потенциальных солдат - это стихия. Стихию нельзя посадить в лагеря и невозможно уничтожить - ее можно только иногда корректировать в ту или иную сторону.
Партия измены

За последние годы директорский корпус центра заметно улучшил свое материальное положение. К госдачам и квартирам прибавились псевдо-служебные иномарки, круизы по Средиземноморью, дачи в Калифорнии, прислуга и телохранители, которых при доходах меньше бешеных нанимать не имеет смысла. Корпоратисты Севера - нефтяные и газовые магнаты - живут еще лучше. Только они, в отличие от директоров-промышленников, имеют возможность выплачивать своим рабочим миллионы, а директора сдирают со своих рабочих последние копейки. Потребности руководителей примерно одинаковы, и центр России обречен на нищету стараниями в первую очередь своих "благодетелей" и " кормильцев".

Директорскому корпусу стоит уделить особое внимание именно потому, что в последнее время на политическом экране замаячил образ очередного спасителя России - квадратно-прогматичного красно-бурого директора, болеющего за встающие производства и потому способного выразить интересы высококвалифицированного рабочего класса (а какой рабочий считает себя низкоквалифицированным?) и промышленно-научной интеллигенции. Но выражает этот директорский корпус интересы околозаводских спекулянтов и пригретых в громадных количествах заводских придурков. Рабочие, в отличие от интеллигентов- патриотов, гораздо лучше знают этот вид людей и потому любой призыв к консолидации на базе общих интересов будет осмеян и провален. Вместе с остатками интеллигентского авторитета.

Осознанное сопротивление только сначала может организовываться промышленниками и предпринимателями. Директорский корпус крайне нелюбим простыми людьми и не может пользоваться их поддержкой. Да и путь наименьшего сопротивления для него - оборачивать средства через коммерческие структуры в торговых и посреднических операциях. Чем он уже несколько лет успешно занимается.

Сопротивление будет организовано представителями политических партий в органах представительной власти при содействии военизированных полуполитических организаций и нелегальных групп для осуществления мести. Время директоров пройдет вместе с промышленностью.

Стихийная самостоятельность регионов - нормальное, стандартное явление при общественном регрессе. Обособятся регионы, формально подчиняющиеся центру, но экономически независимые, со своими вооруженными силами, не дающие денег центру, так как им самим хватать не будет. И центр ничего им не противопоставит - у него к тому времени не будет ни средств, ни бесплатных солдат.
Картели против корпораций

Картели - в принципе противники корпораций сырьевиков. Но сами - такие же бездарные. Они - сила на первой стадии гражданской войны, под нажимом преступности могущая пойти на некоторую конфронтацию, но нацию они предадут в самый решающий момент. С ними можно сотрудничать, но никогда нельзя забывать об осторожности.

Столкновение в октябре 1993 года было одним из моментов именно картельно-корпоративного противостояния. Иное дело, что большинство территориальных картелей предпочло не вмешиваться, будучи уверенными в поражении. Как показала история, они оказались правы. Тогда, не окрепнув, не получив боевого опыта, картелям нельзя было высовываться. Выждав немного, корпоратисты - владельцы центральной власти - перешли в наступление - сначала на мелкие корпорации, еще сидевшие на своих нефтебочках и слитках, и в перспективе - наступление на картельную структуру вообще. Не зря Лужков и Чубайс недолюбливают друг друга. В их лицах отражается символика будущего грандиозного столкновения. Гражданская война имеет обыкновение раскручиваться: борьба двух или более корпоративных партий ведет к сокращению жизненного пространства и через это - к возникновению антикорпоративной партии.
Мафии

Преступный мир, как его обычно понимают, не стоит на месте, он имеет свои тенденции. Первая волна - спортсмены, "широкие затылки" - все это тихо, но проходит. Новые организации генерируются постоянно, и их последний аргумент - бомба. Быть сильным и здоровым, знать правила рукопашного боя - все это становится ненужным. И это нормально - интеллект играет решающую роль почти в любой войне, и Россия не станет исключением.

Мафии - группы профкорпоративные; берут в них своих и достойных. Делятся по территориальному признаку и по отношению к власти. Мафии правоохранительные и уголовные. Полномочия и зоны влияния разграничиваются исходя из баланса сил, но если правоохранительные оказываются способны полностью - только полностью уничтожить уголовную группировку - они это делают.



Армии

Предопределенность одного пути, предоставленного нации корпоративной системой - жесткие рамки. Гражданская война - это качество, количество и их переходы; и не только с точки зрения борьбы за пространство, но и в рамках марксистской теории ее можно представить и описать.

Гражданская война не начинается сразу. Партия передела пространства начинает атаковать с момента возникновения, но это не называют войной. Проводя исторические параллели - сравнивая с тем, что называется гражданскими войнами в истории - судя по потерям: вялотекущая гражданская война - потери 0, 1 - 0, 5% населения в год, позиционная - от 0, 5 и выше, причем погибших только на почве передела жизненного пространства. Для России это 140-700 тыс. человек в год для первого случая и выше 700 для второго. Соответственно у войны должно быть два этапа. Так, события 1905 г. можно назвать вялотекущей войной, так же можно назвать состояние с октября 17 по лето 1918 гг.

Для России специфично, что гражданские войны являются результатом действий минимального числа людей. Россия как массовое общество в это время живет своей спокойной жизнью. Действительно, достаточно 0,1 % желающих и способных воевать за передел пространства, чтобы гроза разразилась. Для России это 140 тыс. человек, умеющих попадать в цель хотя бы с 20 шагов и приверженных хотя бы примитивным идеологическим принципам типа "мы - хорошие, власть - плохие".

Война - это не тот вопрос, о котором кого-то спрашивают. Войну всегда начинает меньшинство. 99% населения война не нужна. Ситуация видится такой, что 20% всем довольны, а еще 70% вообще ничего уже не нужно. Национальная партия передела пространства - просто желающие передела - 10%. И даже из этих 99% ничего делать не будут. Остается 0,1%, 1/1000 от нации - около 50 тыс. способных к боевым действиям. В случае резкого обострения обстановки к ним примкнут еще столько же. Это не армия для войны, скорее просто 5 тыс. бандгрупп - даже не бандформирований. 5 тыс. бандгрупп, пожелающих передела с помощью оружия.

Война ведется не за благо народа. Она ведется для того, чтобы 0,01% населения снизу отняли пространство у 0,01% сверху. И уже потом верхние нанимают 0,01 % для безопасности, а нижние привлекают примерно столько же (а больше и не нужно) с предложением поделиться захваченным. И 0,04 % населения - это уже крупномасштабная, тотальная война.

В Петрограде у Ленина было около 24 тыс. боевиков, из них никак не больше 300 профессионалов. В Москве - еще меньше, потому и пришлось трое суток повоевать. Пример доминирования сырьевиков в России показывает, как много может сделать даже меньшая часть корпоративного общества при поддержке внешних сил. Но из этого следует, что переменить тенденцию тоже не очень сложно. И если общество не найдет цивилизованных способов, сломают ее такие мелочи, как бандитизм и террор.

В странах с малой концентрацией населения захват власти всегда был делом немногих. При всеобщем недовольстве массам достаточно так же точно молчать, как это всегда они и делали. Они ничего не потеряет. Когда уничтожается корпоративная система - нация выигрывает вся и всегда.Корпоративная система Сырьевики,
крупные картели Бандиты, Террористы
Сырьевики и компрадоры Центр,
мелкие предприниматели, идейные революционеры
Мафии, эскадроны смерти Промышленники,
мелкие картели Нация


Итак, для войны нужны армии. Выше приведен их состав и наименования. Есть объективные причины. Субъективные обычно появляются в процессе переделов. Но должно быть и главное яблоко раздора, из-за которого все и начнется.

Распределение жизненного пространства относится к компетенции центральной власти. Не всего пространства, но весьма солидной его части. Той части, ради которой стоит воевать; ниши, посредством которой можно тянуть соки из всех иных ниш; командной высоты, с которой простреливаются все прочие высоты. Все гражданские войны имеют стратегической целью захват центральной власти.

Центральная власть - это рычаг приведения в действие силовых общественных механизмов; во-вторых, она нужна для законотворчества, в первую очередь для подавления противника. Потом под подавление пишутся законы; так не должно быть, но в России это так. Армия и милиция вне деления "промышленники - сырьевики", но центральной властью эти институты ставятся с одной из сторон. В будущей войне в России армия будет выведена из игры. Армии война не нужна, воевать она не хочет, воевать с нею никто не захочет тем более.



К началу страницы


Хронология: война и сознание

Можно выделить следующие стадии войны при постоянных тенденциях свертывания производства, сокращения жизненного пространства и роста бандитизма:
Внутрикорпоративные конфликты. Мафиозные войны с минимальным числом потерь. Массовые заказные убийства. Раздел рынков между корпоративными группами с вытеснением слабейших. Конфликты между сырьевиками и корпоратистами центра.
Действия бандгрупп в отношении передела ниш жизненного пространства. Ликвидация особо опасных банд конкурентами. Разгром мафий и правоохранительных органов эскадроном смерти. Борьба русских корпоратистов с иностранными корпоратистами. Участие бандгрупп гастролеров на стороне русских.
Действия бандгрупп против корпоратистов на уровне грабежей. Начало актов мести со стороны населения. Начало террора по политическим мотивам. Политическая организация по типу боевых мобильных групп, имеющих идеологию. Вспышки вооруженных выступлений против местных властей.
Установление национальной власти и уничтожение бандгрупп, не примкнувших к власти в качестве вооруженных дисциплинированных формирований.

На первый взгляд, война еще не началась, но сколько бед было из-за пренебрежения "подводными течениями". Война входит во вторую стадию - и, по законам логики быть стадиям 3-й и 4-й.
1-я стадия: Эскадрон смерти

Сейчас в России существуют две свойственные любому обществу группы: правоохранительные органы и организованная преступность. Они сосуществуют при всей своей противоположности. Они имеют тенденции развития - проникновение представителей мафий в органы власти и взятие мафий под контроль силами правоохранников. Сейчас в России эскадрона смерти не существует.

Всегда и везде есть потенциальная группа эскадрона смерти, но именно как эскадрон она не везде и не всегда проявляется: без резонанса социальных предпосылок консолидации и роста в общественную силу не происходит. Группа должна быть достаточно многочисленной, должен быть избыток людей, подобно тому как в перенасыщенном растворе происходит кристаллизация - достаточно немногих не вписавшихся в систему. Регрессирующее, аномальное общество - наилучшая почва для роста потенциальных солдат.

Эскадрон смерти - один из элементов социального разложения корпоративной системы. Это наемники - люди и небольшие корпорации, нанятые корпоратистами крупными. Каждый отряд эскадрона содержится отдельной корпорацией или картелем, гарантирующими одновременно юридическую защиту. Отряды выступают в качестве исполнительной власти, когда иная власть не функционирует. Эскадрон смерти не будет планироваться, он как почти все в России возникнет стихийно. И не только как аномалия социальная, но и как аномалия биологическая.

Эскадроны смерти существуют в двух вариантах, точнее - существует два понятия под общим наименованием. Первый - организации, тесно связанные с полицейскими силами, имеющие смыслом деятельности борьбу с организаторами преступности - обычно инонациональной. В идеологии обычно присутствуют элементы расизма и неофашизма. Об этих эскадронах написаны книги и сняты фильмы, где собственно понятие "эскадрона" присутствует. На самом деле случаи создания подобных организации уникальны, и в большей степени они - легенда 60-80-х гг. В России она отозвалась сообщениями о существовании спецподразделения "белая стрела", занимающегося ликвидацией лидеров криминальных группировок. Это легенда, на самом деле в России существование подобного подразделения невозможно в силу отсутствия критерия руководителя преступной организации - ведь и мафию в России некоторые исследователи определяют как президентскую вертикаль.

Другой вариант эскадрона смерти - реальный, существовавший всегда и существующий сейчас. Это вооруженная банда на содержании крупного землевладельца, удерживающая в подчинении крестьян. В американской кинокультуре вариант представлен практически в любом фильме про Латинскую Америку, но эскадроном смерти никогда не называется. Иногда, при необходимости, землевладельцы объединяли свои вооруженные организации, и тогда они на самом деле назывались "эскадронами смерти". Один из последних и самых ярких образцов - Сальвадор. Русский аналог эскадрона - княжеские дружины, собирающие дань с покоренных племен.

Правоохранительная мафиозная группировка, купленная крупной корпорацией, или просто мафиозная группировка, договорившаяся о партнерстве с корпорацией средней или мелкой, - наиболее распространенный вариант эскадрона.

У истоков эскадрона снизу - уголовные группировки, преступные авторитеты. Они создали базу подготовки бойцов - в рэкете, в тюрьмах, в охранных организациях. Эскадрона они не увидят - их предпочтут убрать раньше, иначе эскадрон станет силой до того, как им можно будет управлять.

Другое направление - перерождение правоохранительных структур. То, что милиционеры - враги простых людей, никто не сомневается; то, что они совершают преступления - тоже известно, но организованной, цельной структуры криминального управления у них пока не замечено. Но она появится - это происходило даже в более благополучных в этом отношении, чем Россия, странах. Сейчас наметились только первые тенденции, но все равно это уже не милиция, не правоохранительные органы, это вооруженные формирования на страже интересов корпоратистов, на страже интересов крупной буржуазии.

Не секрет, что в некоторых городах организованная преступность пришла к власти. Но это значит, что местные правоохранительные органы оказались под ее контролем. В свою очередь уголовные внедряют своих людей в правоохранительные организации, одновременно создают охранные агентства и захватывают существующие. Эскадрон смерти родится тогда, когда правоохранительные и уголовные переплетутся до такой степени, что не будет понятно, кто есть кто и кто есть где.

Пуго стреляется и кладет пистолет на тумбочку. Ахромеев кладет пистолет в ящик стола и вешается. Управляющие делами обожают выпрыгивать из окон, а следователи - с поездов на полном ходу. Любую работу кто-то должен делать.

Эскадроны смерти нужны. Кроме них, никто не собьет волну криминальной революции. Они сами станут новой ее волной - но после, дав корпоратистам продержаться еще некоторое время.

Первоначальная задача эскадрона - защита корпоратистов от бандитов. Но эскадроновцы бандитам не нужны, а эскадроновцы бандитов выявлять не умеют. Эскадрон становится громоздким и малоуправляемым; единственное, где он может быть применен - только в политике. Он может использоваться для запугивания населения, для охраны грузопотоков, для борьбы с профсоюзами. С течением времени корпоратистам придется его использовать все чаще и чаще - иначе эту нечисть некуда девать.

От обычных охранников толку все меньше и меньше. Их функции будут передаваться "эскадрону". В момент серьезной угрозы корпоративной власти - а преступность рано или поздно такую угрозу всегда создает - эскадрон структурируется как территориальные военные организации. Его никто не собирался использовать как силу для охраны, но он сила, а с силой корпоратисты всегда считаются.

С тем, как некупленные мафии будут набирать силу, они будут вызывать все большую неприязнь высокопоставленных корпораций. Люди мафий в результате побед на выборах получат контроль над целыми регионами, и, следственно, над правоохранительными органами. С мафиями нельзя будет не покончить. С мафиями нельзя будет покончить без равносильных боевых групп. Местные правоохранительные органы слабее мафий и рано или поздно попадут под их контроль. Равносильные мафиям боевые группы так или иначе станут эскадроном. Корпорации столкнутся не по своей воле - их столкнут между собой вооруженные наемники. Вторая война, которую начнет эскадрон - гражданская между корпорациями и их союзами. Первой будет уничтожение мафий.

Специфика формирования эскадрона будет определяться как уровнем корпораций, так и местными особенностями. Крупный корпоративный уровень - эскадрон будет формироваться из сотрудников спецслужб и спецподразделений, средний - эскадрон будет набран как из правоохранительных, так и из криминальных структур с большим уровнем партнерства, мелкий - в промышленных центрах будет представлен милицейскими организациями, а на окраинах - криминальными, контролирующими по несколько мелких корпоративных групп.

С тем как будет принято решение покончить с "криминальной революцией", корпорации нанесут по легализовавшимся мафиям сокрушительный удар без судов и следствий. Этим закончится период "бычьих затылков" и начнется время "эскадрона смерти". Криминальные группы, выжившие после чистки, станут уже не мафиозными, а чисто бандитскими, а усиливающийся эскадрон займет их место и начнет ставить под контроль победителей.

С эскадроном справится только социалистическая власть. И только после разгрома корпоративной системы, вольно или невольно эскадрон финансирующей.
2-я стадия: Бандитизм

После разгрома и распада мафий криминальное поле России будет представлено множеством мелких, засекреченных банд, лишенных связей правоохранительными и иными органами власти.

Здесь и далее под бандитизмом понимается не организованная преступность, проникшая в органы власти, а именно преступные организации, составляющие первым конкуренцию - не контролирующие пространства и с властью никак не связанные. Именно те, кого нельзя назвать мафией. Тип маленьких организаций по типу Разина и Махно. Города без денег - и города концентрации денег, финансовый кризис в провинции приведут к серьезным миграциям провинциальных криминальных групп в денежные точки. Бандитизм - первое слово. А там, где повышается концентрация бандитов, в напряженном обществе они превращаются в боевиков.

Речь не идет об уличной преступности. Она была и есть удел недоделанных, всегда и однозначно плачевный. Среди банд будут организации более и менее интеллектуальные. Те, кто более, свяжутся с политикой. Те, кто менее - будут уничтожаться.

Люди консорций - не обязательно, даже редко оппозиционные интеллектуалы. В массе они темны, малограмотны и склонны к бандитизму.

Сводя тенденции в систему, получаем два криминальных направления - корпоративное и национальное. Для первого характерны мафии, для второго - банды. Мафии контролируют ниши жизненного пространства; их операции - рэкет и коррупция. Мафии владеют жизненным пространством. Банды ничем не владеют и ничего не контролируют. Они периодически нападают, берут свою долю и уходят в тень. Они не покупают чиновников, но запугивают. Бандитам свойственны не разборки, а месть с однозначным исходом.

Бандитизм относителен во времени. Повстанчество времен гражданской войны - это тоже бандитизм. Уличная преступность - тоже бандитизм - но просто другого времени. Трудно сказать, от какого было больше ущерба. Речь идет не о бандитизме нынешнем, но о бандитизме будущем, которого, как и эскадрона смерти, как и гражданской войны, в нынешних временных координатах не существует.

Преступность имеет не только внутреннюю иерархию. Она имеет тенденции и видоизменяется. Революционная террористическая группа - это тоже бандитская группировка. Эти группы всегда были крайне малочисленны - одна на тысячу уличных и на пятьдесят организованных преступных. Но тенденция идет - к росту числа и тех, и других, и третьих. Политика - самый выгодный бизнес в России, но на одной силе в нем далеко не уедешь. Равно и на одних деньгах. Приток интеллектуалов в преступные организации - процесс замеченный, а где интеллектуалы - там и политика.

На сегодняшний день в преступном мире воцарился застой - ниши поделены и здесь, всем хватает. Преступные организации переплелись с организациями властными, и уже трудно сказать, кто кого контролирует. Судя по всему, появится преступность новая - новые группировки, во главе которых будут стоять не спортсмены, а аналитики, способные вычислить слабые места корпоративных и криминальных структур. Это будет что-то среднее между бандитами и террористами.

Тактика будет предлагать не передел сфер влияния, а вымогательство в чистом виде, не плату за "крышу", а чисто плату. Суммы будут небольшие, но вымогаться они будут посредством "тяжелой артиллерии" - бомб, взрывов и угрозой новых взрывов. После того, как деньги появятся, эти группировки начнут стремительно политизироваться - и на фоне ослабления власти смогут начать играть серьезную роль в политике, которая с их приходом станет настоящей. Так возникнут криминально-политические группы, проводящие линию соответствующего названию террора - следующей стадии войны. В Ирландии в начале века банды были на каждой улице, а к его концу осталась только ИРА.

Уже есть банды, контролирующие дороги. Появятся банды, контролирующие регионы. Причем вести они будут себя скромно, а действовать секретно.

Узнать, что бандиты оформились в группировки можно будет по тому, что у банд - уже бандгрупп - появятся имена. Опять-таки не по чьему-то волюнтаристскому желанию, а чтобы не путать друг друга.
3-я стадия: Террор

Террору стоит уделить особое внимание, так как вся гражданская война к нему сведется. Вся война - только террор.

Всем известно, что милиционеры убивают и пытают невиновных людей. Рано или поздно эти люди - потенциальные жертвы насилия - дойдут до осознания того, что ответные действия против милиционеров поддерживают баланс сил, что в уничтожении сотрудников правоохранительных мафий нет ничего аморального и безнравственного - есть только уголовно наказуемое. Ведь милиционеры убивают, убивают и убивают, и можно предположить, что большинство нераскрытых преступлений совершено именно ими - ничем иным сверхнизкую российскую раскрываемость оправдать нельзя. Милиция - это один из флангов будущего эскадрона смерти, еще не заявившего о себе в России. Да, они враждуют иногда с мафиями чисто уголовными, но на то и существует закон единства и борьбы противоположностей, чтобы это объяснить. Милиция может посадить кого угодно за хранение наркотиков, а наркотики, как и оружие, хранят все, кому милиция их подбрасывает. Способов доказать, что человек, у которого их нашли, не верблюд - не существует. Кроме возможности мести. А если такая возможность есть, даже имеющийся в наличии компромат имеет способность испаряться. Единственная защита - создание групп мести, где каждый человек знает, кто будет мстить за него и за кого будет мстить он. И опять это вынужденно - сидеть за просто так никому не хочется.

Регресс, дегенерация общественных институтов, снижение качества нации ведут к аномальности общества, а такое общество имеет достаточно людей, желающих на общем тускнеющем фоне за свои права бороться. Чем более аномальным становится общество, тем больше таких аномальных людей. Отсюда - бандиты, террористы, тайные общества и религиозные секты. Путь - от сопротивления массового и осознанного к сопротивлению узкогрупповому и полубессознательному, а значит - более жестокому и беспощадному.

Новый мир - новые тактика и средства войны. Борьба двух маленьких и хорошо оснащенных современной техникой групп будет скорее напоминать партизанские действия на оккупированной территории. Война будет не позиционной - она пойдет с точки множества дислокаций, война-сумма множества набегов.

Корпоратисты статичны, сидят на местах. Они - удобная цель, им при всей силе и мощи некуда деваться. Они никогда не знают, откуда прогремит выстрел. У них два варианта - или платить, или воевать - что подорвет материальную базу корпорации. Перед силовыми механизмами воздействия корпоративная система оказывается беззащитной - ее никто не хочет защитить. Даже мафии оказываются беззащитными: уже не они грабят, а их грабят, не гнушаясь никакими средствами. И что за жизнь будет у российских мафиози, если они не смогут выехать на дачу или сходить в ресторан. В корпоративный мир приходит страх.

Денег нигде нет, все охраняется, каждая дверь - бронированная. Криминальным группам остается только террор. Не потому, что это хорошо или плохо в их представлении - просто иных вариантов не будет. Террор начнется с чисто бандитского - с действий против корпораций, и что смешно - против корпораций их охранников с целью вымогательства.

Изменилась инфраструктура, в России защищать нужно громадное множество объектов техносферы на огромной территории. Россия будет первой, где все эти новинки будут опробованы. Общество изменилось, жизнь тоже, мощность бомб растет. 10 террористических организаций по 10 человек на Россию - это уже паника в корпоративных кругах. Открыто грабить банки или стрелять в губернаторов уже никто не будет. Стрельба в России - это небольшое дополнение, промежуточное средство в добыче денег. Главное оружие здесь - бомба. А к ней особо восприимчивы нефтепроводы, рельсы и сырьевики.

Террористическая деятельность первоначально возникает как корпоративная антимафиозная. Потом как бандитская антикорпоративная. И только потом она начнет определяться с политическими лозунгами для идентификации организаций.

Первый вопрос, в результате решения которого все и начнется - вопрос финансирования. Оно может быть налажено только за счет мелкого и среднего капитала - первоначально за счет его страха, а потом за счет его надежд на серьезные изменения. В качестве меры устрашения будут организовываться террористические акты по отношению к капиталу крупному, у которого вымогать невозможно. Одновременно средний капитал постарается стравить террористов с мафиями, контролирующими сферы влияния по территориальному принципу, что у него с успехом получится. И это будет выгодно - террористы обойдутся гораздо дешевле чисто в материальном плане во-первых, и с ними будет легче договариваться во-вторых.

Власть усиливает средства - совершенствуется система борьбы с властью. Это как состязание между броней и артиллерией. Банки информационных данных, системы идентификации, современные средства слежения, детекторы лжи, громадные армии и против них радиоуправляемые бомбы, организации со сверхконспирацией, военные действия на расстоянии. Новые системы поиска и перехвата - против них - новое в психическом плане более клиническое общество с частично или полностью съехавшей крышей, все менее поддающееся логическому моделированию. Работа террористов только в других городах. Подставные лица для получения денег и односторонние связи.

Террористы-политики будут трясти корпоратистов, отчисляя часть добычи на легальные политические организации. С легальными организациями связаны никак не будут, но после победы свою долю получат. Террор для них - тактика захвата жизненного пространства в виде власти.

Террористы-экспроприаторы будут добиваться конкретных целей типа освобождения заключенных посредством экономического террора - уничтожения газо- и нефтепроводов и путей сообщения. Заложниками будут рельсы, мосты, линии коммуникаций и прибыльные предприятия, а заложники-люди в основном уйдут в прошлое. На этом же уровне будут происходить нападения на механизированные патрули. После пары серьезных диверсий одного их слова будет достаточно, чтобы фирмы начали платить революционный налог. Суммы будут незначительны.

Террористы-одиночки будут действовать индивидуально, по отстрелу первых попавшихся корпоратистов и представителей власти, скорее из мести, чем из осознанных побуждений. Здесь деньги будут в третью очередь, а главное - террор - пусть самая долгая и приятная, но все-таки форма самоубийства.

Захваты заложников хотя и стали нормой в России, но они все равно вызывают чувство неприязни у большинства людей. Исходя из тенденции - эта практика будет расширяться. С другой стороны, как показал в том числе опыт войны в Чечне, с заложниками власти далеко не всегда церемонятся: были случаи объявления заложников "покойниками" с последующим обстрелом и правых, и виновных. Корпоративный подход все ставит по местам: корпоратисты волнуются только за корпоратистов, за простых людей никто копейки не даст. И из террористов будет иметь шансы только тот, кто будет подходить к вопросу захвата с позиций существования корпоративного общества. Всех прочих в могиле с заложниками и закопают. С третьей стороны, захват и обмен военнопленных - дело нормальное по всем нормам международного права и человеческой морали. С таким подходом больше людей остается в живых.

Рейтинг террористических организаций, в том числе во влиянии в политике, будет зависеть не только от крупномасштабных диверсий и уничтожения людей эскадрона - милиционеров и корпоратистов, но и от наличия придерживающихся аналогичной ориентации легальных политических организаций.
4-я стадия: Большая политика

Антикорпоративное движение будет уникальной военной структурой, где рассредоточены и не связаны будут не только субъекты силы и власти, но и отдельные подразделения. Антикорпоративное движение - сила не политическая и не военная. Связь - чисто формальная - будет поддерживаться через непосредственное действие и СМИ. Это вплотную подходит к общемировой военной концепции, прогрессирующей к отказу от крупных плохо управляемых соединений в пользу небольших мобильных групп. Армии снайперов против армий снайперов.

Война против корпоративной системы сведется к террору и добыче средств. Россия не та страна, где революции делаются с пустого кармана. Лозунг и тактика антикорпоративного движения - стреляй по "крупным", чтобы мелочь боялась и платила.

С учетом того, в каком состоянии находится корпоративная система, достаточно тысячи р-р-революционеров, чтобы ее грохнуть. И исходя из того, в каком состоянии находится нация, корпосистему породившая - у нее никогда не найдется таких сил.

Любая гражданская война, даже самая скотская, рано или поздно принимает политический характер, с появлением реальных политических сил. Называться они могут как угодно. Партия корпоративная должна состоять из сырьевиков в качестве ядра, компрадоров и посредников. В конструктивной оппозиции будет корпоративная партия промышленников. Противостоять им будут национальная партия, и, что возможно, партия антисистемы - на местных уровнях. Военно-офицерских, коммунистических, профкорпоративных партий на серьезном уровне не предвидится: они будут расколоты между корпоратистами и националистами.

Итак, по этапам:
Борьба корпоративных групп за центральную власть.
Их же борьба за местные власти в силу распыления центральной.
Создание национальной партии.
Присоединение малых корпоративных групп и картелей к национальной партии.

Проходит период псевдо-многопартийности. На последнем этапе - создание политических партий, через общность идей с подпольными террористическими организациями имеющих реальную силу. Пример: Ирландская республиканская армия - партия "Шалфей".

В любом случае корпоративные бастионы будут взломаны двумя колоннами - партией нации и армией нации. Взломаны не потому, что у нее появится такое волюнтаристское желание, а потому, что концентрация материальных ценностей всегда привлекает множество желающих поправить свое положение. Взломаны не по чьей-то воле, а как результат воздействия на естественную среду обитания этих людей. Взлом будет не началом, но концом войны, процессом приведения всего общества в стабильное состояние, требующее от нации минимальных затрат жизненных сил.

Политическая партия нации, причем легальная партия, волей-неволей возникнет и сыграет решающую роль. Да, без боевиков на окраинах она ничто, но боевики без нее - заурядные бандиты. Людей они убьют столько, сколько нужно для революции, только сама революция растянется на десятилетия. Партия центра даст нации идеологию, а бандиты в России всегда часть нации. Возможен вариант, когда при полной дестабилизации обстановки в стране корпоратисты сбегут, не дожидаясь переделов своих миллионов. Возможен вариант, что они численно ослабнут в войне или испугаются и не пожелают судьбы ими же ликвидированных предшественников. Тогда борьба за власть посредством политических институтов станет возможной.

У консорций - существуют элиты из лучших, талантливейших людей нации, у корпораций - истеблишменты - собрания сильных мира. Критерии - только личные достоинства: по этим людям можно определять, какая система в стране - корпоративная или общенациональная. Корпоратистские круги стремятся к подавлению и дезинтеграции кругов элитарных, так как любая элита заинтересована или в социальном, или в научно-техническом прогрессе и через то тяготеет к солидарному и социальному государственному устройству. Когда вытесняемые корпорации захотят вернуть утраченные позиции, они выйдут на элиту, а не на кого-то другого. Элиты с корпорациями на равных: человек элиты очень много значит.

Победа национальной партии возможна только при естественном разгроме корпоратистов, в прямой схватке она обломает об них зубы. Корпоративные связи сильнее национальных, и потому в чистом поединке корпоративная партия заметно сильнее. Бандиты превратят жизнь корпоратистов в ад, и после этого националисты покончат с первой половиной первых и тремя четвертями вторых.
Результаты

В сфере населения урон не будет значительным. Но экономические потери будут гораздо большими, производство практически свернется, восторжествует натуральный обмен. Поток иностранных капиталовложений иссякнет, иностранцы сбегут - эскадрон будет вести на них настоящую охоту. Импортная техника встанет из-за отсутствия сырья и деталей, отечественная придет в негодность. Один из специфических моментов - разруха не будет прямым следствием войны, просто с тем, как будут выходить из строя машины и инженерные сооружения, их окажется некому как менять, так и ремонтировать - тенденция к этому возникнет еще до сформирования эскадрона смерти. Да, эскадрон, ведущий себя, как на оккупированной территории, внесет в развал свою лепту борьбой с имуществом конкурентов, но этот ущерб окажется незначительным по сравнению с авариями, катастрофами и банкротствами. Вся экономическая база - опора корпоратистов - придет в негодность тем же путем.

Следственное событие в политической области - утрата позиций корпоративной партии в органах власти. Кого-то посадят, кого-то застрелят - но не это поимеет принципиальное значение. С падением отчуждаемой доли продукта, с грызней за объедки корпоративно-консервативная партия постепенно разложится изнутри, и с тем, как эскадрон сойдет с политической арены, расколется на несколько враждующих кланов. Сильной властью окажется национальное правительство - иных сил, кроме национальных, в обществе не окажется.

Рано или поздно корпоратистам надоест ходить по лезвию ножа - между бандитами и голодными своими, надоест прятаться и вести полуподпольный образ жизни. На повестке дня четвертая волна эмиграции. А здоровых сил в обществе предостаточно, включить их - дело нескольких недель.

Гражданская война решает вопрос власти - и все будет решено. Причины достаточно объективные: иссякают источники прежнего существования - забитый народ, ресурсы, унаследованное от прошлого производство.

Или власть в лице сменяющихся поумнеет на одной из них до такой степени, что установит нормальный, а не воровской строй, или народ установит этот строй сам - железом и кровью; при реализации второго варианта жертв будет больше, в том числе и среди представителей власти. Русские победят, ни на минуту не подумав о пути к победе. Только раздав оружие народу, власть покончит с бандитизмом; но первым числом народ уничтожит воровскую власть, после чего борьба с бандитизмом - дело пары месяцев. Если же власть не будет скинута, борьба зайдет в тупик - до осознания народом эквивалентности власти и банд со всеми вытекающими последствиями.

Можно с полной уверенностью заявлять, что война закончится мелкобуржуазно-социалистической революцией. Диктатуры, тем более крупнобуржуазные и террористические, исключаются. Диктатуры не будет хотя бы потому, что она возможна только при росте или сохранении экономического потенциала. Диктатура невозможна на тонущем корабле - тем более после "спасайся кто может!" Нужен интенсивный, интеллектуальный, сознательный труд, общий труд - в т.ч. и со стороны диктатуры - для поддержания уже построенного, а если все продолжает разваливаться, то такая диктатура никому не нужна, да и не диктатура это вовсе будет, а просто кремлевская банда.

Если революция 1917 г. была началом гражданской войны 1917-20 гг., то новая революция станет финалом войны будущей. Революции происходят не только во времени и пространстве, ни происходят во всех областях жизни и знания, как естественный результат прогресса. Научно-техническая революция - результат прогресса научно-технического, социальная - социального (развития общественных отношений), национальная - национального (повышения качества нации). Если одна из групп за прогрессом не успевает, ее приходится нейтрализовывать изнутри, пока все отставшее общество не оказалось нейтрализованным соседями. Война - результат неуправляемого прогресса, и не обязательно прогресса внутри страны. "Антиреволюционность" - навязанный российскими СМИ путь вне реальности, потому что реальный мир перетряхивается революциями регулярно.

Корпосистема стягивает на себя все ресурсы страны, стареет, не в силах их преумножать - наступает застой, сворачивается производство, отставание. Когда она рушится, появляются средства на великие национальные программы, на прогресс во всех областях.

Требования экономики не оставляют другого варианта, кроме создания новых государственно-монополистических объединений в промышленности и свободного рынка в сферах интеллектуального производства и услуг. Придется заново создавать промышленность, придется что-то делать в демографической политике, придется лечить подорвавших здоровье людей, восстанавливать природные ресурсы и среду обитания, создавать новые кадры, что-то делать с развращенными бешеными деньгами сырьевиками. И за все - платить. Либеральная экономика таких налогов не выдержит - и вынужденно придется обращаться к социальным программам.

Как известно, бытие создано Богом из хаоса. Русские начнут историю сначала - не будет ни промышленности, ни сельского хозяйства, ни законов, ни власти, ни богатых, ни иностранцев - ничего не будет. И в этой расплате, в этом вселенском кошмаре скажется новый, великий смысл: когда больше нечего делить, когда все равны - Россия обязательно возрождается. А что же ей еще остается делать?




"Today is only yesterday's tomorrow"
© Uriah Heep
0

#45 Пользователь офлайн   Airman

  • Старожил
  • PipPipPipPipPip
  • Группа: Пользователи
  • Сообщений: 2 854
  • Регистрация: 01 Ноябрь 07

Отправлено 10 Январь 2008 - 05:36

http://tertium-non-d...dex.php?page=20

Василий Ансимов. Сверхчеловек против Системы.

Реальность сегодняшней жизни такова, что политическая самостоятельность общества серьезно ограничена тремя факторами: во-первых, всеобщей установкой на получение максимального дохода, во-вторых, материально-психологической зависимостью каждого от индустрии потребления, в третьих, духовно-психологической зависимостью от индустрии развлечений. Количество свободного времени, которое могло бы расходоваться человеком на общественно-политические дела, стремится в результате к нулю. Как следствие, национальная политическая энергия стагнирует, в то время как ее ниша занята спекулирующими на этой теме симулянтами (созданными как сверху – псевдонациональные имитаторы «народной воли» от «партии власти», так и снизу – частные псевдополитические бизнес-проекты типа ЛДПР).
Очевидно, что преодоление политического кризиса и возвращение к естественной государственной модели «Народ – источник власти» невозможно без высвобождения национальной энергии из-под парализующего влияния трех факторов зависимости. В то же время надо понимать, что даже если эта энергия не будет высвобождена, история не прекратится, а лишь останется в текущем русле. Мир просто постепенно станет другим, изменится, как изменится и место человека в нем. Следуя логике текущего процесса, нация все сильнее будет фрагментироваться на индивидуумы с различными интересами, идеологией и потребностями, вследствие чего ее самоорганизация будет становиться все менее возможной. Государство как аппарат управления обществом будет обретать все большую власть над нацией и ее отдельными представителями, вплоть до тотального контроля за каждым человеком. Соответственно, мы движемся к такому типу организации общества, который был примерно описан Оруэллом и другими антиутопистами.
Существуют ли возможности и способы изменить эту тенденцию? Рассмотрим подробнее этот вопрос.

«Зачем?» ©

Но сначала ответим на другой вопрос – а стоит ли вообще бояться прогресса? Стоит ли бояться усиления, даже чрезмерного усиления государства и его контроля за личностью? Да, мир изменится, и человек в нем будет обладать, возможно, меньшей свободой, но, судя по всему, в качестве компенсации за это он получит большую стабильность и комфорт?
Мы считаем, что цена этих стабильности и комфорта будет слишком большой – это потеря человеком самого себя. Мы придерживаемся следующей точки зрения:
Человек есть определенное явление бытия, обладающее существенными и постоянными признаками. Уничтожение каких-либо из этих признаков ведет к разрушению человека как явления, пусть даже при сохранении его физического существования. К этим признакам относятся:
- свобода, понимаемая как независимый, обусловленный лишь собственными предпочтениями, выбор поведения, действия или бездействия, в рамках ограничений, установленных неизменяемыми законами природы,
- порядок, т.к. принадлежность к многоуровневому социально-политическому единству «Семья – коллектив – общество – народ – государство», каждый член которого связан с остальными определенными и одинаково понимаемыми всеми его участниками отношениями («долг»).
Уничтожение любого из этих признаков, как и нарушение их составляющих, приводит к утрате человеком своей «человечности». Соответственно, чем меньше признаков сохраняется, тем менее человеком является человек.
Говоря проще, мы являемся людьми лишь тогда, когда добровольно исполняем свои обязанности перед своей семьей, трудовым коллективом, народом и государством, пользуясь при этом неограниченной (т.е. ограниченной лишь законами природы) личной свободой во всех остальных областях. Или, наоборот (что тоже справедливо), когда пользуемся неограниченной личной свободой, исполняя свой долг перед единствами, членами которых мы являемся (семья, коллектив, общество, народ, государство).

Такое положение вещей, при котором общество и государство являются лишь общественными продолжениями нормальной деятельности людей, отвечающими их естественному устроению (свобода + порядок), мы называем естественным. В этом положении государство является вершиной политической пирамиды, складывающейся путем организации учета воли всех членов общества, посредством взаимосвязи их объединений разного уровня сложности (семья – региональные объединения по месту жительства – общенациональные объединения по политическим убеждениям – институты формирования общегосударственной власти). Такой государственный порядок мы назовем естественным.
Соответственно, государство вероятного будущего, формирующееся сегодня на наших глазах путем постепенного безусловного подчинения массы разрозненных людей самодостаточному, независимому от них «аппарату» власти, мы не можем считать иначе, как неестественным. Если провести аналогию живого тела с государством, которое по сути является тоже организмом, но социальным, то при естественном устроении их центры управления будут действовать, исходя из интересов всего целого. Мозг будет следовать интересам сохранения всего тела, а власть – интересам сохранения народа и его наследия в полном объеме (территория, хозяйство, культура и пр.) При неестественном – центр управления будет следовать из иных интересов и принципов, что неизбежно повлечет ущерб для целого. В естественной системе центр управления не только определяет действия всего целого, но и зависит от остальных его частей, то есть, и сам «определяем» ими, что оказывает ограничивающее и упорядочивающее воздействие на его поведение. Так, мозг зависит от питания кровью и кислородом, в связи с чем не может предпринять действия, результатом которых будет нарушение кровообращения и дыхания. А то, в какой пропорции мозг вместе с другими органами тела снабжается кислородом, зависит лишь от важности их работы для целого, но контролю одной из его частей не поддается. В современной же политической системе власть самостоятельно, совершенно независимо от народа определяет объемы и направления перераспределения государственных средств, а любые попытки снизу вмешаться в этот процесс расценивает как покушение на «суверенитет».
Дальнейшее же расширение властных полномочий государства, помноженное на человеческий фактор – ведь даже чиновники самого высшего ранга все равно остаются человеками, которым свойственно ошибаться и быть несовершенными – с огромной вероятностью ведет к тому, что неуправляемый, независящий от управляемого им общества аппарат власти вызовет в лучшем случае трансформацию, в худшем – разрушение народа, общества и государства.
С чем мы согласиться никак не можем. Но чтобы изменить такой ход событий, требуется восстановление естественной политической вертикали от народа к власти. Для чего, в свою очередь, требуется прежде всего самоорганизация самого народа, по его собственной, «низовой» инициативе – ведь власти его самоорганизация не только не нужна, но даже прямо угрожает, поэтому она не только не будет помогать, но будет и прямо мешать ей.
Но пока что перед властью даже не стоит вопрос о необходимости подавления национальной инициативы политической самоорганизации. Эту задачу за нее успешно решают три фактора, которые мы упомянули вначале. Рассмотрим их внимательнее.

Первый фактор – Погоня за доходом

Переход к либерально-рыночной модели общества, помимо прочего, вызвал кардинальную перестройку экономической модели жизни каждого члена общества. Если раньше характер работы в немалой степени диктовался личными убеждениями и представлениями о мире и своем месте в нем, то сегодня на первое место выдвинулась цель получения наибольшего дохода. Вследствие этого устарели понятия о разграничении рабочего и нерабочего времени, оставшись актуальными лишь для самых простых профессий. Сегодня каждый, кто стремится больше зарабатывать, думает об этом не только в рабочее время, но и в остальное, а соответственно не только думает, но и предпринимает усилия для этого – то есть, работает. Работа, превратившаяся в напряженную погоню за деньгами, стремится поглотить все время человека, и такое понятие как «свободное время» становится все больше социальным архаизмом.

Второй фактор – Потребление

Зачем стремиться получить еще больший доход, если его не на что потратить? Такой вопрос был справедлив для советской модели общества. Во многом искусственно ограниченное потребление не оказывало стимулирующего воздействия на экономическое поведение каждого человека. Соответственно, люди многих профессий не только располагали относительно большим количеством домашнего свободного времени, но и на работе были заняты лишь отчасти. В то же время ограниченный круг возможностей потратить это свободное время – гнетущая цензура в литературе и кино, постоянный дефицит товаров и их низкое качество, невозможность создания общественных объединений по убеждениям – приводил к постепенному накоплению недовольства существующим порядком вещей, все преимущества которого, очевидные сегодня, в то время в конце концов отступали на второй план и переставали восприниматься как таковые.
Конечно, либеральная революция 90-х перевернула это положение на 180 градусов. Общество получило все возможные свободы, хотя не все из них и не всем оказались доступны. Но в хаосе разных свобод наибольшее влияние на общество получили те свободы, которые оказались связаны с деньгами. То есть, если снятие ограничений на убеждения привело прежде всего к грандиозному скачку книгопечатания, то снятие ограничений на предпринимательскую деятельность привело к взрывной перестройке экономической системы, после чего именно вторая, а не первая приобрела решающий политический вес в государстве в целом.
Общество сегодня состоит из разных членов, занимающихся разными делами, но наибольший вес из них имеют те, кто входит в сферу бизнеса (в широком смысле – все те, для кого доход является целью, а род деятельности – средством). Интерес бизнеса к остальным членам общества сугубо прагматичен – для бизнеса они являются прежде всего потребителями. Соответственно, цель бизнеса по отношению к ним – заставить их как можно активнее покупать его товар, производя его «прибавочную стоимость» – т.е. потреблять.
И, пользуясь своим господством в сегодняшней политической системе, бизнес успешно реализует эту стратегию, выстраивая общественные отношения в максимальном соответствии со своими потребности. С целью увеличивать потребление бизнес давно уже взял на вооружение широкий арсенал средств, которые, казалось бы, имеют весьма далекое отношение к экономике – манипуляция сознанием, ситуационное принуждение. Член общества для бизнеса является прежде всего потребителем, а потом уже исполнителем своей социальной роли – отцом, сотрудником, гражданином. И в погоне за прибылью бизнес безжалостно перекраивает на свой лад эти понятия. Так, например, женская эмансипация, результатом которой является отрыв женщины от естественного процесса воспроизводства нации – это проект именно бизнеса, задуманный и успешно реализованный с целью увеличить количество потребителей. Лудомания (т.е. компьютерная и пр. игромания), пивной алкоголизм, табакокурение, коррупция – сложно назвать социальную проблему, которая сегодня не была бы обязана своим размахом бизнесу. Даже рост жестоких преступлений против личности во многом обусловлен опять же бизнесом – в данном случае, кино – ведь именно кинобизнес, стремясь увеличить свои продажи, ищет и внедряет все более «жареные» приемы воздействия на психику зрителя, ее потрясения и шокирования, а то, что с ней получится в результате, его уже не касается. Вообще стратегия «после нас – хоть потоп» является ключевой стратегией бизнеса, под «после нас» имея в виду момент передачи денег от покупателя к продавцу.
С целью заставить остальных членов общества потреблять более активно (еще активнее, еще! еще!!) бизнес постоянно наращивает различные способы принуждения – от психологических, таких как реклама, «брендинг», до ложно-обуславливающих (гипертрофия ассортимента однородных товаров, ни один из которых не обладает полной функциональностью) и откровенно преступных, таких как сговор с органами власти (коррупция), преследующий целью монопольное положение на рынке, устранение конкурентов или принуждение их к монопольному соглашению против интересов потребителей (чего стоят игры на рынке российской сотовой связи).
О том, чтобы удовлетворять реальные интересы покупателей, не стремясь к повышению их затрат, для бизнеса и речи быть не может – ведь это противоречит его цели.
Соответственно, каждый член общества в той или иной степени вовлечен в нагнетаемую бизнесом истерию потребления. Покупая товар, мы думаем не о том, что он удовлетворит наши потребности, а о том, в какой мере он это сделает. И поскольку ценовая шкала однородных товаров убегает сколь угодно высоко, а большинство потребителей не обладает таким доходом, который позволил бы им приобрести одновременно ВСЕ товары «потолочного» качества, постольку практически все из нас, вместо того чтобы с покупкой товара довольствоваться удовлетворением соответствующей потребности, терзаются сомнениями и неудовлетворенностью от мысли о том, что он делает это хуже, чем тот, который мы не смогли позволить себе купить. Даже если кто-то из нас спокойно купит себе дешевый мобильный телефон, думая о том, что эта вещь нужна прежде всего чтобы звонить, а не чтобы играть в цветной тетрис, делать фотографии или слушать mp3, то его не замедлит настигнуть карающий укол имиджевого превосходства со стороны обладателя более дорогой модели.
И в этой истерии совсем мало кто из нас может на секунду остановиться и задать себе вопрос – «а не дурят ли меня тут?» А насколько оправдана вся эта гонка? Не в колесе ли мы все гонимся за собственным хвостом, вместо того чтобы направить деньги на более насущные проблемы – на освоение территорий, на очистку воздуха и воды?
Но, пока эти проблемы не являются интересными для бизнеса, они не существуют для него – а соответственно, бизнес будет всячески их игнорировать и даже намеренно замалчивать. Чтобы ничего не отвлекало от потребления.
Резюмируя – в социальной системе, «болеющей» потреблением, свободного времени на некоммерческую деятельность не остается. По умолчанию, такой деятельностью сегодня заняты либо «фанатики», либо «лузеры». Те, кто находится на обочине пост-индустриального мейнстрима.

Фактор третий – Индустрия развлечений

Будучи одним из видов бизнеса, индустрия развлечений преследует ту же цель, что и остальные участники этой сферы – получение прибыли. Ее особенность в том, что товар, с помощью которого она достигает этой цели – это развлечение в чистом виде. Если бизнес иного рода использует рекламу (психическую манипуляцию) как один из вспомогательных способов, то для индустрии развлечений – это основной способ. «Подсаживая» человека на определенный вид «развлечения», она осуществляет именно психическую манипуляцию им, так как привлекательность ее «товара» обусловлена только психическими причинами. До сих пор индустрия развлечений жила только в театрах, цирках и прочих балаганах разного рода, и по причине удаленности их от человеческого дома не слишком процветала. Но технический прогресс пришел ей на помощь, подарив ей два мощнейших орудия – компьютер и телевизор.
Соответственно, и арсенал манипуляции у нее богатый – тут остальным видам бизнеса у нее только учиться и учиться, перенимать и перенимать. Компьютерные игры, телесериалы, СМИ, кинофильмы, музыка и видеоклипы, - всему этому еще только предстоит освоить пространство рекламы, но этот процесс уже начался. И по мере его развития человек все больше будет вовлекаться в пучину потребления, становясь ее безвольным элементом. «Коровой», которую «доят». Что требуется от коровы? Чтобы она давала максимальное количество молока с минимальными затратами для доярки.
Естественно, никакой политической самодеятельности нации, кроме как темы для кинобоевиков и одного из вида компьютерных игр, тут и не предвидится. Используя лежащее в душе каждого человека чувство своего предназначения (так, все мужчины подсознательно чувствуют себя отцами, воинами, организаторами и строителями, все женщины – матерями и хозяйками), индустрия развлечений подцепляет это чувство к искусственной системе псевдоудовлетворения (компьютер и телевизор), после чего нещадно эксплуатирует, выжимая силы, деньги и время. Семейный инстинкт извращается в нервическое отслеживание сериалов. Воинский инстинкт извращается в стрельбу по нарисованным в компьютере человечкам, организаторский – в строительство виртуальных компьютерных империй. Мы почти все сегодня извращенцы, просто сегодня многие извращения перестали называться этим словом – так их легче продавать.

Итого. Свобода, к которой устремилось «перестраивающееся» советское общество в конце 90-х, обернулась худшим рабством. Теперь формально и не к кому предъявлять претензии – все формально свободны. Роль удавок и кандалов играют невидимые руки рынка, которые вроде бы никого не заставляют и не принуждают, хотя на самом деле все заставлены и принуждены – но как бы их собственной волей.
Именно рынок, скрестившись с государством в коррупционном процессе, и породит монстра Апокалипсиса – бездушное тоталитарное государство, посягающее на самые сокровенные тайники человеческих душ, чтобы и из них выдавить хоть каплю выгоды. И уж конечно жестоко преследующее все, что может нарушить его безбедное существование – всякое вольномыслие, всякие бредовые мечты о некоммерческой чести и достоинстве, о долге, благородстве и святости.


Что делать?

Вопрос, традиционный для российского «менталитета», имеет здесь два простых ответа.
Либо принять логику текущего и пока торжествующего процесса, и стать его элементом. А то и активным участником. А то и лидером – изобретя новый товар и став счастливым Биллом Гейтсом № 2.
Либо, наплевав на все доводы рассудка, остаться верным своим традиционным, выработанным своей жизнью, слезами, потом и кровью представлениям и уйти в глухую изоляцию. А то и оборону. А то и нападение – исходя из находящихся в распоряжении сил и средств рассчитав стратегию и тактику борьбы и путь к победе.
Возможна ли такая победа? Возможно все, что не противоречит математике, физике и химии.
Кто будет пожинать ее плоды? Конечно, учитывая грандиозные размеры Монстра – назовем его Системой, подразумевая античеловеческую неестественность ее устройства, в отличие от естественного устройства, которое мы назовем Порядком – конечно, плоды такой борьбы вряд ли созреют при жизни тех, кто ее начнет. Но, с другой стороны, все равно жизнь придется на что-то потратить. Не на подвиг, так на растительное прозябание. Не на борьбу, так на животный комфорт в теплом стойле (вилле, джакузи, нужное подчеркнуть). И все равно, рано или поздно, наша жизнь придет к концу, когда нас уже не смогут согреть воспоминания о полученных когда-то удовольствиях, об огне костров сгоревшей впустую молодости. А вот другой огонь, идущий из сердца – огонь чувства исполненного долга, огонь спокойной и чистой совести – вполне может решить такую задачу. Согреть нас у порога другого мира, разогреть нашу душу так, что мы войдем в другой мир, смеясь.
Выбирать из этих двух каждый из нас будет свободно. На то мы и человеки.
А тем, кто выберет борьбу, придется начать с разрыва трех зависимостей, с сознательного освобождения себя от трех китов Системы – Погони за доходом, Потребления и Индустрии развлечений.
То есть – отказаться от получения максимального дохода как от жизненной цели. Заменить ее на иную цель – выстроить свою жизнь так, чтобы умирать было не страшно. Реализовать себя как человека, обладающего способностью к определенному труду – определенному виду служения обществу. Создать то, что позволит тебе забыть о себе, на фоне чего твоя смерть будет казаться тебе чем-то естественным и нормальным, как последняя страница хорошей книги – может быть, какое-то великое достижение или открытие, а может быть, просто большая и добрая семья из нескольких человечков, которые вырастут и продолжат под знаменем твоего рода нелегкую эстафету жизни.
Отказаться от потребления как способа и стиля жизни. Осознать свои реальные, а не внушенные системой маркетинга потребности, и в выборе товаров на рынке следовать им, перенаправив высвободившиеся средства на другие цели.
Отказаться от развлечений как способа времяпрепровождения. Осознать чувство своего предназначения, стоящее за твоими излюбленными развлечениями, освободить его от извращенной формы реализации, навязанной тебе Системой, и направить на путь подлинной реализации – в реальном, а не виртуальном мире.

Сверхчеловек как Настоящий Человек

Легче всего призывать сменить президента, общественный строй, субъектов собственности. Труднее всего изменить себя. Особенно тогда, когда – пожалуй, впервые за всю историю человечества – этому сознательно и прямо противостоит большая часть общества, корыстно заинтересованная в том, чтобы ты оставался рабом вещей и развлечений.
Поэтому в борьбе против Монстра-Системы не будет много победителей. И по этой же причине это будут не простые люди. Те, кто сознательно выйдет из беличьей гонки за деньгами, кто будет покупать необходимость, а не роскошь, кто будет наслаждаться жизнью, а не ее видимостью, это будут люди особого рода – трудно устоять от искушения назвать их сверхлюдьми. Но на самом деле, Сверхчеловек сегодня – это не тот, кто умеет бегать по стенам, как человек-паук, или летать, как бэтмен. Все это глупости, без которых в поисках счастья вполне можно обойтись. Сверхчеловек сегодня – это просто Настоящий Человек, свободный и порядочный, такой, каким он должен быть. Тот, кто сумел вырваться из страшного плена всеобщего безумия, удержался от того, чтобы вслед за тем мудрецом побежать к отравленному колодцу и напиться отравы, чтобы «быть как все». Тот, кто силой своей воли исправил свою душу, вырвав ее энергию из замкнутых порочных кругов и направив на труд по упорядочиванию себя и своей жизни.

Сегодня, наверное, еще не настало время считать Настоящих. Не совсем ясно еще, как им находить друг друга. Не повесишь ведь на себя бирку «настоящий», потому что сверхчеловечество доказывается и показывается не словами, а образом твоей жизни. Но нет никаких сомнений, что эти люди скоро начнут объединяться. Нет никаких сомнений, что они найдут и свободное время, и желание, и силы начать войну против бредовой, бесчеловечной Системы. Удастся ли им победить, другой вопрос, да и не это критерий истинности их борьбы.
Мы все умрем, но умершего ведь судят не по тому, победил он или погиб. Судят по тому, за что ты отдал свою жизнь.

Василий Ансимов
"Today is only yesterday's tomorrow"
© Uriah Heep
0

#46 Пользователь офлайн   Airman

  • Старожил
  • PipPipPipPipPip
  • Группа: Пользователи
  • Сообщений: 2 854
  • Регистрация: 01 Ноябрь 07

Отправлено 10 Январь 2008 - 05:40

http://tertium-non-d...dex.php?page=16

О позиционировании России в мире.

Состояние экономики



- В 90-х объем экономики России сократился на 40%. К началу XXI века российская экономика по объему производства скатилась на 16 место в мире и составляла 1/10 от экономики США, 1/5 экономики Китая.

- «Две трети производственного потенциала разрушилось настолько, что восстанавливать его просто нет смысла. По мнению некоторых ученых на реструктуризацию и модернизацию экономической инфраструктуры страны могут потребоваться инвестиции в размере около 2,5 млрд. долл. в год в течение следующих 20-25 лет».

- Россия с 90-х годов постоянно и с нарастающими темпами вывозит из страны гораздо больше, чем ввозит, в 2004 году превышение экспорта над импортом превысило 80 млрд. долл. К слову, США поступают совсем наоборот и вывозят намного меньше, чем ввозят и тоже с нарастающими темпами.

- Безропотно (почти) Россия стала исключительно сырьевым придатком Запада, обеспечивая все растущие его потребности в энергоносителях даже за счет урезания собственных.

- Выполняет программы международных фондов по реформированию науки, образования, здравоохранения, культуры.

- Реализует последовательно рекомендации МВФ – начала монетизацию льгот, как первый этап постепенной их отмены, наметила и частично приступила к реформе ЖКХ.

Технологическое отставание

- Импорт машин в 2002 году из-за рубежа по сравнению с 2001 годом вырос на 16%, достигнув $16,5 млрд.;

- Экспорт продукции отечественных предприятий снизился до $9,9 млрд. (- 4% к уровню 2001 года). Данные приведены с учётом рекордных показателей продаж военной техники и технологий, экспорт которых из России в 2002 году достиг $4,8 млрд. Напомним, что до начала пути к Западу поставки оружия в другие страны колебались в пределах от $16 до $20 млрд. Все, что не дополучает Россия от продажи оружия – от$12 до $15 млрд. стал получать Запад;

- Доля обрабатывающих производств в общепромышленном производстве опустилась до 19,7%, (норма для развитых государств - от 30 до 50%);

- Физический и моральный износ оборудования. 65% оборудования эксплуатируется свыше 20 лет.;

- Деиндустриализация, свыше 50% доходов федерального бюджета - доходы от экспорта сырья

В начале пути к Западу Россия была передовой космической сверхдержавой с атомной энергетикой и разносторонним научно-техническим потенциалом. Вот, например, достижения к 300-летнему юбилею Петербурга всего через 15 лет после начала реформ:

Была прекрасная судостроительная промышленность. Теперь нет.

Была бронетанковая промышленность. Теперь нет.

Была электронная приборостроительная промышленность (в частности, производилось уникальное оборудование для "МИГов" и "СУ"). Теперь нет.

Была передовая оптико-механическая промышленность. Теперь нет.

Была химико-фармацевтическая промышленность. Теперь нет.

Была моторостроительная промышленность (в частности, завод им. Климова - вертолётные моторы). Теперь нет.

Было мощное производство средств ПВО - знаменитые ЗРК "С-300" и "С-400", которых пуще смерти боятся натовские пилоты, особенно - летающие на самолётах-"невидимках" "F-117а". Теперь нет.

Была мощная текстильная и прядильно-ниточная промышленность. Теперь нет.

Была мощная аграрная промышленность. Племенной скот мясо-молочной чёрно-пёстрой породы продавался по всему СССР. Теперь нет.

Наука и образование

- Удельный вес России в мировом ВВП - 1,2%, доля на рынке наукоёмкой продукции - 0,3%.

- Последовательно уничтожены отраслевая наука, прикладная, добиваются остатки фундаментальной.

- Основная производственная и научная деятельность поддерживается людьми старше 60 лет.

- Рухнула система научно-технической информации. Закрылись научно-технические журналы, в НИИ уничтожены уникальные библиотеки. Русские учёные пишут книги для западных издательств на английском языке.

- Общий объём ассигнований на развитие науки в 2003 г. составляет 1,3 млрд. долл. Это почти в 2 раза меньше годового бюджета Кембриджа

- Число научных и технических работников по сравнению с прежнем СССР упало на 50% только с 1989 по 1993 год, с 1,5 млн. до 600 тысяч.

При этом структура российского высшего образования не соответствует структуре реальной общественной потребности в молодых специалистах. Абсолютное большинство студентов российских вузов даже и не предполагает работать по получаемой специальности. Безработица выпускников (особенно по «рыночным» специальностям - менеджер, бухгалтер, юрист) стала устойчивым социальным феноменом, ярко контрастирующим с практически тотальным острейшим дефицитом производственных специалистов.

Качество высшего образования, по сути, и сократилось до уровня техникума, так как не опирается на современную научную базу из-за разрушения вузовскойнауки. Качественная деградация высшего образования скрывается за ростом количественных показателей. Высшее образование превратилось в систему спасения юношей от армии. Количество вузов выросло с 680 на весь Советский Союз до более чем 3000 в России.

Произошла десоциализация вузовского образования. Механизм приёма в российские вузы устроен так, что возможности получить бесплатное образование у детей из наиболее высокостатусных и наиболее обеспеченных групп населения существенно выше, чем у прочих. Следующая группа - менее высокостатусные и менее высокодоходные - вынуждена отправлять своих детей на обучение за частный счёт. Дети из бедных семей идут в армию.

Можно констатировать, что государство потеряло способность контролировать качество высшего образования при растущем количестве, по большому счёту, липовых дипломов, в большинстве случаев свидетельствующих о бесцельно потраченных студенческих годах и родительских деньгах.

Деградация человеческого потенциала

- За 1990-2000 гг. общая преступность увеличилась в 3 раза.

- Вырос почти в 3 раза и коэффициент преступности (то есть число преступлений на 100 тыс. жителей) с 80-х годов прошлого века. Россия обогнала Америку по числу умышленных убийств (2000 г. в России было зарегистрировано 31 тыс., в Соединённых Штатах, где население вдвое больше, чем у нас, - 24 тыс.) Реально к правовой ответственности привлекаются 2% от числа нарушивших закон.

- Свыше 2 млн. детей школьного возраста, не охвачены никакими формами учёбы.

- Наблюдается постоянный рост числа наркоманов, алкоголиков, бомжей, больных туберкулёзом, социальными болезнями (гепатитом, сифилисом, СПИДом и т.д.), вовлеченных в детскую и подростковую проституцию и порнобизнес. Россия находится на первом месте в Европе по употреблению наркотиков. Да и в мире её обгоняют только Лаос, Таджикистан и Иран.

- Ещё ближе к критической черте подошла Россия в отношении с алкоголем. Россия вышла на первое место в мире по душевому употреблению алкоголя, обогнав Францию. Алкоголизм, который уже поразил до 40% мужчин России и до 17% женщин. В 1980 году на душу населения приходилось 10,8 литров, что более чем в 2 раза превышало среднемировой уровень. К 2000 году объём алкогольного производства достиг 18,5 литров на душу населения в год, и это без учёта подпольного производства и потребления алкоголя.

- Россия на втором месте в мире по числу самоубийств на душу населения (после Литвы). 60 тысяч самоубийц ежегодно - это превышение показателей, признанных ВОЗ критическими (20 человек на 100 тысяч населения), почти вдвое (в России средний показатель - 38 человек), для российских мужчин критическая норма превышена втрое (60 человек)

- В 1999 году в России только 1% новорождённых был признан практически здоровым.

- Россия занимает второе место в мире (после Румынии) по числу абортов.

- Рождаемость упала до европейской, продолжительность жизни - до африканской; средняя продолжительность жизни мужчин в стране составляет 58-59 лет, то есть на год меньше начала пенсионного возраста.

По данным Госкомстата РФ, на 1 января 2003 г. постоянное население Российской Федерации насчитывало 143,1 млн. чел. и за истекший год уменьшилось на 856,7 тыс. чел. или на 0,6%.

Состояние здоровья населения по некоторым аспектам стало хуже, чем в странах третьего мира. Ежегодно в России население сокращается и к 2015 году по расчетам будет составлять 134 млн. чел., (15 лет назад население России было 150 млн. чел.) - что совпадает с идеологией, так называемого «золотого миллиарда».

Для перечисления всех заслуг российской власти под водительством, по рецептам и под неусыпным наблюдением Запада потребуются тома. Завершая список, прибавим, что российские власти все свои золотовалютные запасы 120 млрд. долл. держат под мизерные проценты в западных банках, инвестируя западную же экономику. И ждут, как манну небесную, западных инвестиций. А Запад использует инвестиции, которые он, быть может, сделает в будущем, как механизм давления на Россию в настоящем.

Типичным примером может служить, такой пассаж из доклада Национального разведывательного совета (НРС) опубликованного в январе 2005 года: «Россия, поставлена в один ряд с такими государствами, как Бразилия, Индонезия и ЮАР. И не сможет вступить в борьбу за мировое лидерство, прежде всего в силу падения рождаемости, слабого здравоохранения и даже возможной вспышки эпидемии СПИДа».

Авторы доклада, озаглавленного «Проект 2020», считают также, что у России слабые шансы и в плане экономического роста. По их мнению, нынешняя тенденция отхода от плюрализма и скатывания к бюрократическому авторитаризму будет препятствовать привлечению иностранных инвестиций, приток которых ограничится энергетической отраслью, что сильно снижает перспективы диверсификации экономики».

По пути в рынок и демократию в России фактически произошла гуманитарная катастрофа планетарного масштаба, о которой почему-то молчат российские и зарубежные «правозащитники» и СМИ. Все видели, какое сочувствие и поддержку оказали народы всего мира американцам когда, в США 11 сентября произошел террористический акт. Тогда погибло несколько тысяч человек и было разрушено несколько зданий.

Но это послужило тому, чтобы изменить законодательство и не только в США, но и на международном уровне. Были приняты Конвенции ООН о транснациональной преступности и о борьбе с коррупцией. В них, в частности, были пересмотрены отдельные положения по отношению к таким незыблемым демократическим ценностям как собственность, неприкосновенность частной жизни, банковская тайна и ряд других. И никто в мире не оспорил законность таких мер.

В России же, когда разрушена экономика, загублены миллионы человеческих жизней, любые действия, направленные на прекращение этой людоедской политики, на укрепление порядка, вызывают мощные атаки на власти России. В связи с этим, как не согласиться с мнением генерала-лейтенанта в отставке Вильямом Одомом: «У сегодняшей правящей элиты (России) фактически нет никаких стимулов искать выход, так как наличие слабой шатающейся системы государственных и общественных институтов приносит ей барыши», которое он высказал еще в 2001 году на Международной конференции независимых экспертов.

Мировая общественность тоже хранит молчание, а зарубежные СМИ скрупулезно подсчитывают миллиметры отхода российской власти от демократических ценностей. Широкая международная общественность не знает правду о России - реальных масштабов человеческих потерь и разрушений, которые были произведены за 15 последних лет. Не знает потому, что свободой общаться с международной общественностью монопольно владеют наши «правозащитники» и демократизирующие СМИ. А поэтому весь мир занимают не проблемы ограбленной, разрушенной страны и уничтожаемых народов, «ущемление» прав горстки олигархов, и купленных журналистов.

Как видим заслуги «демократизаторов» по разрушению экономики собственной страны и обогащению Запада впечатляющие. И, тем не менее, артподготовка началась.
"Today is only yesterday's tomorrow"
© Uriah Heep
0

#47 Пользователь офлайн   Airman

  • Старожил
  • PipPipPipPipPip
  • Группа: Пользователи
  • Сообщений: 2 854
  • Регистрация: 01 Ноябрь 07

Отправлено 10 Январь 2008 - 05:46

http://tertium-non-d...dex.php?page=18

Страну пустят по миру?
Как противостоять развалу России

Кризис, в который втянулась Россия в конце ХХ века, называют системным. Это значит, что повреждены все системы страны, она больна. Едва ли не главная опасность, порожденная болезнью – возможный распад страны. Это всегда общее бедствие и источник массовых страданий народа. Старшие поколения помнят, как «бригада Горбачева» у власти развалила СССР. Ее дело продолжила «бригада Ельцина», который ездил по регионам и уговаривал: «Берите суверенитета, сколько проглотите». Силы, которые за ними стояли, никуда не делись, и для них Россия – такая же империя, как СССР, только поменьше. Цель развала России с повестки не снята, и работа не прекращается. Каковы перспективы?

Общее правило гласит: большие системы или развиваются и укрепляются, или хиреют и распадаются, покоя им нет. Нынешняя Россия – система переходная, в неустойчивом равновесии. В ней сегодня одновременно идут процессы распада и укрепления. Куда качнутся весы – зависит и от власти, и от всех нас. Подавляющее большинство, конечно, старается укрепить страну. Для этого полезно взглянуть на дело хладнокровно.

Народ сопротивляется – но стихийно

За последние годы сделано два больших шага – укреплена центральная власть и, в основном, потушен опасный очаг в Чечне. Это достижения на двух участках большого фронта. А на остальных? Перечислим главные источники опасности и посмотрим, угасают ли они. Пройдем по главным «скрепам», которые соединяют людей и земли в страну, а также по «механизмам», которые эти «скрепы» производят, обслуживают, ремонтируют. В каком состоянии все это хозяйство?

Создатель и «держатель» страны – народ. Первое условие прочности страны –соединение ее населения в народ многообразными связями. Главных типов таких связей можно выделить около сотни, объединив их в десяток «пучков». В духовном плане соединение в народ означает наличие общего культурного ядра (мировоззрения, понятий о добре и зле), общего образа «благой жизни». В плане земном – общий для народа реальный образ жизни, принадлежность к одному типу цивилизации. Иными словами, не слишком большое расслоение по доступности основных благ – как в социальном плане (между группами и классами), так и в национальном (между народами и народностями России).

Тут и таится первая и главная опасность для России – продолжается демонтаж народа – хозяина страны. Эта операция, проведенная против советского народа, была для противника успешной и позволила ему расчленить СССР. До сих пор не может опомниться от радости. Но эта операция вовсе не прекращена в РФ. Народ извлек некоторые уроки, сопротивляется, но стихийно. Государство почти не помогает, а то и подливает масла в огонь.

Господство «новых русских» над информационным пространством почти тотально

Народ России раскалывают и дробят во всех планах и измерениях, тут тенденция неблагоприятна. Совесть народа так оплевали и осмеяли, что она ушла в катакомбы, и там пережидает смутное время. Значит, раздроблено скреплявшее нас общее культурное ядро. Результат – динамика смертности и рождений, разбоев и ограблений, ход призыва в армию. Мы вышли из советского времени, а наши отцы и деды – из крестьянской России. 95% их тяжело работали, совершали немыслимый труд, погибали на фронте, построили все то, чем мы сегодня живы. Эта жизнь выработала у них стойкие представления о долге, правах и справедливости.

Сегодня власть у людей другого типа – «новых русских». Они сумели приватизировать все, вплоть до нашего сознания. Их господство над информационным пространством почти тотально. По-детски счастливые, они стали глумиться и издеваться над всем, что нам казалось добрым и красивым. Я старый человек, эмоциям воли не даю. Я просто фиксирую, что с телеэкрана на меня ежедневно льется поток оскорблений, стараются уязвить побольнее, с садизмом. Может, это надо перетерпеть, а потом все наладится? Это зависит от того, получилось ли у этой «элиты» собрать народ на новой духовной матрице.

Нет, не получилось, и сама проблема эта снята с повестки дня. Да, появились богатенькие, которые возомнили себя солью земли, и для бодрости считают остальных быдлом и неудачниками. Но это сравнительно небольшая группа, и их жаль – ушиблены реформой, впали в вульгарный социал-дарвинизм. Главное – не убедили большинство людей ни Гайдар с Чубайсом, ни Абрамович с Дерипаской, ни Познер со Сванидзе в том, что их мораль и принципы жизни справедливы и благородны. Посмотрели мы на них и так, и эдак, и все с ними ясно. Пустота и творческое бессилие. Это не строители, с ними Россию ждет тупик, а затем и пропасть.

В таком положении слаба легитимность государства. Нет у людей уверенности, что оно обеспечивает выживание народа. ВВП, финансовые активы, конкуренция – все это слабые связи. Даже более того, у многих зреет ощущение, что они лично при таком устройстве страны не нужны и даже нежелательны. Нас все время попрекают, что мы много жжем электричества, много тратим топлива на обогрев наших жилищ, загрязняем атмосферу – тяготит это новых хозяев жизни. В.В.Путин нас успокаивает, и ему за это благодарны. Но высокий рейтинг президента при общем недоверии к правительству – признак плохой.

В статье не представить всю карту расколов и трещин, которые пошли по душе народа, но эта карта есть, и от вида ее содрогнешься. Судя по всему, заделывать эти трещины и «ремонтировать» духовную сферу власть не собирается. Может, кто-то, еще более властный, ей это запрещает? Остался у нас один скрепляющий почти всех символ – Великая Отечественная война. И то к каждому 9 мая на бюджетные деньги успевают выпустить пару фильмов, поливающих грязью этот образ.

Хищник умелым хозяином не станет

Если опуститься на грешную землю, то тут положение проще и грубее, но особых сдвигов к лучшему не видно. В период «бури и натиска» 90-х годов народ раскололи, как топором, на два расходящихся мира – патологически богатых и столь же патологически бедных. Это было настолько несправедливое и противное разуму разделение, что надо удивляться, как вся эта безумная социальная конструкция еще держится. Бедной стала самая квалифицированная и самая работящая часть населения, а наверх, в общем, поднялось «дно» советского общества. Еще говорят: ах, как жаль, что у них нет протестантской этики. Какая там протестантская! Что у них вообще есть? Получили в собственность нормально работающую экономику, вторую в мире по мощности – и практически угробили ее.

Ограбили большинство, но ведь и награбленное не пустили в дело – накупили себе вилл и яхт, обжираются самым позорным и примитивным образом. У какого разбитого корыта мы останемся, когда они, наконец, отвалятся от России, как сытые пиявки? Олигархи получили разведанные, обустроенные и налаженные месторождения нефти. Все было в порядке – и кадры, и оборудование. Знай, качай нефть и гони ее на ненасытный мировой рынок! И что же? За десять лет реформ они ухитрились снизить производительность труда в четыре с лишним раза. В 1988 г. на одного работника, занятого в нефтедобыче, приходилось 4,3 тыс. тонн добытой нефти, а в 2001 г. 0,97 тыс. т. Хищник умелым хозяином не станет – вот в чем тут дело. Ведь снимают с месторождений сливки, безвозвратно оставляя в земле 2/3 нефти. И власть хочет, чтобы мы признали их за законных хозяев национального богатства! Не бывать этому – вот и основание для раскола.

Нам говорят о быстром развитии российской экономики в последние годы. Из чего же это видно? Что построили за эти годы, какие великие «стройки капитализма» завершили? Отверточное производство «Форда Фокуса»? Если взять реальную экономику, то она растет медленнее, чем в годы перестройки – а ведь тогда нас уговорили сломать нашу экономическую систему из-за низкого темпа роста. Посыпалась на нас манна небесная – нефтедоллары – но где же восстановительная программа? Нет ее, а ведь брешь в экономике за 90-е годы побольше, чем от войны. Ее явно не собираются закрывать.

Не надо говорить о ВВП – надо смотреть на натуральные показатели. Посевные площади сократились на 42 млн. га, а поголовье крупного рогатого скота – в три раза. У нас его теперь намного меньше, чем в 1916 г.! Замечательно, что у нас есть приоритетный национальный проект в животноводстве, но сравнима ли эта капля с масштабами провала 90-х годов? А сколько у нас тракторов осталось? А торговый флот, который сократился в 4 раза? А как стареет оборудование промышленности? А кто будет работать на заводах, когда умрут пенсионеры?

Какое может быть развитие, если в РФ остается для собственного потребления 0,8 т нефти на душу населения – меньше трети того, что мы имели до реформы? Энергетическая держава – это, иными словами, сырьевой придаток. Ведь нефть и газ не производятся, а извлекаются из кладовых России. Их «тащат из семьи». Да и Запад фактически предупредил, что сокращение поставок нефти из РФ будет рассматриваться как военные действия против стран НАТО. «Наш ответ Чемберлену» таков: не извольте беспокоиться!

Большую часть населения страны вытесняют в гетто

Почему это важно для нашей темы? Потому, что без восстановления полноценного народного хозяйства население России не прокормится от «трубы». Значит, большую его часть так или иначе оттеснят в гетто, в «цивилизацию трущоб». Это и происходит более 15 лет, а признаков отказа от этой доктрины не видно. Кто же будет держать страну, если именно работающая часть переселится в трущобы? Брокеры и дизайнеры? Да они бачок своего унитаза починить не смогут.

Если считать народ человеческой ипостасью страны, то она уже сейчас расчленена – большинство ведет иной образ жизни, нежели 20-30% «зажиточных», живет в иной цивилизации. Когда осознание аналогичного состояния произошло в начале ХХ века, началась революция. Для большинства населения помещики (1%) и буржуазия (еще 1%) стали «внутренними немцами». И империя рассыпалась, ее пришлось собирать на новых основаниях. Теперь правящие круги умеют революции кастрировать, а значит, будем жить в условиях холодной гражданской войны – психологической и экономической. Небывалый для России размах преступности – одно из выражений этой войны.

Надо признать фундаментальный факт: нынешний тип распределения национального богатства и дохода в России несовместим с длительным существованием страны. Пока он воспринимается как временная аномалия, люди готовы его перетерпеть. Но затем народ разойдется на две уже антагонистические части, их сосуществование станет невозможным. Возможно, большинство угаснет и зачахнет, не найдя способа организоваться – но что это будет за страна?

Cвяжет ли Чечню с Россией интернет?

А что мы видим не в социальном, а территориальном измерении? Тот же процесс – регионы расходятся по разным цивилизационным нишам. «Связность» страны утрачивается просто потому, что уклады жизни людей в разных частях уже не соединяют их. Разница между регионами в среднем доходе на душу в 12 раз означает распад страны, даже если она формально не расчленяется. Да, положение улучшается – в середине 90-х годов разница была почти 16 раз. Но ведь стабилизация происходит на уровне, несовместимом с единством страны. Какова же программа действий государства? Я лично ничего внятного никогда не слышал. Зимняя олимпиада, свободные экономические зоны, какие-то инвестиции… а в Чечне 70% населения – безработные. Какой тип культуры там вызревает? Свяжет ли Чечню со страной Интернет, который там проводят в каждую школу? Это наш национальный приоритет.

Каковы тенденции в техносфере? Ведь эта сфера, созданная человеком, играет важнейшую роль в соединении людей и территорий. Большие технические системы – транспортные, энергетические, информационные – делают организм страны единым, как кровеносная система человека. В целом, мы видим деградацию систем, которые служили всем людям, и оживление той их части, которая обслуживает меньшинство. Слабеет общественный транспорт – укрепляется парк личных автомобилей; в 4 раза сократились авиаперевозки пассажиров внутри России – но взмыли вверх перевозки в дальнее зарубежье; почта стала людям не по карману – но растет Интернет-сообщество. По российским рекам, которые соединяли десятки тысяч деревень и городков, поток пассажиров сократился в 5 раз. Не связывают теперь реки наши села и города. Сколько мы слышим о строительстве дорог – как будто и впрямь у нас строительный бум. Наконец-то! Но ведь в 1991 г. было построено 43 тыс. км дорог, а в 2005 г. 2 тысячи! И это число все время уменьшается.

Вещь банальная – пространственная «связность» страны. Но ведь она тает на глазах, при разбухании омертвленного Стабилизационного фонда. Что им собираются стабилизировать? Север – часть России? Но морским транспортом на Крайний Север теперь завозят в 7-8 раз меньше грузов, чем до реформы. Рвется артерия, которая связывала западные и восточные районы страны, деградируют северные приграничные территории.

А впереди маячит расчленение Единой энергетической системы, роль которой в интеграции страны важнее финансовых показателей. Но ведь и они резко ухудшатся при уничтожении системной целостности РАО ЕЭС. С такими усилиями СССР создал эту замечательно эффективную систему – и вот свое же государство ее губит. Еще одна важная «скрепа» страны будет с нее сбита.

В СМИ господствует «язык вражды»

Вот другая система – и техническая, и социальная, и культурная. Это школа, «генетический аппарат» национальной культуры. В наше время она – один из главных инструментов собирания нации, а значит, и скрепления страны. Она уже в детстве задает будущему гражданину ту мировоззренческую матрицу, которая соединяет людей в народ. Культура России, можно сказать, выстрадала особый тип школы – единую общеобразовательную. Именно эта школа воспитала поколения, которые сделали СССР великой державой, а сегодня с поразительной стойкостью переносит кризис. Эта школа обладала такой интегрирующей силой, что даже спустя 15 лет после развала СССР люди, приезжающие к нам из Средней Азии, оказываются нам цивилизационно близкими. И вот эту школу с поразительной настойчивостью сейчас стараются изменить так, чтобы она утратила именно свои главные черты – перестала быть единой. Ее превращают в конгломерат каких-то лицеев, гимназий, колледжей с мириадами разных программ и учебников. Это выглядит как сознательная операция по развалу страны.

Еще более наглядно это происходит в системе СМИ. Иногда говорят, что современные нации создали «печатный станок» – прежде всего, центральные газеты, позволяющие одновременно на всей территории страны давать людям пакет важной для всех информации. Реформа первым делом ликвидировала эту «скелетную» систему, превратив главные газеты в торговцев, конкурирующих на рынке. Кроме того, был сразу резко сокращен доступ основной массы населения к газете – разовый тираж газет на душу населения сократился в России в 7 раз.

Но главное, газеты, якобы подчиняясь диктату рынка, стали нагнетать информацию, углубляющую все трещины и расколы, возникшие в обществе. Особенно это касается межнациональных отношений. Тут, как выражаются социологи, в СМИ господствует «язык вражды». В одном и том же номере науськивают подростков на «лиц кавказской национальности» – и представляют спровоцированных подростков «русскими фашистами».

Всё это вещи известные. Но они как будто не касаются ни государства, ни политических партий. Я пробую представить себе, где все эти вещи могут по-деловому обсуждаться в целом, как система, как общая проблема укрепления «связности» страны. И я не вижу никаких следов подобных обсуждений, концепций и доктрин. Они не выходят в научной печати, не просвечивают в выступлениях или хотя бы в частных разговорах. Как будто наложен какой-то запрет на обсуждение и даже размышления, касающиеся первейшей обязанности государства.

А для обсуждения таких проблем «внизу» люди лишены минимальных возможностей – нет теперь ни собраний трудового коллектива, ни очередей, ни ночевок у костра. Но надо уметь работать в новой информационной среде. Надо что-то делать!

КАРА-МУРЗА Сергей
"Today is only yesterday's tomorrow"
© Uriah Heep
0

#48 Пользователь офлайн   Airman

  • Старожил
  • PipPipPipPipPip
  • Группа: Пользователи
  • Сообщений: 2 854
  • Регистрация: 01 Ноябрь 07

Отправлено 10 Январь 2008 - 06:13

http://tertium-non-d...dex.php?page=17
Русская армия: хроника распада.
«Тополь М», «Искандер Э», «Чёрный орёл», «Бэкфаэр», «Акула», «Чёрная акула», «Фаворит» — все эти громкие названия новейших систем оружия буквально не сходят со страниц газет, глянцевых журналов и с экранов телевизоров. «Самые современные!», «Неотразимые!», «Умнейшие!», «Не имеющие аналогов!» — эти эпитеты уже буквально «впаяны» в память российского обывателя. И он пребывает в счастливой уверенности, что потенциальные противники буквально подушки по ночам грызут от зависти и бессилия перед российской армией, имеющей на вооружении такие уникальные виды оружия.

Достаточно послушать доблестного министра Иванова, чтобы выпятить грудь колесом и свысока смотреть на весь остальной мир.

«Проект федерального бюджета на 2005 год впервые в истории новой России наиболее полно отвечает потребностям армии и флота! — заявил намедни министр обороны РФ Сергей Иванов. — Это позволит улучшить качественное состояние армии и флота, в том числе по оснащению войск техникой и вооружением". «…Выделяемые на 2005 год средства позволят Минобороны выполнить все предусмотренные Государственной программой вооружения на 2001-2010 годы мероприятия по оснащению армии и флота современным вооружением и военной техникой,» — Бодро рапортует Иванов.

Но, если немного очнуться от этой убаюкивающей эйфории, и заглянуть за голубую глянцевую обложку фасада ивановского МО, то действительность приобретает совершенно другой цвет. И начинают выясняться очень «неудобные» детали:

- что «Тополь М» имеется сегодня в количестве 39 штук;
- что «Искандер Э» ракета хорошая, но в Сухопутных войсках ни одной такой ракеты нет;
- что «Чёрный орёл» замечательный танк, но всё в тех же войсках нет ни одного этого танка;
- что легендарный бомбардировщик «Бэкфаэр» по старости снимается с вооружения;
- что последняя АПЛ «Акула» была спущена на воду 4 года назад и больше ни одной «Акулы» на стапелях нет;
- что вертолёт «Чёрная акула» до войск за 14 лет так и не добрался;
- что зенитный ракетный комплекс «Фаворит», конечно, гроза вражеской авиации, но ни одного такого комплекса в российскую ПВО до сих пор так и не поступило.

На самом деле, ни о каком перевооружении российской армии сегодня речи не идёт вообще. Наоборот. Сегодня мы стоим перед перспективой оказаться вообще без современных вооружённых сил. Наша армия, авиация и флот сегодня уже ни по каким критериям не могут называться «современными». 75% всей техники и вооружения имеет возраст более 15 лет. 20% имеют возраст от 10 до 15 лет и лишь 5% можно условно назвать современными, хотя большинство из них уже перешагнули десятилетний рубеж или являются штучными образцами. С 1994 года (на протяжении 10 лет!!!) в армию полностью прекращены поставки техники, вооружения и запчастей к ним. И последние 5 лет не исключение.

С 1994 года Россия перешла, по существу, на штучное производство вооружения для собственной армии. Например, если в 1988 году на заводах СССР было произведено 3,5 тыс. танков, то в 1996 г. было заказано 58 танков (то есть в 50-60 раз меньше), к тому же оплачена только половина.

Производство самолетов для собственных ВВС практически заморожено. В 1992 году поставки новых самолетов и вертолетов в Вооруженные силы РФ составили 67 самолетов и 10 вертолетов, в 1993 году — 48/18 соответственно, в 1994 году — 17/19, в 1995 году было закуплено только 17 вертолетов, а с 1995 г. и вертолёты больше в Вооружённые Силы не поступали. То есть, начиная с 1994 года до 2003 года, для собственных ВВС Россия не приобрела вообще ни одного нового боевого самолёта!

Самый новый российский боевой самолёт Су-37 является лишь модификацией советского истребителя Су-27, вставшего на вооружение в начале 80-х. С тех пор ничего нового так и не было создано. По оценкам экспертов Су-37 ещё в течении 5-7 лет сможет составлять конкуренцию новейшим американским самолётам, но с принятием на вооружение перспективных самолётов пятого поколения Су-37 окажется истребителем вчерашнего дня.

Су-37 нужен в войсках сегодня, но его там просто нет. Единичные экземпляры стоят в испытательных центрах, а поставки планируются не раньше 2008-2015 годов. Кому он тогда будет нужен, хочется спросить?

Самое печальное то, что на смену Су-37 прийти просто нечему. Обнищавшим, полуразвалившимся КБ просто нечего предложить. Все разработки самолёта пятого поколения так и не вышли из стадии проектных чертежей. За воротами КБ нет ни одного образца боевого самолёта завтрашнего дня. Туманно говорится о проведении научных и конструкторских работ по созданию самолёта 5-го поколения, который, возможно, появится после 2009 года. Или не появится… Точно так же, в КБ авиадвигателей нет ни одного по настоящему нового, перспективного двигателя.

Через 5-7 лет ВВС России в пору будет наниматься в Голливуд для съёмок исторических фильмов на авиационную тематику…


За фасадом больших цифр


Сегодня поклонники Путина любят щеголять тем, что за три года военный бюджет России увеличился с 206 миллиардов долларов до 471 миллиарда. То есть, более чем в два с половиной раза. И это, мол, показатель того, как относится ВВП к армии и её нуждам. Но если отвлечься от магии больших цифр и просто проанализировать их, то очень скоро станет ясно, что на самом деле никакого реального увеличения военного бюджета не произошло.

Официальная инфляция в 2001 году составила 18%, в 2002 — 14%, в 2003 году — 13%, а в 2004 — 11%. Итого — 45%. То есть только инфляция «съела» ровно половину всего путинского «повышения». Но, если судить по ценам на энергоносители и продукты, то уровень инфляции в 2004 году составил не 11%, а 25%. Ну, это так, мелочи…

Вторую половину «съели» заложенные в бюджет плановые повышения нищенской зарплаты и увеличившиеся в связи с всё той же инфляцией расходы на содержание войск. Более того, на протяжении двух последних лет Вооружённые Силы ежегодно недополучали до 30–40 % запланированных объёмов ГСМ по причине того, что цены на топливо росли «опережающими бюджетные нормативы темпами».

Ну а судьба остальных денег является более чем таинственной. На что они тратятся и кем — вопрос за семью печатями. При этом есть совершенно очевидные факты. Ассигнования на закупку вооружений у Индии не намного больше чем у России. 1999-2004 — они составили в общей сложности около 12 млрд. долл.

Но с 1999 года Вооружённые Силы Индии закупили и получили:

Танки Т-90С, принципиальное решение о закупке которых Индия приняла еще весной этого года. Индия купила 124 машины и еще 186 танков произведет по лицензии самостоятельно.

Достигнута договоренность о передаче Индии лицензии на производство дизельных двигателей В-31, которыми оснащены танки Т-90С.

Получена лицензия на производство самолета Су-30МК, двигателя с управляемым вектором тяги АЛ-31ФП и бортового оборудования самолета. Договор, подписанный 28 декабря 2000г., включает передачу соответствующей технической документации. Всего по контракту будет построено 140 самолетов.

Оплачена глубокая модернизация 125 истребителей МиГ-21бис (в вариант МиГ-21-93). Самолёт получит новую авионику, БРЛС и новейшую ракету Р-77 класса «воздух-воздух».

ОАО "Уфимское моторостроительное производственное объединение" поставит правительству Индии 180 реактивных двигателей для легких истребителей Tejas проекта LCA, созданных индийскими конструкторами.

ОКБ "Камов" в Индию поставлены восемь вертолетов Ка-31 радиолокационного дозора с новейшим пилотажно-навигационным комплексом.

Подписан договор о продаже и модернизации тяжелого авианесущего крейсера (ТАКР) «Адмирал Горшков».

Для укомплектования его авиакрыла Индия приобрела 22 палубных истребителя МиГ-29К.

ВМС Индии получили три новейших корвета УРО и две подводные лодки

Заключен контракт на поставку в Индию 40 транспортных вертолетов Ми-17-1В и контракт об их переоснащении в военно-транспортный вариант.

Это только по российским контрактам! Но, кроме того, ВС Индии закупают оружие в Израиле, Великобритании, Франции и ещё у целого ряда стран.

Всего за пять лет Вооружённые Силы Индии получили более 250 новейших боевых самолётов различных модификаций, 150 самолётов прошли модификацию. Армия и ВМС получили более 80 вертолётов (из них 48 от России), 300 новейших танков, 5 кораблей из которых 1 авианосец и 3 подводные лодки, кроме того не менее 5 подводных лодок прошли глубокую модернизацию. Вот, что значит перевооружать армию!

За эти же 5 лет путинского правления Вооружённые Силы России получили аж целых 15 танков Т-90 (обещают ещё 91 в 2005 году!), 40 бронетранспортеров БТР-80, 24 самолёта Су-27 (все машины, выпущенные ещё до 1991 года и прошедшие модернизацию, но 17 будут переданы ВВС лишь в 2005 году), 6 таких же модернизированных штурмовиков Су-25, три стратегических бомбардировщика Ту-160 (из которых 2, прошедшие модернизацию ранее выпущенные машины), шесть военных спутников и четыре ракеты-носители для их запусков, 2 ударных ночных вертолета Ми-28Н, 2 ударных вертолёта Ка-50.

При этом, по словам начальника Главного автобронетанкового управления МО РФ генерал-лейтенанта Полонского к сегодняшнему дню из 20 000 танков стоящих на вооружении ВС РФ, 9 000 танков вышли из строя и нуждаются в капитальном ремонте или заводском ремонте дорогостоящего оборудования. А из оставшихся 11 000 танков около половины также не способны выйти из боксов по причине отсутствия различных комплектующих или поломок требующих замены тех или иных узлов, которых просто нет на давно опустевших складах запчастей.

Из 1 800 боевых самолётов больше 1200 сегодня прикованы к земле и нуждаются в капитальном ремонте или регламентном ремонте, для которого просто нет денег и запасных частей. Половина этого парка нуждается в замене или капитальном ремонте двигателей, что составляет фактически треть стоимости самолёта. При этом специалисты откровенно говорят, что часть из этих машин восстановить уже просто не представляется возможным по причине того, что некоторые стоят уже больше 10 лет и почти полностью разукомплектованы.

В реальности, в большинстве авиационных полков, из 36 положенных по штату самолётов, сегодня в небо способны подняться не более 8-10 машин, а в некоторых количество исправных самолётов упало до 4-6 штук..

Так что, в отличие от индийской, российская армия наша стремительно превращается в огромную свалку мёртвого металлолома и всё больше существует лишь на бумаге да в промытых мозгах обывателя!

Если в год российские ВВС и дальше будут получать по 17 самолётов, то только на перевооружение боевой авиации уйдет сто семь лет! Не кажется ли Путину, что за 107 лет самолёт Су-27 несколько устареет? А, получая 90 танков в год, Россия будет перевооружать свои сухопутные войска сто лет, и это только заменяя полностью вышедшие из строя и списанные танки! Хорошие темпы перевооружения задал армии Владимир Владимирович!


Последний парад наступает


Дела на флоте ещё более удручающи. С 1992 года ВМФ России не получил ни одного стратегического атомного подводного ракетоносца. А с 2001 года ни одной атомной многоцелевой подводной лодки. Причём последние две (переданные флоту в 1997 «Томск» и в 2001 «Гепард») были лишь долгостроями ещё с советской поры. Причем без шума и помпы достройка ещё двух АПЛ этого проекта была свёрнута.

Сегодня на всех верфях России заложено и строится лишь 4 АПЛ различных классов. Учитывая, что в среднем на строительство одной подводной лодки у современной России уходит 8-12 лет, а средний срок службы АПЛ 25-30 лет, то не сложно посчитать, что к 2010 году из имеющихся 17 ПЛАРБов в строю останется не больше 4-5, а из 47 многоцелевых АПЛ, останется не больше 10-12 лодок.

Кроме того, из имеющихся на вооружении 20 дизельных подводных лодок к 2010 году в строю останется не больше 5-7 лодок.

Надводные силы ВМФ РФ вообще отдельная грустная тема. В боевом составе флота остался лишь один тяжелый авианесущий крейсер (ТАКР) "Адмирал флота Советского Союза Кузнецов". Будущее его до сих пор туманно. Все предыдущие годы крейсер полумёртвой стальной скалой простоял на Севере, причём большую часть в нерабочем состоянии. Содержание его в условиях крайнего Севера и скудного финансирования — из рук вон неудовлетворительное. Корабль гниёт буквально на глазах. По словам вице-адмирала Валентина Селиванова, если в ближайший год — два крейсер не будет выведен в море и не будет введён в полноценную эксплуатацию, судьба его будет печальна. Либо — продажа, либо — разделка на металл.

Надводных кораблей класса "крейсер" в России осталось только пять: три ракетных крейсера проекта 1164 (по одному на Северном, Тихоокеанском и Черноморском флотах), один — проекта 1134 "Керчь" и один тяжелый атомный ракетный крейсер (ТАРКР) проекта 11442 "Петр Великий", базирующийся на базе Североморск. Два других крейсера этого класса ("Адмирал Нахимов" и "Адмирал Лазарев") уже фактически мертвы и ждут только решения о выводе из состава флота.

Кроме крейсеров в боевом составе флота осталось 9 эсминцев проекта 956/956А типа "Современный", 1 большой противолодочный корабль проекта 11551 "Адмирал Чабаненко", 9 БПК проекта 1155, 2 БПК проекта 61А/МП-"Сметливый" и "Сдержанный", до 8 СКР проекта 1135 и его модификации.

Итого 35 боевых кораблей океанской зоны на всю Россию! А к 2010 году из этого списка в строю останется вообще не более 10–12 кораблей.

По флотам «расклад сил» ещё более печальный. Тихоокеанский флот, некогда один из наиболее боеспособных и мощных наших флотов, за 13 лет сократился в три раза. При этом 30% кораблей флот потерял за последние 5 лет. Боевые возможности флота сократились в 5 раз. Некогда океанский флот фактически превратился в прибрежную флотилию.

Но даже оставшиеся в строю корабли способны выполнять боевые задачи весьма условно. Почти на каждом боевом корабле целый список вышедших из строя систем и механизмов, многие из которых являются определяющими для боевой живучести корабля. Флот не имеет оперативных запасов топлива, запасных частей. И в ближайшие 5-7 лет может потерять ещё до 50% своего боевого состава.

Ни одного нового корабля для ТОФа не строится, и в ближайшие 4-5 лет никакого пополнения флота новыми кораблями не предвидится.

На Северном флоте — главном и самом современном флоте России дела не лучше. За 13 лет он так же сократился больше чем в 2,5 раза. Потерял 80% своих крейсеров, 50% подводных лодок. Боевые возможности флота упали более чем в 3 раза!

Состояние Черноморского и Балтийского флотов, — пожалуй, наиболее обвальное. Достаточно сказать, что в составе Черноморского флота из некогда 28 подводных лодок (в 1991 году) сегодня осталась лишь 2, из которых одна уже 8 год в ремонте…

В 1991 году Черноморский флот насчитывал около 100 тысяч человек личного состава, более 60 тысяч рабочих и служащих. Он включал в себя больше 300 боевых кораблей и вспомогательных судов. В их числе 2 противолодочных крейсера, 6 ракетных крейсеров и больших противолодочных кораблей 1-го ранга, десятки эсминцев, сторожевиков, тральщиков и десантных кораблей. В составе флота находилось свыше 400 самолётов морской авиации.

Часть кораблей и судов ЧФ на постоянной основе выполняла задачи в составе Индийской, Средиземноморской и Атлантической эскадр ВМФ СССР. Сегодня никаких "океанических эскадр" у России не существует, а сам ЧФ фактически превратился из флота во флотилию. На всем Черноморском флоте сегодня из боевых кораблей остались: 1 ракетный крейсер "Москва" (спуск на воду — 1979 г.), 2 больших противолодочных корабля (1967-71 гг.), 2 сторожевых корабля (1980-81 гг.), 6 больших десантных кораблей (1968-87 гг.), 2 подлодки, 6 малых противолодочных кораблей и 11 ракетных катеров. Все! Больше ничего нет и не строится!

А в боевом составе ВМФ Турции на сегодняшний день сегодня находится 15 подводных лодок, из которых 6 новейших (вошли в состав после 1990 г.), 22 фрегата УРО, 21 ракетный катер, 8 больших десантных кораблей, 26 тральщиков и минных заградителей.

На Балтике с 1990 года Россия потеряла 80% своих военно-морских баз, 70% своих аэродромов и 75% судоремонтных мощностей. По численности боевых кораблей флот сократился втрое, а боевые возможности флота уменьшилось в 4 раза. В 1990 году в составе Балтийского флота было почти сто субмарин, в том числе ракетные лодки. Сегодня же в составе Балтийского флота осталось всего шесть лодок, но в море может выйти только одна.

При этом группировка ВМС НАТО в этом регионе насчитывает 37 ПЛ, 7 эсминцев, 37 кораблей УРО.

Но, может быть, на стапелях сегодня идёт массовая закладка кораблей новых классов и проектов? Может быть, при Путине стали закладываться корабли и подводные лодки? Как бы не так!

На верфях находится лишь пара недостроенных корпусов, которые были заложены ещё в советское время. А все новые корабли представлены заложенным в декабре 2001 г. на санкт-петербургском ОАО "Северная верфь" «многоцелевым кораблём ближней морской зоны «Стерегущим», который по новой классификации именуется «корвет», а по старой советской классификации тянет лишь на усиленный ракетным вооружением прибрежный «сторожевик», о спуске на воду которых в советское время даже не сообщалось…

Обещано, что таких кораблей будет построено около двух десятков. Сдача головного корабля для ВМФ РФ запланирована на 2005 год. Но пока, кроме второго корабля этого проекта, заложенного в мае 2003 г, других боевых кораблей на стапелях нет!

Планировалось строительство головного многоцелевого сторожевого корабля типа «Новик». Однако сейчас строительство корабля «Новик» на заводе «Янтарь» свёрнуто. Есть надежда на то, что удастся построить сторожевик «Ярослав Мудрый». Его готовность составляет сейчас 80 процентов.

Обещают ещё построить 3 больших десантных корабля. Но пока выделены деньги лишь на закладку одного. В итоге, не сложно подсчитать, что за следующие пять лет ВМФ России потеряет примерно 20% своего корабельного состава, а взамен получит лишь 1-2 атомных подводных лодки и 2-3 корабля «прибрежной зоны»…

Если это называется «перевооружение», то боюсь, что скоро Россия «перевооружится» до полной потери Военно-Морского Флота как такового…


Красные ракеты уплывают в даль…


О ракетно-ядерном комплексе разговор особый. Ну, кто виноват, что эти советские генсеки наклепали ракет и бомб столько, что ещё и внукам хватит. Их не продашь и в землю не зароешь. Приходится содержать…

Впрочем, не долго уже осталось. Директор Московского НИИ теплотехники, генеральный конструктор ракетных комплексов "Тополь-М" и "Булава" Юрий Соломонов не так давно заявил, что: «…Программа развития стратегических ядерных сил наземного и морского базирования находится под угрозой срыва. Российским ВПК уже утрачено более 200 стратегических оборонных технологий. При изготовлении отдельных компонентов ракет сырье для них уже не производится в России». Так, в России осталось всего около 100 килограммов угольной ткани для производства конструкций ракет. Этого хватит на изготовление половины одного элемента ракеты, а таких элементов в ракете порядка десяти!»

«Последние 3 года работа на уровне срыва», — сказал Соломонов. По его словам, если в ближайшие два месяца не будут приняты меры, то в 2005 году гособоронзаказ по производству «Тополя-М» и «Булавы» может быть сорван. «В 2004 году уже два раза приостанавливали серийные работы по «Тополю-М». Это был последний звонок», — подчеркнул Соломонов. Он также отметил, что практически не осталось оборудования для производства сырья, которое используется в изготовлении ракет.

«До сих пор не оплачена продукция, изготовленная в 2003 году, — заявил Юрий Соломонов. — Это та техника, которая уже поставлена в войска. Я уже не говорю о том, что ее стоимость не индексируется. Господин Греф назначает дефляторы, установленные по уровню обесценения потребительской корзины, — 12%, а официально согласованное с Минэкономики удорожание ракетной техники к концу года составляет 29%. Разницу нам никто не покрывает».

Соломонов считает, что продолжение этой практики может привести к тому, что 2005 год станет последним в плане выпуска высокотехнологичной техники… При этом всего за неделю до этого выступления наш министр от обороны Иванов бодро заявил: «Предусмотренные проектом федерального бюджета 2005 года средства позволяют продолжить в полном объеме работы по созданию нового ракетного комплекса стратегического назначения «Булава», а также новых стратегических подводных лодок для этого комплекса. Хочу отметить, что уже в течение двух лет все работы по "Булаве" финансируются на 100%».

Опять же возникает сакраментальный вопрос, кому и зачем врёт Иванов?

По прогнозам всё тех же аналитиков к 2015 году у России при существующем темпе пополнения РВСН останется максимум 150–200 ракет. Для перспективной американской ПРО — уже просто семечки!

На будущий год Минобороны планирует купить аж целых семь межконтинентальных баллистических ракет. Много это или мало? Давайте посчитаем.

Если сегодня в составе РВСН числится почти 600 ракет, то для замены 150 ракет РС-36М УТТХ и Р-36М2 "Воевода" и 36 ракет РТ-23 УТТХ "Молодец", которые в ближайшие 3-5 лет будут сняты с боевого дежурства, при сегодняшних «темпах» перевооружения потребуется «всего»… 26 лет!

Боюсь, что к тому времени даже от ныне закупленных семи ракет останется только куча металлолома…

При этом стоит упомянуть, что снимаемые с боевого дежурства ракеты сегодня составляют основную ударную силу РВСН России и несут 1860 боевых блоков, а заменяющие их «Тополя» по одному. То есть, вместо 1860 «блоков», способных при одновременном старте и концентрации в «окне прорыва» со стопроцентной вероятностью «проломить» любую перспективную американскую ПРО, мы получим примерно через 27 лет 180 «блоков», которые будут вполне по силам созданной к тому времени ПРО США.

Масштабы разрушения системы ПВО — столь же катастрофические! Только за период 1993-1999 гг. деградация ПВО выглядит так: состав зенитно-ракетных войск (ЗРВ) сократился по ЗРП в 4 раза, по зенитно-ракетным дивизионам в 5,8 раза, по численности личного состава в 6,8 раза. Это привело к снижению боевых возможностей в 2,65 раза.

В России из перечня объектов обязательного прикрытия согласно указу президента 55% объектов оказалось не прикрыто. Мало того, начиная с 1994 г. ЗРВ за указанный период времени (1994-1999) не получили на вооружение ни одного комплекса С-300. При отсутствии их поставок или с темпами поставок один ЗРК в 2-3 года боевые возможности ЗРВ снизятся к 2010 г. еще на 70-75%. При этом количество прикрываемых объектов сократится на 64% (будут прикрыты лишь 16%).

Аналогичные показатели по количественному и качественному составу, сокращениям личного состава военнослужащих авиации и радио-технических войск (РТВ). Так, РТВ сокращены по частям в 3 раза (с 63 до 21), по подразделениям в 4,5 раза (с 1000 до 226), по личному составу в 5 раз. Радиолокационное поле разведки сократилось с 72 млн. кв. км до 3 млн. кв. км . (данные по ПВО из публикации Вольтера Красковского — бывшего командующего войсками РКО)


Сны о войне


Что стоит за этими цифрами? Попробую объяснить.

Все мы совсем недавно в прямом эфире наблюдали, как американская авиация безнаказанно, как в тире, бомбила сербские и иракские города. Ужасались видами горящих Белграда и Багдада.

Но, боюсь, мало кто задумался над тем, что Москва сегодня пребывает точно в таком же беззащитном состоянии.

В 1987 году на пути воздушных эскадр НАТО к Москве, на протяжении более чем 1700 километров, их готовилось встретить и уничтожить примерно 4 500 советских самолётов, до 600 самолётов стран Варшавского договора и более 2 500 зенитно-ракетных комплексов. Тогда США и НАТО чётко знали, что без тотального ядерного удара мечтать о прорыве к Москве просто бессмысленно, а после советского ядерного ответа — бессмысленно вдвойне.

Сегодня подлётное время ударной авиации НАТО от границы Эстонии до Москвы не превышает 20 минут, а расстояние до ближайшего аэродрома НАТО от Москвы составляет всего 600 км.

И на этом коротком пути авиационным армадам НАТО (более 2500 боевых самолётов) противостоит всего около 600 российских самолётов, из которых в воздух поднимется — дай Бог! — 100. А зенитно-ракетные части их вообще встретят лишь на ближних подступах к Москве, куда, собственно говоря, самолёты НАТО даже и залетать-то не будут, запустив сотни крылатых ракет с рубежа Ржев — Вязьма.

Впрочем, как говорят специалисты, если авиация НАТО начнёт налёт на предельно малых высотах — 100–300 метров, то вполне вероятно, что до самой Москвы их не встретит вообще ни один русский самолёт и не выстрелит ни одна зенитная ракета. Состояние некогда единого радиолокационного поля страны, перекрывавшего до начала 90-х годов все высоты, сегодня просто катастрофическое. Сегодня по всему периметру границы в РЛП зияют дыры, в которые не то что Руст, а целая дивизия Рустов может влететь незамеченной.

На самом деле это означает, что к голове России просто приставлен пистолет.

При этом, не грех напомнить, что с получением военно-воздушных баз в Узбекистане и Киргизии, ВВС НАТО получили просто уникальную возможность наносить авиационные удары по Новосибирску, Самаре, Екатеринбургу — сибирско-уральскому стратегическому промышленному узлу России.

Интересно, какой частью своего организма думал Путин «уговаривая» американцев занять Среднюю Азию?


***

И вот, на этом фоне, телевидение пестрит сюжетами о неких «уникальных» разработках российского ВПК, о «неуязвимых» ракетах, «уникальных» вертолётах, «чудо-самолётах» и «неотразимых» снарядах.

Тяга журналистов к сенсациям, конечно, понятна, но вообще, всё чаще мелькающая в печати, тема «чудо-оружия», которое вот- вот появится на вооружении у Российской армии и мгновенно устрашит всех супостатов, — явление знаковое и весьма характерное для определённого состояния общества. Обычно надежды на «чудо–оружие» и вера в чудо вообще, возникают в тех армиях и в тех обществах, которые проигрывают войну. Достаточно вспомнить мифы о «чудо–оружии» Германии, особенно окрепшие после начала стратегического отступления Вермахта в 1943 году.

На самом же деле, нигде в современной истории ни одно «чудо — оружие» не спасло страну, им обладавшую, от военного разгрома, если её регулярные армии, вооружённые обычным массовым оружием проигрывают главные битвы и кампании.

В конце войны у 3-го рейха появились и реактивные самолёты, и новейшие подводные лодки, и управляемые ракеты, но всё это — после Сталинграда, Курска, Белорусского, Ясского и Корсуньского «котлов», после разгрома в Атлантике и Африке — уже не могло изменить ход войны.

Оружие должно быть современным и быть в достаточном количестве, а «чудо — оружием» его сделают солдаты, которые им воюют!

Сегодняшние надежды российского обывателя на появление некого «чуда — оружия» есть лишь не что иное, как рефлексы людей, не желающих взглянуть правде в глаза — мы с каждым годом становимся всё более уязвимы и беззащитны.

Обороноспособность сегодняшней России стремительно приближается к тому пределу, который будет не способен гарантировать территориальную целостность страны.

В случае любого резкого обострения обстановки сегодняшняя Россия сможет «выставить» на войну лишь пару сотен боевых самолётов с весьма посредственно подготовленными лётчиками, десять — двенадцать небольших (2-3 тысячи человек) «войсковых маневренных групп» — то, что удастся собрать из существующих на бумаге дивизий и бригад. Сможет ли выйти в море наш флот и что он сможет в море сделать — вопрос вообще открытый. Дай бог, если он сможет обеспечить залп от причальных стенок наших ПЛАРБов…

Что из этого получится и чем закончится такая «война» каждый может предположить сам в меру своей фантазии. И сегодня от этого страшного сценария нас защищают не «пиаровские» речи Иванова и не пустые обещания Путина, а лишь остатки советского ядерного потенциала, который всё ещё заставляет давно чувствующую себя победителем Америку не связываться с Россией, не предъявлять ей как Сербии и Ираку ультиматумы.

Но не стоит думать, что США будут долго терпеть своеволие умирающей страны…
"Today is only yesterday's tomorrow"
© Uriah Heep
0

#49 Пользователь офлайн   kpl

  • Старожил
  • PipPipPipPipPip
  • Группа: Пользователи
  • Сообщений: 1 973
  • Регистрация: 01 Ноябрь 07

Отправлено 10 Январь 2008 - 13:38

Игорь Данченко: "Основные тенденции связаны с изменением роли государства в экономике"
Игорь Данченко, научный сотрудник исследовательского центра Brookings Institution. Окончил юридический факультет Пермского Государственного Университета и факультет политологии Луисвильского УниверситетаUniversity of Louisville. Работал в России и Иране.

Вопрос:- Каковы основные тенденции развития экономики России в последние годы?
Данченко: -Помимо очевидных вещей — роста цен на нефть и общего экономического роста в России — основные тенденции связаны с изменением роли государства в экономике. Две основные тенденции последних нескольких лет: во-первых, создание государственных корпораций в стратегических отраслях или отраслях, в которых, как считает президент Путин и большинство его коллег, частный бизнес добровольно денег вкладывать не будет и поэтому государство должно их поднять, а, во-вторых, развитие институтов, так называемого, частно-государственного партнерства. Эти тенденции себя проявляют очень четко.
Вопрос: - Какими могут быть последствиями этой модели? Это "бархатная реприватизация" или что-то иное?
Данченко: - Мне не понятно выражение "бархатная реприватизация". Если говорить о том, на что указывал недавно некий Шварцман, это ренационализация, а не реприватизация. С одной стороны, очевидно, что в России набрал обороты государственный капитализм. Это проявляется во многих сферах. Например, в том, что сращиваются бизнес и государство: чиновники, в первую очередь из Администрации Президента, исполнительной ветви власти, и даже представители законодательной ветви — например, члены "Единой России" — присутствуют в руководстве многих крупных компаний; многие финансовые институты созданы и существуют исключительно на государственном уровне. С другой стороны, президент Путин отрицает госкапитализм. Недавно он говорил, что "госкапитализм — это не наш путь" и пытался объяснить феномен частичного огосударствления экономики созданием приоритетных стратегических отраслей и частно-государственным партнерством. В реальности мы видим несколько иную картину, скорее напоминающую ту, которую описал господин Шварцман. Интерпретируя и уточняя его заявления, институт частно-государственного партнерства — это более высокая степень влияния государства на частный сектор.
Раньше можно было говорить бизнесу: "заплатите налоги и живите спокойно", "не вмешивайтесь в политику" (намекалось на "равноудаление" олигархов от власти и т.п.). Следующим этапом после осуждения Ходорковского и продажи ЮКОСа стал рост социальной ответственности бизнеса. Начиная с 2003 года, все компании начали публиковать красивые отчеты о своей социальной деятельности — причем без всякой бравады: "мы должны это делать, на региональном и на федеральном уровне, мы строим школы и дороги, ничего за это не просим и пр.".
Сейчас социальная ответственность бизнеса переросла в частно-государственное партнерство, когда государство, подчас в лице президента или губернатора, говорит частным компаниям: "у нас есть инвестиционные проекты, нужно строить, развивать инфраструктуру, строить перерабатывающие заводы, электростанции, кольцевые дороги, тоннели — мы хотели бы, чтобы в этом поучаствовал и бизнес!". Зачастую бизнес не желает участвовать, но, волей-неволей его втягивают в это партнерство.
Очень комичный эпизод был в разговоре Владимира Путина с губернатором Красноярского края Александром Хлопониным летом 2007 года. Хлопонин докладывал, что строит огромный ледовый дворец в Красноярске и что нашел инвесторов на миллиарды долларов. А Путин спросил: "А инвесторы знают, что Вы их нашли?". В это ироничной фразе и заключается глубокое противоречие, которое может перерастать в какой-то серьезный конфликт между бизнесом и государством.
Вопрос: - В типичном западном государстве ледовые дворцы — это обычные бизнес-проекты, которые в первую очередь должны приносить прибыль, и лишь во вторую — выполнять какую-то социальную функцию. Что можно сказать о подобных проектах в России?
Данченко: - Конечно же, в большей степени дворцы спорта и некоторые элементы инфраструктуры выполняют социальную функцию. В разных регионах России дело обстоит по-разному. Где-то подобное считается необходимым для улучшения общей социальной обстановки, где-то это важно для губернатора, чтобы заработать какие-то очки — губернаторы ответственны не только перед президентом, но и, в какой-то степени, перед населением. В некоторых регионах это просто схемы перекладывания денег из одного государственного кармана — в другой, из одного частного кармана — в другой. Тут речь идет о больших деньгах и высокой конкуренции. В каждом конкретном случае все мотивируется по разному, но деньги крутятся огромные и проекты реализуются крупные.
Вопрос: - Есть некоторое количество государств, где отношения государства и бизнеса строятся на схожих принципах? Насколько успешна эта модель?
Данченко: - Важно не то, как эти модели сработали в иных странах, а то, как это воспринимается в России. В России, во многом с подачи президента, губернаторов и некоторых идеологов власти — считается, что подчас глубокое вмешательство или участие государства не является злом. Впрочем, от термина "государственный капитализм" Путин уже отказался.
Российское государство считает, что в настоящее время эта модель оптимальна. Глядя на опыт "тигров Юго-Восточной Азии" и, отчасти, на опыт Латинской Америки, можно сказать, что эта модель может быть эффективной только на определенный период времени.
В России подобные решения часто оправдываются их временным характером: "мы сейчас сделаем госкорпорацию, пройдут крупномасштабные инвестиции, однако через несколько десятилетий мы от этого откажемся, а бизнес сможет начать извлекать прибыль из инвестиций, сделанных в начале 21-го века — будь то ледовый дворец, кольцевая дорога или горнообогатительный комбинат". То есть, в долгосрочной, ну или очень долгосрочной перспективе эти вложения будут оправданы.
Руководство России достаточно оптимистично смотрит на опыт госкапитализма за рубежом. Стоит заметить, что и у нас в России такой опыт тоже есть: если посмотреть на труды советских экономистов и деятельность видных министров в конце 19-го — начале 20-го века, там тоже есть примеры госкапитализма, которые смогли принести свои плоды или, по крайней мере, заложили фундамент для будущего развития госкапитализма. Посмотрите на опыт реформ Витте и Столыпина. Почитайте, например, труды Юрия Ларина о госкапитализме военного времени в Германии… Ларин был одним из идеологов НЭПа, очень плотно работал с Лениным… Эти экономисты занимались вопросами госкапитализма и 80 лет назад. В этой ситуации плачевный опыт СССР не мешает, а помогает государству и бизнесу понять, что есть некая грань, за которой самые благие намерения могут обернуться полнейшим провалом.
Вопрос: - Мне не встречалось ни одной речи или статьи, в которой высшие руководители России декларировали пути реформ экономики. Есть ли некий стратегический документ, концепция, на основании которого проводятся все эти программы?
Данченко: - О существовании такого документа мне не известно. Во многом это популистские шаги, что отрицать сложно. Рядовому гражданину России обидно, что до него не доходят сверхдоходы, будь это Стабилизационный фонд или прибыли энергетических компаний. Понятно, что эти деньги до него, по большому счету никогда и не дойдут. Крупные корпорации нанимают ограниченное число сотрудников и вообще оперируют на высочайшем, даже глобальном, уровне. Но вот гражданин видит новый ледовый дворец, новую дорогу, новую машину "скорой помощи" и в этом он видит результаты политики президента, национальных проектов, роста российской экономики.
Я думаю, что нам стоит более внимательно изучать деятельность новых финансовых инструментов России: Банка Развития, схему распределения Стабилизационного фонда, деятельность венчурных фондов, Внешэкономбанка… И вообще следить за тем, какими документами будет обусловлено частно-государственное партнерство. Если такие документы появятся, то на их основе можно будет сделать вывод: насколько этот старая модель госкапитализма, а насколько — попытка государства привлечь частные инвестиции в дорогостоящие и долгосрочные проекты.
Вопрос:- Было много заявлений о поддержке нанотехнологий, глубокой переработки сырья и т.д. Какие-то конкретные шаги в этих направлениях уже сделаны?
Данченко: - В основном, это только декларации. Если конкретные шаги и идут, то по принципу: "шаг вперед — два шага назад". Казалось бы, что государство должно регулировать развитие новых отраслей экономики не учреждением каких-то госкорпораций, а созданием благоприятного налогового и экспортно-импортного режима — тарифов, пошлин и пр. Чтобы было выгодно экспортировать компьютерные чипы, чтобы было выгодно не только российским программистам работать за пределами России, но и развивать в России свои компании, или, например, индийским приезжать и работать в России. Это те шаги, которые, по идее, должно сделать государство. Оно старается, но очень ограниченно. С одной стороны предоставляются какие-то налоговые льготы, а с другой — начинаются какие-то популистские проекты, например проект по развитию нанотехнологий, за которые ратует Сергей Иванов. Неужели, если у меня прекрасная бизнес-идея или технологическая разработка, я должен бежать в технопарк? Это смехотворно!
Другое, что должно сделать государство — не вмешиваться в частный бизнес. Аппетит приходит во время еды. Аппетиты у крупных компаний России, связанных с государством, растут: они готовы поглощать и поглощать большое количество инновационных компаний, которые приносят прибыль, которые были созданы "с нуля" российскими учеными с предпринимательской жилкой. Это фундаментальная и прикладная наука, которая движима частной инициативой и талантами россиян, подчас на городском и региональном уровне. Когда эти компании становятся многомиллионными, а могут и многомиллиардными, и тогда у крупных компаний, каким-то образом аффилированных с государством, возникает корыстный интерес к ним. Одна из важнейших задач государства — даже не развивать малый и средний бизнес, а создать условия для его существования и сберечь существующий бизнес от нападок и недружественных поглощений государственными корпорациями.
Вопрос:- Известно, что в последние годы численность государственного аппарата России выросла. Насколько эффективно он работает?
Данченко: - Учитывая структуру принятия решений и структуру контроля в экономике и всей государственной жизни, аппарат огромен. Очевидно, что в нынешних размерах он никому не нужен. Появилось огромное количество разнообразных "прилипал", начиная с "Единой России", куда вступают все кто ни попадя, в надежде, как в советское время, сделать не политическую, а именно номенклатурную, партийную карьеру. Это означает, что человек не работает, а кормится за счет партий и ее действительно активных членов.
Можно посмотреть практически на любое ведомство России и обнаружить огромное количество совершенно ненужных людей. Возьмите Министерство Иностранных Дел. Там много что пишется, вырабатывается… Но решения принимаются в Кремле, возможно после совещаний с министром иностранных дел. Зачем тогда содержать огромный МИД? Может стоить оптимизировать? Тоже самое можно сказать о других министерствах.
А для президента лично и его будущего статуса — возможного премьерства или иного — эта схема до сих пор была оптимальна. Никого не надо увольнять, выгонять, сажать, когда всегда можно найти какой-то удобный пост в тёплом месте: третьего секретаря далёкого посольства, помощника по каким-то делам, советника очередной госкомпании… Может быть, подобные шаги и помогают поддерживать политическую стабильность сейчас, но в долгосрочной перспективе — это недальновидные назначения, которые не столько обузой виснут на российской экономике и управленческой системе, сколько размывают функции управления, расслабляют систему, понижая тем самым её эффективность
0

#50 Пользователь офлайн   kpl

  • Старожил
  • PipPipPipPipPip
  • Группа: Пользователи
  • Сообщений: 1 973
  • Регистрация: 01 Ноябрь 07

Отправлено 11 Январь 2008 - 09:50

Вот предисловие из книги "Маль Кирилл Маркович - Гражданская война в США 1861-1865: Развитие военного искусства и военной техники"

«Адский перекресток нашего бытия»

(Вместо предисловия)
В непрерывной цепи исторических событий, составляющих прошлое каждого народа, есть звенья разной величины и значения. Одни события мимолетны, малозначимы и проходят почти бесследно независимо от шума, который им удалось создать. Другие же, напротив, огромны и не могут не потрясать своим масштабом, а иногда одно подобное событие определяет ход исторического процесса на десятилетия, а то и на столетия вперед. Таким переломным моментом в истории Америки стала гражданская война 1861–1865 гг.

Это была не только самая кровопролитная война за все время существования США, в ходе которой погибло 650 тысяч американцев (больше, чем в I, II мировых, во Вьетнамской и Корейской войнах вместе взятых), не только первая и единственная крупномасштабная междоусобица, охватившая всю заселенную белыми часть Америки от Атлантического побережья на востоке до Великих равнин на западе, от Вермонта на севере до мексиканской границы на юге. Это была великая катастрофа, коренным образом изменившая лицо тогдашних Соединенных Штатов, уничтожившая целую цивилизацию, «унесенную ветром» этой войны, заложившая основы [4] новой Америки, включая ее политическое устройство, экономику, психологию и менталитет ее граждан.

Известный американский историк Шелби Фут, автор трехтомного труда по истории гражданской войны в США, труда, который считается классическим, так ответил в одном интервью на вопрос о значимости этого события для истории Америки: «Любое понимание этой нации должно основываться, я имею в виду по-настоящему основываться, на изучении гражданской войны. Я совершенно в этом уверен. Она определила нас. Революция внесла свою лепту. Наше участие в европейских войнах, начиная с I мировой войны, также внесло свою лепту. Но гражданская война сделала нас такими, какие мы есть, определила наши хорошие и плохие стороны, и, если вы собираетесь постичь американский характер 20-го века, вам совершенно необходимо изучить великую катастрофу века 19-го. Это был перекресток нашего бытия, и этот перекресток был адским».

Для истории человечества гражданская война в Америке также имеет большое значение. Во-первых, именно с гражданской войны начинается становление Соединенных Штатов как великой державы, оказывающей в настоящее время первостепенное влияние на происходящие в мире процессы. Во-вторых, эта гражданская война была единственной в своем роде, не похожей на все остальные гражданские войны. Ее уникальность заключалась в том, что она причудливым образом сочетала в себе, казалось бы, не сочетаемые черты войны междоусобной и войны межгосударственной.

Гражданские войны, неоднократно полыхавшие на европейском континенте, всегда были следствием глубоких социально-экономических конфликтов, которые выливались в вооруженную борьбу «дворцов и хижин». Великий раскол, который едва не погубил американскую нацию в прошлом веке, произошел по совершенно другим причинам, и пропасть, образовавшаяся в обществе к началу 60-х годов 19-го столетия, разделяла не борющиеся за политическое и экономическое влияние классы, не богатых и бедных, а две разные цивилизации, стоявшие на разных путях развития.

Грандиозный конфликт, потрясший США в середине прошлого века, не был, однако, чем-то внезапным, как камнепад [5], обрушивающийся в горах на головы ничего не подозревающих путников. Он был вызван глубинными процессами, происходившими в экономической и политической жизни Америки, начиная с европейской колонизации и Войны за независимость. И все же иностранному гостю, посетившему это государство накануне войны, было трудно заметить признаки надвигающейся бури.

В середине 19-го столетия Америка была свободной, богатой и преуспевающей страной. Она походила на здорового, сильного и быстро растущего ребенка, не терпящего нужды ни в чем. Численность населения США неуклонно росла, увеличившись только за 50-е годы от 23 до 31 миллиона человек. И этот существенный прирост не был вызван одними естественными причинами. Ежегодно сотни кораблей бросали якоря в портах Восточного и Западного побережья, и толпы эмигрантов из Германии, Италии, Ирландии, Франции, России, Китая и других стран наводняли американские города. Убежав от притеснений, нищеты и беспрестанной борьбы за существование на старом континенте, они были рады обрести в лице Страны Великих Возможностей свою вторую родину. С каждым годом число этих счастливцев становилось все больше: если в 1830 году в США въехали 2 210 000 эмигрантов, то в 1860 году эта цифра перевалила за 4 миллиона. Даже Старый Юг, всегда бывший и до сих пор остающийся замкнутым обществом, гостеприимно открыл с вои двери беглецам из Европы. К концу 1850 года 21% от населения Саванны, штат Южная Каролина, и 31% от населения Мемфиса, штат Теннесси, составляли эмигранты.

Однако если кто-то и опасался, что этот постоянный поток новых граждан грозит Америке перенаселением, то он ошибался. Даже в «старых» штатах Восточного побережья, считавшихся заселенными, для всех хватало места под солнцем, не говоря уже о новых землях на западе и юго-западе страны. Территория США, кстати, тоже постоянно увеличивалась. Только одна, победоносная для американцев, Мексиканская война принесла Америке третью часть ее теперешних территориальных владений, в том числе и такие штаты, как Техас, Калифорния и Нью-Мексико. Эмигранты, прибывавшие каждый год в Америку, неизбежно должны были [6] внести свой вклад в заселение и освоение этих новых земель, где пока хозяйничали дикие племена индейцев.

Впрочем, и без новых территорий для эмигрантов было полно работы на благо развивающейся американской экономики, во всех областях которой наблюдался неуклонный рост. Особенно быстро развивались торговля, промышленность и транспорт, хотя и сельское хозяйство не слишком от них отставало. Развитие шло не только вширь, но и вглубь. Везде применялись новшества и изобретения, вроде жатки Мак-Кормика в сельском хозяйстве, процесса обработки стали Келли в металлургии и аппарата Морзе в сфере связи. Одним словом, экономический прогресс, высокая степень (по меркам того времени) демократических свобод и благоприятное географическое положение, избавлявшее от угрозы извне, делали Соединенные Штаты одной из самых благополучных стран мира, и, на первый взгляд, казалось, что им обеспечено безоблачное будущее.

Но так могло показаться только на первый взгляд. Сама быстрота развития и территориального расширения Америки вызывала противоречия, постепенно перераставшие в серьезный конфликт. Во многом причины этого конфликта были заложены в государственном устройстве США. Главной из них было то, что с первых дней своего существования Соединенные Штаты были скорее союзом независимых республик, объединившихся для общей цели — победы над Британской короной в войне за свою независимость, нежели единым государством с сильной центральной властью. Вопрос о том, быть ли 13 бывшим английским колониям одной страной или жить врозь, встал на повестку дня сразу после Войны за независимость. И хотя все же было принято решение об объединении в федеративное государство, само это объединение было скорее юридическим, чем фактическим.

Как писал Роберт П. Уоррен, известный американский писатель, автор глубокого философского труда «Наследие гражданской войны», «...до войны, конечно, существовала горячая любовь к Союзу, но сам по себе Союз казался иногда в большей степени идеей, идеалом, чем реальным фактом». Подобный порядок вещей наложил глубокий отпечаток на менталитет граждан США. В их сознании родной штат [7] значил больше, чем вся Америка, и, если кто-нибудь спрашивал, например, у уроженца Вирджинии, попавшего в Европу: «Откуда вы?», то неизменно получал ответ: «Из Вирджинии» вместо, казалось бы, логичного ответа «из Америки».

Конечно, постепенное превращение США в единую экономическую систему должно было рано или поздно привести к политическому объединению Соединенных Штатов, и такие интеграционные процессы, безусловно, были. Однако экономика в США развивалась по своеобразному пути, выписывая иногда столь причудливые зигзаги, что и политическая интеграция носила весьма специфический характер. Фактически уже в начале 19-го века в Америке сложились два основных экономических региона, которые хотя и были связаны между собой, оставались все же самостоятельными. Различия в экономике порождали в свою очередь различия в политическом, социальном и культурном развитии этих регионов. В результате к середине прошлого столетия на территории США в рамках единого государства сосуществовали две непохожих друг на друга цивилизации: северная и южная. Правда, северяне и южане в основном верили в одного и того же протестантского Бога, говорили на одном и том же английском языке и имели одно и то же историческое п рошлое, но они по-разному смотрели на многие явления в экономике, политике, да и просто в жизни.

Как уже говорилось выше, различия между двумя цивилизациями лежали в первую очередь в экономической сфере. Север был преимущественно промышленным регионом. Именно сюда устремлялся основной поток эмигрантов, находивших здесь применение своим талантам и навыкам. Именно в северных штатах были заложены основы почти всех отраслей американской промышленности, развитие которых привело к созданию целой индустриальной империи. Так, Массачусетс специализировался на текстильной промышленности, Мэн — на деревообработке и лесной промышленности, Питтсбург, штат Пенсильвания, стал центром добычи угля и железа, а Коннектикут был штатом, производившим часовые механизмы и детали повозок и экипажей.

Юг, напротив, оставался аграрной территорией, и основным занятием населения здесь было сельское хозяйство. [8] Принято представлять эту часть страны как край бесконечных плантаций и рабовладельцев, пьющих целых день джулеп с мятой, а по вечерам истязающих забавы ради своих чернокожих невольников. Цифры однако говорят о другом. Три четверти населения южных штатов никогда не владели никакими рабами, жили и работали на небольших фермах, занимавших менее 500 акров каждая. Правда однако и то, что плантационное хозяйство играло в экономике Юга важную, можно сказать, ключевую роль. На громадных полях, принадлежавших небольшой горстке землевладельцев, выращивались табак, рис и сахарный тростник.

Но основной культурой, приносившей львиную долю богатств всему региону, был хлопок. Рентабельности этой отрасли сельского хозяйства в немалой степени способствовало изобретение в 1793 году хлопкового джина — машины, быстро нашедшей себе применение на плантациях Юга. Как следствие, хлопок стал стремительно завоевывать экономику южных штатов и вскоре сделался ее основой. «Хлопок — это нечто большее, чем просто культура, — писал один житель Юга. — Это династическая система со своими законами и стандартами, всегда подвергаемая нападкам и особенно устойчивая к переменам. Это создатель новых стран, творец бедствий, вершитель истории. Именно хлопок сотворил на Юге социальную и политическую экономику, отличающую его от остальной страны».

Победоносное шествие хлопка по штатам американского Юга во многом определило экономическое, социальное и политическое лицо этой части страны. Благодаря хлопку класс богатых землевладельцев, постепенно вымиравший во всех развитых европейских странах, на американской земле удивительным образом укрепился и пустил корни. Благоприятные климатические условия, бесплатный труд негров-рабов и острая потребность в хлопке, которую испытывали текстильные фабрики Европы, в первую очередь Англии, делали плантационное хозяйство необычайно прибыльным предприятием, приносившим плантаторам Юга баснословные барыши. Богатые и беззаботные, плантаторы быстро превратились в своего рода земельную аристократию, и хотя настоящих аристократов, аристократов крови, среди них было немного, это [9] не особенно смущало гордых южан, считавших себя элитой американского общества, или, если так можно выразиться, «республиканской знатью».

Из этого, впрочем, не следует, что небольшая группа аристократов-плантаторов, быстро превратившихся в особую замкнутую касту, правила всем остальным Югом или играла в его управлении сколько-нибудь заметную роль. Политика была слишком обременительной и скучной для настоящих джентльменов, предпочитавших всему прочему балы, скачки, охоту и по мере сил занятия сельским хозяйством (последнее, кстати, было далеко не простым делом). Поэтому политической и государственной деятельностью на Юге нередко занимались «плебеи». Так, из шести губернаторов Вирджинии, самого гордого, самого аристократического из всех южных штатов (после гражданской войны в Англии здесь обосновалось немало кавалеров-роялистов, бежавших от Кромвеля), сменивших друг друга между 1840-м и 1861-м годами, лишь один был прирожденным джентльменом, двое других начали свою карьеру батраками, а четвертый — сын деревенского мясника — был в молодости портным.

Вирджиния не представляла в этом отношении какого-либо исключения. По своему духу южное общество было в целом столь же демократично, сколь и северное. Например, здесь активно проводились в жизнь те же социальные программы, что и на Севере, за исключением аболюционизма{1} и эмансипации женщин. Значительные средства, поступавшие, между прочим, в бюджеты штатов из карманов налогоплательщиков, тратились на общественные больницы и на улучшение условий содержания заключенных. Прилагались усилия по смягчению долгового законодательства, и во многих юго-западных штатах были запрещены долговые ямы.

Впрочем, исключать влияние аристократической верхушки общества на уклад жизни на Юге, конечно, нельзя, хотя это влияние скорее касалось морали и менталитета, нежели права и политической жизни. Плантаторы своей идеологией и даже самим образом жизни внесли огромный вклад в зарождение южного сепаратизма, который уверенно завоевывал [10] себе сторонников во всех слоях населения Юга. Поначалу этот сепаратизм выражался в осознании южанами самих себя как особой культурно-исторической общности (об отдельном южном этносе речи, конечно, не было), элиты Америки, подобно тому, как плантаторы-аристократы были элитой населения Юга. Характеризуя эти настроения, известный американский мыслитель Роллин Джо Остер писал, что южане начали «проявлять групповое сознание, свойственное европейскому романтическому национализму». Существовали три основных фактора, оказавших влияние на формирование такого группового сознания: это аграрная экономика, лежавший в ее основ е хлопок и, как уже было сказано выше, наличие класса плантаторов.

Но из этого совсем не следует, что южане с самого начала стремились выйти из состава Соединенных Штатов. Совместное существование Севера и Юга в одном государстве приносило свои выгоды как первому, так и второму, и большинство южан вполне довольствовалось бы таким положением вещей, если бы «янки не совали свой нос в их дела. Но экономические реалии были таковы, что вскоре перед южанами встала дилемма: подчиниться экономическому и политическому влиянию Севера или распроститься с ним навсегда.

Основным полем, на котором сталкивались интересы Юга и Севера, была, конечно, экономика. Южане были уверены, что именно их штаты являются главным экономическим центром страны. Они вывозили большую часть продукции (в 1860 году хлопок составлял 57% всего американского экспорта) и ввозили большую часть импорта. Север же, считали они, словно пиявка, высасывал богатства Юга своими протекционистскими таможенными пошлинами, спекуляциями с ценными бумагами, а также через кредитно-денежную систему. Эти претензии, конечно, не были совершенно справедливы, но и совсем лишенными основания их тоже считать нельзя.

Один французский путешественник, посетивший США незадолго до начала войны, так описывал положение дел в стране: «С каждым днем Север становится все богаче и населеннее, в то время как Юг постоянно беднеет... Первым результатом этого непропорционального роста является [11] насильственное изменение баланса сил и политического влияния. Сильные штаты становятся слабыми, территории, не имеющие имени, становятся штатами. Богатство, как и население, перераспределяется. Эти изменения не могут происходить без ущемления интересов, без возмущения страстей».

Северяне со своей стороны ратовали за либеральную иммиграционную политику, чтобы обеспечить применение дешевого труда, субсидии на кораблестроение для развития торговли, улучшение внутренней инфраструктуры и транспортной системы, хотели создать сильную монетаристскую политику, ввести высокие таможенные пошлины, защищающие промышленность (последнее требование особенно не нравилось южанам). Они утверждали, что Юг доминирует в федеральном правительстве и несет ответственность за срыв принятия ряда важных законов, выгодных промышленным и финансовым кругам Севера.

В результате экономические противоречия переросли в политическое противостояние в представительных органах власти — Сенате и Конгрессе. В этом противостоянии Север постепенно брал верх по той простой причине, что северные штаты были более заселенными, чем южные, и их было больше, а значит, они посылали больше представителей в обе палаты американского парламента. Единственной возможностью восстановить паритет была экспансия Юга на Запад путём присоединения новых территорий к сообществу рабовладельческих штатов{2}.

Таким образом, политики Юга надеялись упрочить свои позиции в федеральном центре. Однако Север тоже не собирался упускать выгод, связанных с колонизацией западных территорий. Как следствие, между северными и южными штатами началось соперничество за обладание новыми землями, ставшее после экономических противоречий второй главной причиной раскола страны и гражданской войны. В первый раз это соперничество дало о себе знать в 1820 году, [12] когда к Союзу был присоединен новый штат Миссури. Вопрос о том, каким быть этому штату — рабовладельческим или свободным, т.е. к какой экономической системе — северной или южной — ему принадлежать, вызвал ожесточенные дебаты в Конгрессе. Но тогда дело удалось уладить миром, был заключен знаменитый Миссурийский компромисс и страсти на время улеглись.

К сожалению, это была лишь короткая отсрочка, не решившая проблемы по существу. Вопрос был снова поставлен на повестку дня в 1850 году, когда после Мексиканском войны в состав Союза были включены новые штаты Техас, Калифорния и ряд других территорий. Страсти снова достигли невероятного накала, и противостояние в Конгрессе носило еще более ожесточенный характер. Семнадцать дней там не могли избрать спикера, и именно в 1850 году США впервые подошли к самому краю пропасти. Но и на этот раз удалось достигнуть компромисса. Калифорния была включена в состав Союза как свободный штат, Юта и Нью-Мексико были организованы по принципу «народного суверенитета» с тем, чтобы потом войти в состав США как свободные или как рабовладельческие штаты по желанию большинства своих граждан, работорговля в округе Колумбия была запрещена, а в противовес — принят суровый закон против укрывателей беглых негров.

Увы, этот новый компромисс дал еще более короткую отсрочку, чем Миссурийский. Не успели подписи под договором просохнуть, как вражда вспыхнула с новой силой. Теперь ее причиной стало включение в состав Соединенных Штатов новой территории — Канзаса. Снова начались яростные споры в Конгрессе и Сенате, а очередной компромисс, предложенный сенатором Дугласом, только подлил масла в огонь. Правда, соглашение было достигнуто согласно биллю Дугласа, Канзас поделили на две территории — собственно Канзас н Небраску, но на Севере это было воспринято .как уступка Югу и вызвало бурю протестов.

Вражда и ненависть уже не могли удержаться в границах конституционного поля, и в Канзасе они вызвали вооруженные столкновения. По сути, там вспыхнула маленькая гражданская война, предшествовавшая большой кровопролитной [13] гражданской войне, которая вскоре должна была начаться.

Именно в Канзасе о себе впервые заявил Джон Браун, фанатичный аболюционист-пуританин, жаждавший только одного — освободить черных рабов и расправиться с их белыми хозяевами. В 1855 году он в сопровождении своих сыновей пересек границу территории, и вместе они до смерти искололи кинжалами и шпагами первых пятерых человек, попавшихся им по дороге.

Конфликт в Канзасе удалось погасить, но всем было ясно, что проблема пока не решена и что на страну надвигается буря. На Севере все большую силу набирал аболюционизм, что, конечно, не вызывало на Юге особого энтузиазма. В результате рабство стало еще одной причиной разногласий двух враждующих лагерей, хотя роль, которую ему обычно отводят в развязывании гражданской войны, сильно преувеличена. Конечно, и оно внесло свое лепту в нагнетание напряженности в стране, но лишь как «довесок» к двум главным экономическим причинам зарождавшегося конфликта.

На американской земле рабство появилось еще в колониальные времена, и на Юге, где климатические условия особенно благоприятствовали ведению плантационного хозяйства, а следовательно, и применению рабского труда, оно быстро и широко распространилось. Но по-настоящему рентабельным рабство стало после широкого внедрения хлопка как основной сельскохозяйственной культуры Юга, и на протяжении долгого времени экономика этого региона держалась именно на рабстве.

Однако к середине 19-го столетия рабовладение начало постепенно отмирать, и хотя этот процесс был очень медленным, тем не менее, не будь гражданской войны и реконструкции Юга, оно все равно кануло бы в лету естественным образом. Так, уже в 50-х годах практически во всех южных штатах росло количество свободных негров, разумеется, за счет сокращения количества негров-рабов. В Южной Каролине освобожденных невольников в 1860 году было 30463 человека против 27463 в 50-м. Для Вирджинии те же показатели составили соответственно 58042 против 54333. Одновременно [14] положение тех негров, которые все еще оставались в неволе, изменялось к лучшему. Правда, суровые законы, налагавшие ряд запретов на предоставление чернокожим невольникам разного рода льгот, формально еще действовали, но их белые хозяева давно перестали эти законы соблюдать. Например, вопреки законодательству негров учили читать и писать, им позволяли покидать пределы поместий и ходить туда, куда им заблагорассудится. И даже на собрания своих рабов, казалось, представлявших для белого населения наибольшую опасность, рабовладельцы смотрели сквозь пальцы.

Но сторонники отмены рабства, яростные аболюционисты, охваченные пуританским пылом, не желали замечать этих очевидных перемен. Они требовали немедленного и безоговорочного освобождения всех невольников, даже не задумываясь о том, что столь поспешное решение проблемы жестоко прежде всего по отношению к тем, кого они намерены облагодетельствовать. Предоставить свободу малоразвитому, не знающему самостоятельной жизни черному населению Юга было все равно что выгнать на улицу домашнего пса, привыкшего к ежедневной кормежке и отдыху на подстилке у камина. В том, что это действительно так, не в меру нетерпеливым сторонникам аболюционизма предстояло убедиться много позже, во времена Реконструкции, когда тысячи получивших свободу негров просто не знали, что с ней делать.

Борьба за отмену рабства имеет почти столь же длинную историю, сколь и само рабство. Во всяком случае, в 18-м веке сторонников отмены этого института в США уже хватало. Главным образом они были уроженцами Севера, где к началу 19-го века, в основном по экономическим причинам, рабство было отменено. Среди южан противники рабовладения тоже встречались. В разное время против рабства выступали такие знаменитые граждане Юга, как Вашингтон, Джефферсон, Тайлер и Ли{3}. Однако на протяжении почти всей первой половины 19-го столетия аболюционизм оставался [15] уделом фанатиков и одержимых вроде Джона Брауна. Массового движения не было. Более того, прорабовладельческие симпатии были очень сильны и в северных штатах, например, в Иллинойсе, родном штате Линкольна, где в 1840-м году проживал 331 раб (сам Линкольн в одном из своих выступлений еще до избрания президентом публично заявил, что если бы был поставлен вопрос об отмене рабовладения в его родном Иллинойсе, то он был бы против). Схожая ситуация была и в Индиане, где население высказывалось в пользу легализации рабства. В Огайо суды присяжных часто выносили решения в пользу рабовладельцев, требовавших возвращения беглых рабов.

Одним словом, легенда о том, что именно стремление населения Севера добиться отмены рабства стало главной причиной гражданской войны, была всего лишь пропагандистским трюком. Массовый альтруизм — явление, весьма редко встречающееся в истории, и Америка середины прошлого столетия не была в этом смысле исключением.

Несмотря на это, аболюционисты все же пользовались на Севере определенным влиянием, и к началу 60-х их позиции усилились. Финансово-промышленные круги северных штатов охотно поддерживали такое движение; рабовладение было самым уязвимым для атак и нападок «учреждением» Юга, а в экономической конкуренции и политической борьбе все средства хороши. Впрочем, сами представители северного капитала тоже были не против отмены рабства, но в отличие от аболюционистов преследовали чисто прагматические цели. Промышленные и финансовые магнаты хорошо понимали, что резкое упразднение рабовладения приведет к подрыву экономического господства плантаторов, и это давало им хорошие шансы в борьбе за влияние в регионе.

С другой стороны, после событий в Канзасе аболюционистское движение стало пользоваться популярностью и среди широких кругов населения северных штатов. Не потому, конечно, что на Севере всех вдруг стала волновать судьба негров-рабов. Абсолютное большинство северян по-прежнему интересовалось их положением не больше, чем тяжелой долей мексиканских пеонов или африканских зулусов. Просто аболюционисты выступали против южного [16] образа жизни, а после того, как произошли канзасские события, стало ясно, что Юг имеет серьезные виды на западные территории, о поселении на которых мечтали и многие северяне. В результате возникшая в 1854 году Республиканская партия, которая открыто выступала за отмену или, по крайней мере, за ограничение рабства, стала быстро набирать очки. Вскоре она уже была достаточно влиятельной, чтобы составить конкуренцию демократам на президентских выборах.

Одновременно участились нападки на рабовладельческий Юг как в прессе и на публичных собраниях, так и в обеих палатах американского парламента. Впрочем, аболюционисты давно перестали ограничиваться только словами. На Юге уже который год действовала организованная ими «подпольная дорога» — целая сеть замаскированных укрытий, которыми могли пользоваться на пути на Север беглые рабы.

Все это не могло не вызывать у южан раздражения и даже ожесточения. Южная кровь вскипала от этих казавшихся им несправедливыми претензий, и порой южане даже забывали о вежливости, совершенно обязательной для каждого джентльмена. В 1855 году сенатор из Южной Каролины — самого активного из южных штатов — избил тростью своего коллегу, сенатора из Массачусетса, выступившего со страстной обличительной речью против рабства. Действовал он при этом так энергично, что переломал не только кости «ненавистного янки», но и собственную трость. Этот «подвиг» вызвал на Юге горячее одобрение: сенатор был буквально засыпан поздравлениями и подарками, в основном тростями, на одной из которых была выгравирована надпись «Врежь ему еще раз!».

Аболюционисты, по крайней мере самые фанатичные и непримиримые из них, также были готовы прибегнуть к насилию. В 1859 году о себе напомнил уже знакомый нам Джон Браун. С горсткой людей, состоявшей из таких же одержимых фанатиков, как и он сам, этот воинствующий аболюционист попытался захватить федеральный арсенал в Харперс-Ферри на реке Потомак, штат Вирджиния, с тем, чтобы, завладев оружием, поднять восстание рабов. Попытка была чистым безумием и с самого начала с треском провалилась [17] Чернокожее население Юга и не помышляло о бунте, а отряд Джона Брауна был слишком мал, чтобы добиться хотя бы намека на успех. Федеральные власти быстро покончили с неудавшимся мятежом, направив туда отряд морских пехотинцев во главе с полковником Робертом Э. Ли. Джон Браун был осужден штатом Вирджиния за измену и приговорен к повешению. Однако на Севере его дело встретило у многих сочувствие, и знаменитая песня «Тело Джона Брауна» быстро стала там популярн ой.


Тело Джона Брауна лежит в земле сырой,
Но его дух шествует по земле... —
распевали противники рабства на всех публичных собраниях, а южане, заслышав звуки ненавистной мелодии, скрипели зубами от злости.

Вылазка Джона Брауна вызвала на Юге тревогу и беспокойство. Все чаще стали звучать голоса, утверждавшие, что если дело и дальше пойдет так, то южным штатам в составе Союза делать нечего. Правда, существовала одна «маленькая» проблема: экономически Юг очень сильно зависел от импорта товаров с Севера.

Как писал один житель Юга, «начиная от погремушки, которой няня услаждает ухо ребенка, рожденного на Юге, до савана, покрывающего хладное тело покойника, — все приходит к нам с Севера. Мы встаем с простыней, сотканных на северных станках, и подушек, набитых северными перьями, чтобы помыться в тазах, сделанных на Севере, вытереть свои бороды северными полотенцами и одеться в платье, сделанное на ткацких станках Севера; мы едим с северных тарелок и блюд, наши комнаты подметаются северными метлами, наши сады окапываются северными лопатами, а наши хлеба замешиваются на поддонах или блюдах из северного дерева или жести; и даже сами дрова, которыми питается огонь в наших каминах, рубятся северными топорами, насаженными на топорища из гикори, привезенного из Коннектикута или Нью-Йорка».

Однако теоретики-экономисты Юга надеялись обойти это затруднение. Во-первых, разорвав политические связи со штатами Севера, они не собиралась разрывать связи экономические [18] , во-вторых, дефицит импорта с Севера можно было покрыть за счет импорта из Европы, с которой Юг поддерживал самые оживленные торговые отношения, наконец, в-третьих, на Юге всерьез подумывали о создании собственной индустриальной экономики.

Впрочем, пока у власти оставался вполне лояльный к делу Юга президент-демократ Бьюкенен, южане не собирались выходить из состава США. Втайне они рассчитывали, что так будет продолжаться долго, достаточно долго, чтобы Юг успел экономически подготовиться к сецессии (отделению от Союза), но, увы, господство демократической партии оказалось недолговечным.

Избирательная кампания выявила серьезные противоречия среди демократов (все те же противоречия между Севером и Югом) — настолько серьезные, что им не удалось избежать раскола и выдвинуть на выборы единого кандидата. Республиканская партия тоже не была монолитом, но в отличие от своих оппонентов она смогла преодолеть разногласия и благодаря этому выиграла президентскую кампанию. Ее кандидатом на выборах 1860 года был 50-летний адвокат из Иллинойса, высокий, скорее даже долговязый человек, не лишенный обаяния и чувства юмора, за которыми скрывались глубоким ум, недюжинная сила воли и качества прирожденного лидера. Его звали Авраам Линкольн.

На Юге победа республиканцев произвела эффект разорвавшейся бомбы. Не то чтобы Линкольн был истовым [19] аболюционистом. Напротив, стремясь предотвратить раскол страны, он везде и всюду заявлял, что не собирается посягать на «собственность» своих южных сограждан.

Просто потеря Югом последнего опорного пункта в федеральном центре, а именно демократического президента, означала почти полное превосходство Севера как в политике, так и в экономике. Дальнейшее пребывание южан в Союзе, как считали они сами, было бесперспективным.

В Южной Каролине, где антисеверные настроения были особенно сильны, даже не стали дожидаться инаугурации Линкольна. 20 декабря 1860 года законодательное собрание штата приняло решение о сецессии. «Существующий ныне Союз между Южной Каролиной и другими штатами под названием «Соединенные Штаты Америки» настоящим расторгается», — заявило оно.

Южная Каролина была только первой ласточкой, возвестившей начало великого раскола. Вслед за ней из союзного гнезда «упорхнули» еще шесть штатов: Миссисипи, Флорида, Алабама, Джорджия, Луизиана и Техас. Сознавая общность своих интересов и необходимость объединения усилий в случае возможной войны с Севером, отколовшиеся штаты прислали своих делегатов на конвент в Монтгомери, штат Алабама, где объявили о создании нового государственного образования — Конфедерации.

Вскоре оно получило свою конституцию, мало чем отличавшуюся от конституции США. Существенной особенностью [20] нового государственного устройства была большая независимость от центра отдельных штатов и легализация рабовладения. Еще раньше, 9 февраля, был избран президент Конфедерации. Им стал Джефферсон Девис, миссисипский плантатор и политик, в прошлом профессиональный военный, участвовавший в Мексиканской войне и возглавлявший при президенте Пирсе военное ведомство. Само избрание Дениса имело несколько курьезный характер. Выступавший против выхода из Союза своего родного штата и против сецессии вообще, Девис не участвовал в заседаниях конвента в Монтгомери.

О своем избрании он узнал из телеграммы, принесенной негром-слугой, когда вместе с женой возился в саду на своей плантации неподалеку от Виксберга, штат Миссисипи. «Прочитав эту телеграмму, — вспоминала Варииа Девис, — он выглядел таким убитым, что я испугалась, не свалилось ли на нашу семью какое-нибудь несчастье. Через несколько минут он сказал мне, в чем дело, с видом человека, говорящего о своем смертном приговоре».

Девис не был единственным знаменитым южанином, выступавшим против раскола страны, но вопреки своим взглядам поступившим на службу новому государству. В военной среде такие настроения оставались очень сильными, и многие будущие герои Конфедерации были решительными противниками разрушения Соединенных Штатов. К их числу принадлежали такие известные командиры вооруженных сил Юга, как Джордж Пикет, Джубал Эрли, Джозеф Джонстон и военный вождь Конфедерации, самый замечательный из полководцев гражданской войны генерал Роберт Эдуард Ли. «Надеюсь, я никогда не буду вынужден обнажить мою шпагу, если, конечно, речь не будет идти о защите моего родного штата», — писал он, когда великий раскол уже произошел. Но уже на следующий день после того, как были написаны эти строки, 17 апреля 1861 года его родная Вирджиния объявила о сецессии, и Ли, скрепя сердце, отклонил предложение Линкольна возглавить вооруженные силы Союза, стал на сторону Конфедерации.

На Севере в это время царили растерянность и беспомощность. Линкольн, только-только занявший Овальный кабинет [21], поначалу пытался словесными увещеваниями вернуть заблудших южан в лоно Союза,

«В ваших, а не в моих руках, мои недовольные соотечественники, важный вопрос о гражданской войне, — сказал он в своей первой речи в качестве президента. — Наше правительство не собирается нападать на вас. У нас не возникнет никаких конфликтов, если вы не станете агрессорами. Вы не давали клятвы Господу уничтожить это правительство, а я даю клятву, и самую священную, сохранить, защитить и оборонить его.» Однако с тем же успехом Линкольн мог обращаться к табуну несущихся вскачь мустангов.

Южные газеты, конечно, опубликовали эту его речь и даже отметили ее ораторский стиль, но и только. «Парад суверенитетов» продолжился. 17 апреля 1861 года, как уже говорилось выше, к Конфедерации присоединилась Вирджиния, а 6-го и 20-го мая, соответственно, Арканзас и Северная Каролина. Но прежде чем произошли эти события, уже прозвучали первые выстрелы. Гражданская война началась. [22]

По мере выхода южных штатов из состава Союза арсеналы, форты и прочее федеральное военное имущество, находившееся на Юге, практически без кровопролития переходило в руки новых хозяев. Исключением был форт Самтер, расположенный на острове в Чарльстонской гавани. В начале апреля 1861 года на его флагштоке, словно прямой вызов военному могуществу повстанцев, все еще развевалось звездно-полосатое знамя.

Наконец, рано утром 12 апреля, после предъявления ультиматума, который был отклонен комендантом форта майором Андерсоном, генерал армии конфедератов Пьер Борегар приказал начать бомбардировку. Так произошло первое сражение гражданской войны, которое, впрочем, оказалось совершенно бескровным. После 34-часовой артиллерийской дуэли береговых батарей и орудий Самтера гарнизон последнего, расстрелявший все снаряды, был вынужден сдаться. При этом он не потерял ни одного человека, а рядовой Дэниел Хоу, первая жертва гражданской войны, погиб уже после капитуляции форта, когда во время салюта государственному флагу США одно из орудий разорвалось.

Но, несмотря на отсутствие убитых и раненых, события в форте Самтер были восприняты и на Севере, и на Юге как начало войны. Многие историки и по сей день считают, что эта война была развязана южанами, и, с формальной точки зрения, они правы. Ведь именно южане сделали первый выстрел, чем вроде бы спровоцировали конфликт. С другой стороны, жители Юга не были заинтересованы в эскалации конфликта. Они хотели только жить так, как им заблагорассудится, и не зависеть от своих северных соседей. Они были согласны мирно сосуществовать с ними рядом на одном континенте, но в отдельных государственных «квартирах», и в доказательство своих невоинственных намерений сразу после провозглашения независимости объявили свободу плавания по Миссисипи, идя таким образом, навстречу торговым интересам Севера.

Для промышленных и финансовых кругов северных штатов потеря огромного рынка сбыта и богатейшего края, ежегодно приносившего в казну миллионы долларов, была тяжким ударом. Разумеется, начинать кровопролитную, дорогостоящую [23] войну этим разумным и практичным людям также не улыбалось, но они готовы были в случае необходимости пойти и на такой шаг. Поэтому южане, открыв огонь по форту Самтер, приподнесли им большой подарок, фактически взяв ответственность за развязывание войны на себя. Теперь, выражаясь языком древних римлян, рубикон был перейден и мосты сожжены. Беда, много лет стучавшаяся в двери Соединенных Штатов, ворвалась внутрь...

Сравнивая шансы враждующих сторон, нельзя не поразиться тому огромному перевесу, которым с самого начала обладал Север. Его население, насчитывавшее к 1861 году 22 миллиона человек, вдвое превышало население Юга, где проживало всего всего 9 миллионов. Одну треть из них составляли негры-рабы, рассчитывать на которых в предстоящей борьбе южанам, естественно, не приходилось. Напротив, многие из невольников сбежали на Север и вступили затем в цветные войска Соединенных Штатов. Кроме того, почти вся индустриальная мощь (в северных штатах — 110 тысяч промышленных предприятий и лишь 18 тысяч — на Юге), ⅔ всей протяженности железных дорог и практически все военно-морские силы были сосредоточены на Севере.

У южан тоже были свои преимущества, однако скорее моральные, чем материальные. С первых дней конфликта южане чувствовали себя жертвами агрессии со стороны янки, и большинство из них, по крайней мере в начале войны, было готово грудью встать на защиту своей свободы и независимости. Это их настроение выражалось столь ярко, что его не могли не почувствовать даже иностранные гости, бывавшие на Юге. «Кроме того, надо заметить, — писал один из очевидцев и первых историков гражданской войны, подполковник гвардейских шотландских стрелков Флетчер, — что Юг выказал в настоящую войну замечательный дух отваги. Как только завязалась борьба, замолкли все мелкие зависти, все мелкие соперничества и вражды, которые часто делали бесплодными порывы самого великого героизма. Все южное население было проникнуто мыслью, что сражается с иноземным врагом для защиты всего, что ему дорого». [24]

Южане могли бы использовать это свое преимущество, не дав ему бесплодно угаснуть. Им следовало сосредоточить превосходящие силы на одном, важнейшем направлении и нанести удар прежде, чем Север сумеет подготовиться и использовать свои колоссальные материальные ресурсы. Только такой стремительный «блицкриг» мог бы принести надежду на успех.

К сожалению, руководство Конфедерации не воспользовалось этой блестящей возможностью. Напротив, оно предпочло жесткую оборону на всех театрах боевых действий, что, учитывая подавляющее превосходство противника, не могло не привести в конечном итоге к поражению. Подобная гибельная стратегия стала одной из главных причин разгрома Конфедерации и уничтожения всей южной цивилизации.

Но тогда, в 1861 году, никто или почти никто на Юге не подозревал об этом неизбежном конце. Задорно и даже весело мужчины-южане брались за оружие и надевали военную форму. Они собирались на войну, где их ожидали лишь страдания, смерть, громкая и грозная слава и горечь страшного поражения. [25]
0

#51 Пользователь офлайн   Airman

  • Старожил
  • PipPipPipPipPip
  • Группа: Пользователи
  • Сообщений: 2 854
  • Регистрация: 01 Ноябрь 07

Отправлено 11 Январь 2008 - 11:41

РУЗВЕЛЬТ: АМЕРИКАНСКИЙ СТАЛИН
Уроки «New Deal» и «имперского президентства»

При всей несхожести причин кризиса, постигшего нашу страну в 90-е годы, и истоков Великой депрессии, поразившей Соединенные Штаты в 1929 г., многие методы «Нового курса» (New Deal) вполне могли бы пригодиться нам в нынешние дни. Стоит сразу отметить: New Deal крайне антилиберален. Не зря правление Франклина Делано Рузвельта (почти четыре срока в 1932-1945 гг.) называют «имперским президентством».


В New Deal вы можете найти плановую экономику, элементы социализма, «крутые меры» спецслужб, национальные мегапроекты и многое другое...



ВЫХОД ИЗ СУПЕРКРИЗИСА

«Новый курс» – явление неоднородное. Есть существенная разница между тем, что администрация Рузвельта делала в 1933-м, и тем, что проводилось в жизнь в 1938-м, а уж тем паче – в 1941–1945 годах. И тем не менее, некие общие черты обозначить можно. Сразу отметим, New Deal есть прежде всего экономический курс, обуздание рыночной стихийности ради планового начала. Проводить его пришлось перед лицом полного краха США, в преддверии то ли социалистической революции, то ли ожесточенной гражданской войны. Однако Рузвельту, хотя и с трудом, но все же удалось убедить богатых, что лучше поделиться изрядной частью своих прибылей ради того, чтобы не лишиться всего. А делиться было для чего: до Ф. Рузвельта в Америке не существовало пенсионной системы, социального страхования и пособий по безработице.

За время реализации политики «Нового курса» в Соединенных Штатах возникло «полусоциалистическое» государство всеобщего социального обеспечения, просуществовавшее в почти неизменном виде до наступления эпохи Рейгана. В годы «Нового курса», собственно говоря, и возникли те США, которые мы знаем: с мощной государственной бюрократией, огромными и сильными спецслужбами, влиятельной военной машиной и очень богатым военно-промышленным комплексом.

Когда США постиг тяжелый кризис, предшественник Рузвельта, президент Гувер, призвал на помощь либеральных экономистов. Они испробовали для борьбы с депрессией хорошо знакомый нам по собственной истории 90-х и начала 2000-х годов «джентльменский набор»: сокращение государственных расходов, жесткое балансирование бюджета, сжатие денежной массы и прочие антиинфляционные меры. Все это, естественно, привело Америку на грань полного хаоса. В богатейшей стране мира – 17 миллионов голодных и безработных, и реальная перспектива выхода некоторых штатов из состава США.



ИМПЕРСКИЙ СОЦИАЛИЗМ ПО-АМЕРИКАНСКИ

«Народ просил меня ввести дисциплину и указать путь под моим руководством. Народ сделал меня инструментом своей воли. В духе дара я принимаю его...» Это – не отрывок речи Гитлера из фильма Лени Рифеншталь «Триумф воли». Не кусок речи Сталина, не выдержка из выступлений Франко, Муссолини, Салазара или Пиночета. Это всего лишь часть выступления Франклина Делано Рузвельта во время инаугурации 4 марта 1933 года.

Рузвельт был убежден в одном: если хочешь погубить капитализм – дай полную власть капиталистам, и потому смело пошел на внедрение элементов плановой экономики и социализма. Директивно был установлен минимум заработной платы, введена система социального страхования. Профсоюзы получили закрепленное законом право на коллективные договоры с работодателями. Президент смело пускал в ход печатный станок, не смущаясь использовать эмиссию как инструмент оживления экономики. Он давал деньги потребителям (рабочим и фермерам) – и они могли покупать произведенные индустрией США товары, спасая страну от кризиса перепроизводства. Так же, как Сталин, Рузвельт ставил на мегапроекты. Советский вождь приказал строить Магнитку и Днепрогэс, а гордостью Рузвельта стал проект TVA (администрация долины реки Теннеси), предусматривавший строительство целого каскада гидроэлектростанций. Сами американцы говорили, что без этого «энергетического сердца» был бы невозможен и атомный проект США. Любопытно, что в 30-е годы TVA пропагандировалась с помощью фильмов, которые сейчас в Америке именуют «псевдосталинскими».

Огромные деньги Рузвельт вкачивал в программы создания новых вооружений (при нем США обзаводятся мощными авианосцами). Он тратил деньги на общественные работы, занимая безработных в специальных трудовых лагерях. При этом Ф.Д.Р. (эта аббревиатура была значимой и понятной для американцев) нимало не смущался тем, что его Закон о восстановлении национальной промышленности (NIRA) необычайно похож на экономическую схему итальянского «корпоративного государства» – вплоть до того, что государство определяло для частного бизнеса объемы производства.

На первых порах воплощением закона NIRA занялся генерал Джонсон. Он летал из города в город на военном самолете, произносил зажигательные речи, запугивал и призывал. В поддержку программы организовались митинги и парады. Фирмы – участники программы NIRA должны были ставить на свои товары эмблему синего орла – дабы потребители знали, кто участвует в осуществлении планов спасения Америки.

Американские правые были в ужасе. Им казалось, что Рузвельт расчищает дорогу коммунистам. В 1934-м произошел забавный скандал: юные интеллектуалы из окружения Рузвельта как-то, подвыпив, на полном серьезе поведали престарелому Вирту, инспектору школ из штата Индиана, о том, будто на Ф.Д.Р. возложена роль Керенского, а за ним, дескать, неизбежно придут свои Ленин с Троцким. Они шутили, но скандал вышел первостатейным.

Впрочем, как писал советский биограф Ф. Рузвельта Н. Яковлев в книге «Франклин Рузвельт: человек и политик» (1981 г.), еще в 1929 году Ф.Д.Р., будучи еще губернатором штата Нью-Йорк, украсил стены своего кабинета схемами, на которых еженедельно отмечался ход строительства 150-ти важнейших объектов. И если плановые сроки по любому из них нарушались, следовало личное вмешательство губернатора. Советник Рузвельта в создании «Нового курса» профессор Тагвелл просто молился на Советский Союз, заявляя: «Россия скорее осуществит цель – необходимое для всех, а не роскошь для немногих, чем наша собственная конкурентная система». В 1932-м, глядя на успехи первой пятилетки в СССР, Тагвелл писал, что будущее – за плановым хозяйством.

Через два месяца после прихода Рузвельта к власти произошел острейший кризис в агросекторе: фермеры не могу вернуть взятые в частных банках кредиты. И Ф.Д.Р. применяет чисто социалистический способ: фермерам выдают госкредиты на 100 миллионов долларов. Продажа хозяйств с молотка запрещается. Закладные продлеваются волей государства. Организуется Фермерская кредитная ассоциация. Банкирам разрешается получать с селян только 5% годовых, а не 15%.

1933-1935 годы. Рузвельт создает Национальный чрезвычайный совет, во многом скопированный с советского Совнаркома, куда входили главы министерств и ведомств «Нового курса». Стиль руководства в этом органе едва ли можно назвать либеральным: «Ф.Д.Р. ничего не стоило в случае необходимости вызвать главу какого-либо ведомства, положить перед ним решение, относившееся к его компетенции и совершенно неизвестное вызванному, и коротко приказать: «Подписать!» Редких смельчаков, осмеливавшихся спорить, ждала незавидная участь...» – пишет Н. Яковлев.

В отличие от либеральных теоретиков, обожающих всевозможные «сокращения» и «укрупнения», Рузвельт поощрял дублирование в работе министерств! «...Небольшие конфликты оказывают стимулирующее действие. Каждый старается доказать, что он лучше других. Это заставляет также быть честным. Мы тратим громадные деньги. И тот факт, что в данной области есть другой, который знает, чем вы занимаетесь, заставляет быть скрупулезно честным», – сказал как-то наш герой. В чем это выражалось?

Например, в марте 1934 года администрация Ф.Д.Р. создала Чрезвычайную федеральную администрацию помощи (FERA), которая занялась борьбой с безработицей, посылая помощь в штаты (аналоги субъектов федерации в РФ) по принципу: «На один доллар федеральной помощи – три доллара из штата». Затем FERA переименовали в PWA (Администрацию общественных работ). PWA выполняла и военные заказы. В частности, достраивала авианосцы «Энтерпрайз» и «Йорктаун». Но одновременно летом 1934-го Рузвельт создал и Администрацию по обеспечению работой – WPA. Разницу между двумя организациями углядеть было невозможно: они должны были конкурировать по части лучшего использования средств государства. WPA создала Администрацию по переселению (предпринимавшую даже попытки создать колхозы из обанкротившихся фермеров), а также куда более удачную Администрацию по электрификации сельских районов.

В 1934 году создана Администрация гражданских работ (CWA) – по сути дела, Министерство общественных работ и великих строек, вобравшее в себя 4 миллиона безработных. Просуществовала CWA недолго, однако успела сделать колоссальную работу: построила или отремонтировала 80 тысяч км дорог, 50 тысяч школьных зданий, построила полтысячи аэродромов. Все – за полтора миллиарда тогдашних долларов (которые равны десяти нынешним). За счет фондов CWA оплачивались 50 тысяч учителей и тысячи работников умственного труда: был спасен интеллектуальный потенциал страны.

Более того, CWA служила и рычагом влияния на частные компании, ведь Рузвельт установил для рабочих CWA достаточно высокую по тем временам оплату труда: 30 центов в час. Тем самым он вынуждал частных и акционерных капиталистов платить своим рабочим не меньше.

Когда финансовые олигархи завопили, что президент тратит слишком много денег из бюджета, создавая его дефицит, Рузвельт в июне 1935 г. поднял ставки налогов на большие личные доходы. Тем самым, заявил он, миллиардеры получают шанс погасить государственный долг из собственных средств.

Курьезный факт: когда летом того же года Ф.Д.Р. продавливал через конгресс закон о социальном обеспечении и говорил, что каждый гражданин США должен быть обеспечен «от колыбели и до могилы», одна из зрительниц, брызжа слюной, закричала с галерки: «Закон слово в слово списан со страницы 18-й «Манифеста коммунистической партии», который я держу в руке!»



РОДСТВЕННЫЕ ДУШИ

Не секрет, что Рузвельт (в отличие, к примеру, от Черчилля) относился к Сталину с заметной симпатией, хотя, естественно, всегда видел в Советской России прежде всего соперника и конкурента. Разгадка симпатии проста: Ф.Д.Р. чувствовал некое «родство душ» с советским коллегой, хотя, конечно же, власть Рузвельта куда более ограничена по сравнению со сталинской, да и задачи американского «президента-императора» куда проще. Советская Россия была объективно беднее Америки, и потому там, где Сталину приходилось прибегать к «радикальным мерам», Рузвельт мог обойтись массированными ассигнованиями бюджета и эмиссией. Однако к исполнению своих исторических задач оба лидера подходили с одинаковой решимостью.

Возьмем, к примеру, один из первых шагов Рузвельта на посту президента. Как раз в это время США оказались поражены жесточайшим банковским кризисом. И Ф.Д.Р. 5 апреля 1933 г. издает знаменитый Указ №6102. О сдаче золотых монет и слитков в Федеральный резерв.

«Я, Франклин Д. Рузвельт, президент Соединенных Штатов Америки, объявляю, что критическая ситуация национального масштаба существует, а потому соответственно вышеупомянутым законам накладываю запрет на тайное накопление золотых монет, золотых слитков и золотых сертификатов на всей территории США частными лицами, товариществами, ассоциациями и корпорациями. Во исполнение данного указа предписываю принять следующие меры:

До 1 мая 1933 года все лица обязаны сдать в Федеральный резервный банк, или в одно из его подразделений, или же в дочерний банк Федеральной резервной системы все имеющиеся у них накопления в виде золотых монет, золотых слитков и золотых сертификатов, поступивших в их владения до 28 апреля 1933 года включительно.

По принятии от граждан золотых монет, золотых слитков или золотых сертификатов Федеральный резервный банк или же любое из его подразделений обязаны выплатить гражданам эквивалентную компенсацию любыми другими монетами или валютой, имеющей хождение на территории Соединенных Штатов.

В случае злонамеренного нарушения данного указа или же любого определенного им правила лицо или лица, повинные в этом, могут быть оштрафованы на сумму, не превышающую 10000 долларов, или же подвергнуты тюремному заключению сроком не более десяти лет, или же обоим этим наказаниям одновременно; любой чиновник, директор или же агент любой корпорации, сознательно участвовавший в этом нарушении или же ему способствовавший, может подвергнуться аналогичному штрафу, тюремному заключению или же обоим этим наказаниям одновременно.

Данный указ, а также правила, определенные в нем, могут быть изменены или отменены в любое время...»

Если сравнивать текст этого указа со сталинскими документами о проведении денежной реформы 1946 года, то можно только удивляться поразительному сходству в стиле и тоне текстов.

Так же, как и Сталин, Рузвельт лично вникал во все детали военно-технического строительства в стране. Ф.Д.Р. не скупился вкладывать бюджетные деньги в вооружения и программы научно-технического характера. Принцип был прост: если вложить деньги в перспективные направления сегодня, то завтра и государство, и бизнес выиграют за счет появления новых конкурентоспособных изделий, за счет технологического прогресса.

Огромная заслуга американской администрации тех лет – вложение денег в создание самолета ДС-3 «Дуглас», который, по сути, положил начало современным пассажирским и транспортным самолетам. Без всякого преувеличения можно сказать, что машина-пионер позволила Америке выиграть Вторую мировую (пожать главные плоды победы в ней) и принесла ей глобальное господство.

Закладываются основы планетарного господства США в воздухе. Несмотря на продолжающийся экономический кризис, финансируется разработка истребителей «Аэрокобра», «Мустанг», «Тандерболт», «Лайтнинг», «Хеллкэт». При Рузвельте США первыми в мире создают мощное, полноценное вертолетостроение. В компаниях Игоря Сикорского и Говарда Хьюза, строятся «летающие крепости», дальние стратегические бомбардировщики Б-17, Б-24 и Б-29. В автомобильной индустрии рожден грузовик «Студебеккер» – прообраз грузовых авто современного типа. В радиотехнике и электронике на деньги государства был достигнут огромный прогресс в радиолокации и радиосвязи, в гидроакустике, телефонии и телевидении. Вершина подобного рода вложений – Манхэттенский проект 1941-1945 гг., создание атомной бомбы, открывшее новую эру в развитии вооружения. Одновременно с атомной частью в нем была и информационная часть – и первый компьютер, ЭНИАК, заработан в Америке в 1944-м.

Ф. Рузвельт выводил Америку из кризиса, финансируя колоссальные программы строительства боевых кораблей, причем делал это задолго до начала Второй мировой. Многие говорят, что такая политика вела США к новому краху, и только начало Второй мировой спасло их. Ну, так Рузвельт готовился к войне и готовил ее. Не с Германией – так с Японией. А деньги государства, вложенные в рамках «Нового курса» в «оборонку» и науку Соединенных Штатов, обеспечили им сильнейший рывок в развитии, дали американцам возможность стать мировыми лидерами научно-технического и экономического развития после 1945 г.



СВЕРХЦЕЛЬ «НОВОГО КУРСА»

Нельзя не сказать о том, что у «Нового курса» была одна великая цель, достижению коей Рузвельт отдавал все силы. Вся внутренняя социальная и экономическая политика, весь внешнеполитический курс при нем подчинялись одной генеральной цели: сделать доллар мировой валютой. А для этого нужно была мировая война, которая покончит с наиболее сильными соперниками США, сломает колониальные империи и сметет протекционистские барьеры перед свободным обращением доллара, американских товаров и капиталов по всему миру. Милитаризуя экономику, вкладывая бешеные деньги в новое оружие и научно-технические программы, с нетерпением ожидая начала войны в Европе и на Тихом океане, Рузвельт шел к обеспечению глобального господства долларовой системы. Едва остановленную им внутреннюю гражданскую войну в США он последовательно переводил в войну внешнюю, империалистическую.

Без такой сверхцели весь «Новый курс» был бы изначально обречен на крах. Без ее достижения все завершилось бы громадным кризисом и банкротством – ведь нельзя вечно печатать доллары и вкладывать их в социальные программы пополам в вооружениями.

И Ф.Д.Р. своего добился. США вступили во Вторую мировую, в ходе которой оказались уничтоженными (или сильно подорванными экономически) главные соперники Америки – Германия, Япония, а также и союзники – Британская империя (распадается вскоре после войны) и Франция . По итогам войны доллар становится главной мировой валютой, начинается крушение колониальных систем. Освобождающиеся из-под британского и французского владычества территории попадают в большинстве своем под экономическое влияние США, входят в долларовую зону.

Таким образом Рузвельту с помощью крутых, зачастую совершенно нерыночных мер в экономике удалось спасти США, вытащить их из трясины опаснейшего кризиса и вывести на траекторию динамичного развития. А вот какой могла бы быть сверхцель сегодняшнего, русского варианта «Нового курса»? Понятное дело, речь не может идти о плане превращения рубля в мировую валюту вместо доллара. Гораздо реальнее иная Большая Цель: первыми в мире создать настоящую инновационную «экономику знаний», общество Будущего. Ведь в чистом виде «экономика знаний» не существует нигде. Даже на Западе, где о ней твердят больше всего. В США, Европе и Японии пока коммерциализируют прежние разработки, используют тот запас знаний, что был создан в 1950-1980-е годы. Но по-настоящему выиграет будущее та страна, что сможет целенаправленно добиваться прорывов в фундаментальной науке и быстро превращать их в беспрецедентные технологии. То есть делать то, чего еще нет во всем мире: принципиально новую энергетику, новые виды транспорта, здраворазвитие вместо здравоохранения, новые типы жилищ, доступные и дешевые системы с искусственным интеллектом и т.д. Некоей «подцелью» может стать создание в России государства нового типа, построенное на смелых организационных принципах и технологиях, на антибюрократизме, «делократии» и сильном местном самоуправлении. Благодаря этому русские могут усилиться: ведь в окружающем мире остальные государства будут испытывать сильнейший кризис, пасовать перед натиском сетевых и наднациональных негосударственных структур, разрушаться и деградировать.

Сверхцель возможного русского «Нового курса», по сути дела, – создание Цивилизации Будущего.

(При подготовке статьи были использованы книги Н.Н. Яковлева «Франклин Рузвельт: человек и политик» и «Циклы американской истории» Артура М. Шлезингера)

Автор/источник: Максим Калашников

Опубликовано на RPMonitor.ru
"Today is only yesterday's tomorrow"
© Uriah Heep
0

#52 Пользователь офлайн   Airman

  • Старожил
  • PipPipPipPipPip
  • Группа: Пользователи
  • Сообщений: 2 854
  • Регистрация: 01 Ноябрь 07

Отправлено 11 Январь 2008 - 11:43

ДИКТАТУРА РАДИ ДЕМОКРАТИИ
Почему Рузвельту удалось одолеть олигархию и остановить американский фашизм?

"ВЕРНУТЬ АМЕРИКУ ЕЕ НАРОДУ"

Ф.Д. Рузвельта (ФДР) можно смело назвать демократическим диктатором. Тем, кого избрали для преодоления тяжелейшего кризиса. Причем кризиса не только США, но и всей капиталистической системы планеты. Ибо если бы Великую депрессию в Америке не удалось побороть, то реальностью стало бы установление фашистского режима не только в Германии, Италии, Испании, Португалии, Венгрии, Румынии, но и в самих США, а затем, возможно, и по всему западному миру.

Демократический диктатор избирается для того, чтобы в некий промежуток времени спасти ситуацию, преодолеть хаос - и затем вновь вернуть прежнюю представительную демократию с выборами, парламентаризмом, правами человека и прочее. Рузвельт стоял у власти практически столько же, сколько и Гитлер (фактически - те же 12 лет между 1933 и 1945 годами). Ему удалось преодолеть кризис капитализма, проведя чрезвычайно успешную для Америки Вторую мировую войну. Говорят, смерть ФДР не была естественной, но с его кончиной произошел отход от чрезвычайных форм управления к более или менее демократическим.

Но в начале своего правления Ф.Д. Рузвельт был вынужден идти на чрезвычайные меры и ограничения демократических прав со свободами. Говорят, что это делалось с полного согласия американской элиты. Но сие - явное преувеличение. Часть правящей промышленно-финансовой олигархии буквально ненавидела Рузвельта. С ней ему приходилось бороться. Правда, сравнительно мягкими способами, но все же...

Рузвельт и те, кто за ним стоял, понимали: сами капиталисты, движимые частным интересом, не в силах вывести капитализм из кризиса. В 1932 году ФДР, еще только выдвигая себя в кандидаты на президентских выборах от Демократической партии США, в речи на партийном конвенте заявил:

"Я клянусь вам, я клянусь себе проводить новый курс для американского народа. Пусть мы, собравшиеся здесь, станем пророками нового порядка, знания и мужества... Помогите не только получить голоса, но и победить в крестовом походе - вернуть Америку собственному народу!"

"Вернуть Америку ее народу": При желании в этом мотиве можно найти переклички с идеологическими установками как крайне правых, так и крайне левых политических течений того исторического периода. Однако именно такая форма диалога с обществом была продиктована реалиями тогдашнего жестокого времени.



ПРОТИВНИК - АМЕРИКАНСКИЙ ФАШИЗМ

Угроза победы национал-социалистических или фашистских сил в Америке начала 30-х годов была весьма реальной. Страдания простого народа были настолько велики, что огромную популярность набирали такие политики, как луизианский сенатор Хью Лонг и радиопроповедник отец Коффлин.

"На Среднем Западе летом 1932 года со скоростью степного пожара распространилось забастовочное движение фермеров. Они требовали повысить цены на сельскохозяйственные продукты, урезав баснословные прибыли посреднических фирм, выдачи пособий нуждающимся, прекращения продаж имущества разорившихся. Центром борьбы стал кукурузный пояс, прежде всего штат Айова. Фермеры прекратили поставку продовольствия в города, их пикеты возвращали машины, останавливали поезда. В стачку включались фермеры штатов Небраска, Миннесота, Висконсин, Иллинойс, Северная и Южная Дакота. Безработные городов стали объединять свои усилия с фермерами, начали возникать комитеты действия. Террор властей не дал ощутимых результатов. Как рассказывал очевидец комитету конгресса, фермер заявил ему: "Мы должны провести революцию, как в России". Движение удалось остановить заверениями провести реформы после президентских выборов. Фермеры поверили на слово, но твердо заявили: если их обманут, весной 1933 года разразится национальная забастовка.

Два миллиона бездомных искали доли в других городах. Штат за штатом принимали меры, чтобы не допустить "бродяг". В Калифорнии создаются концентрационные лагеря, на дорогах выставляются заслоны. Дети кризиса - голодные школьники, "сонные на уроках". "Ты бы пошла домой поела", - говорит учитель школьнице. "Не могу, сегодня очередь есть моей сестры". Голодные учителя, отрывающие от себя центы, чтобы накормить школьников..." - так описывает обстановку в США биограф Рузвельта, советский историк Н.Н. Яковлев.

Над США встала угроза голода, войны между городом и деревней, рыскающих по сельским районам продовольственных отрядов (как у нас в Гражданскую войну) - с перспективой кровопролитной внутриамериканской войны. Немудрено, что многие американцы с завистью смотрели кто на СССР, кто на германский Рейх.

5 декабря 1932 года у Капитолия в Вашингтоне собралась демонстрация. Люди требовали накормить голодных и ввести чрезвычайный налог для богатых. Полиция с трудом разогнала митинг. Но вскоре толпа митингующих захватила здание местного конгресса в столице штата Небраска, Линкольне. Пять тысяч учителей штурмовали банки в Чикаго. В Оклахоме и Миннеаполисе голодные толпы захватывали продовольственные магазины.

В 1932 году ФДР заявил: "Встречать реакцией опасность радикализма означает собственными руками подготовить катастрофу. Реакция не служит препятствием для радикала, она вызов, провокация. Эту опасность нужно встречать реальной программой реконструкции... Мы встретили чрезвычайное положение чрезвычайными мерами. Значительно более важным было то, что мы добрались до корней проблемы и занялись причинами кризиса. Мы против революции. Поэтому мы объявили войну тем условиям, из которых вырастают революции..."

В 1932 году Х. Лонг повел активную пропагандистскую кампанию. Он обещал объединить радикалов из Республиканской и Демократической партий и заставить американских богачей расстаться со своими богатствами. Ему жадно внимали: в то время простые американцы ненавидели крупный бизнес, что довел страну до экономического краха своими спекуляциями. С 1934 г. Лонг выдвигает программу: минимальный годовой доход - 2 тысячи долларов на семью, дешевая еда, бесплатное образование. Союзник Лонга, отец Коффлин, призывал к национализации банков и природных богатств США - ради обеспечения достойного жизненного уровня простых американцев. При этом Коффлин был ярым антикоммунистом и юдофобом, а Рузвельта ставил в один ряд с "безбожными капиталистами, евреями, коммунистами, международными банкирами и плутократами". Радиопроповеди национал-социалиста Коффлина пользовались бешеным успехом: он получал 80 тысяч писем в неделю, слушатели присылали ему пожертвования - до полумиллиона долларов в год!

В Калифорнии общественный активист Таунсенд выдвинул свою программу: каждый гражданин США по достижении 60 лет должен получить пенсию размером 200 долларов в месяц, которую обязан истратить в течение тридцати дней. Таким образом страна получит платежеспособный спрос, а люди - обеспеченную старость. К началу 1935 г. в США работало более 2 тысяч клубов Таунсенда.

В середине 1935 г. Лонг оказался на гребне популярности. У Рузвельта никак не получалось вытащить страну из кризиса, жизнь простого янки оставалась трудной. Речи Лонга, передаваемые по радио, собирали по 25 миллионов слушателей одновременно. Лонг обещал после прихода к власти создать Корпорацию по справедливому разделению национальных богатств. Страна покрывалась сетью клубов приверженцев Лонга и разделения богатств. Лонг был в шаге от формирования сильной партии. Лонга поддерживали и богатые спонсоры, часть мафиозных кланов. В родной Луизиане Лонг тратил федеральные средства на открытие больниц для бедных, на помощь неимущим семьям и безработным, на программы бесплатного питания для детей. Летом 1935 г. Рузвельт был столь напуган ростом популярности Лонга, что призвал свое окружение выдать некоторые идеи неистового сенатора за свои.

Лонг к выборам 1936 года планировал создать сильную Партию разделения богатств и победить на президентских выборах если не в том же, то в 1940 году. Популярность его достигла столь высоких показателей, что у него завелись спонсорские взносы от ряда крупных банков и монополий. Лонг успел написать и издать книгу "Мои первые дни в Белом доме", где анонсировал, что намерен сделать сразу же после прихода к власти. А именно: учредить Федеральную корпорацию разделения богатств, ввести уравнительный принцип распределения доходов, а правительство составить по принципу "кабинет талантов".



ПОЧЕМУ ВСЕ ОБОШЛОСЬ БЕЗ РЕПРЕССИЙ?

Чтобы не допустить фашизации Соединенных Штатов, Ф. Рузвельту пришлось использовать в своей внутренней политике методы, которые трудно не назвать авторитарными. Однако отдадим должное ФДР: его администрация смогла вывести страну из катастрофы, не прибегая к массовым репрессиям, конфискации богатств, национализации банков и крупных корпораций. Рузвельт сумел заставить частный бизнес поделиться частью своих доходов с простым народом. Но для этого пришлось использовать весьма и весьма жесткие меры. С самого начала Рузвельт добился от законодателей предоставления президенту чрезвычайных полномочий для борьбы с кризисом. А затем он жестко контролировал то, как голосуют за предложенные администрацией законопроекты сенаторы и конгрессмены от его Демократической партии. Именно благодаря строгому контролю над парламентариями Рузвельту удалось провести закон о мегапроекте: создании колоссальной гидроэнергосистемы в долине реки Теннеси. Хотя контролирующая энергетику Юга США компания "Коммонуэлс энд Саузерн" требовала передать распределение и продажу электричества в частные руки, а конгрессмен Дж. Мартин назвал план Рузвельта "образом и подобием советских планов".

При Ф. Рузвельте наблюдается расширение полномочий федерального правительства и урезание прав администраций штатов. Оно и понятно: "Новый курс" требовал централизации власти и распределения ресурсов. Хотя выборность губернаторов не отменялась.

В "Новом курсе" ФДР мы видим невиданное дотоле усиление исполнительной власти, сокрытие ее работы завесой секретности. Рузвельт часто заменяет законы президентскими указами. Мы видим укрепление спецслужбы (ФБР) и рост ее влияния в жизни Соединенных Штатов. Действительно, Федеральное бюро расследований, организованное и возглавляемое в те годы Эдгаром Гувером, стало неким аналогом советского НКВД. ФБР стало обладать большими полномочиями в борьбе с организованной преступностью. Развивалась сеть тайных осведомителей - так же, как и в Советском Союзе. В 1940 г. под предлогом борьбы с пронацистскими элементами ФБР получило широчайшие полномочия. А в 1941 г. Рузвельт получает в свое распоряжение Управление стратегических служб (УСС), предшественника ЦРУ. Именно УСС становится инструментом политики президента - вплоть до тайных операций и убийств.

Правящие круги Америки, промышленники и финансисты, скрепя сердце, приняли политику Рузвельта из страха "потерять все", и именно это позволило избежать репрессий. Но, надо сказать, у ФДР постоянно находились влиятельные противники в истеблишменте. Само собой, были они в Республиканской партии. Но имелись и в родной партии Рузвельта, Демократической. Например, в 1934 году демократы - противники ФДР основали Лигу американской свободы, куда вошли семья Дюпонов и глава General Motors Надсен. Лига заявляла, что президент нарушает права штатов, чрезмерно расширяя прерогативы федерального правительства, а заодно нарушая принципы частного предпринимательства. Звучали обвинения и в том, что ФДР внедряет в жизнь США русскую (советскую) практику. Однако стать серьезной оппозицией Лига так и не смогла.

В свою очередь, Рузвельт вовсю использовал общественные антиолигархические настроения, то и дело обрушиваясь в своих выступлениях на сверхкрупный бизнес - экономических тиранов и диктаторов. Так, на конвенте Демпартии 27 июня 1936 года он заявил, что в Филадельфии 4 июля 1776 года (день и год провозглашения независимости американских штатов от Британской империи) была уничтожена политическая тирания. Но теперь американцы должны покончить со всевластием финансово-промышленной олигархии - экономической тиранией. "Эти привилегированные князья новых экономических династий, жаждущие власти, стремятся поставить под контроль само правительство. Они создали новый деспотизм, освятив его законом... Экономические роялисты жалуются, что мы хотим опрокинуть американские институты. На самом деле они жалуются на то, что мы стремимся отобрать у них власть..."

ФДР ставил на поддержку простых людей. Он все время призывал рабочих и мелких предпринимателей объединиться и очистить Уолл-Стрит, средоточие крупнейшего финансового капитала. Как заявил союзник ФДР, сенатор-республиканец Бора, главной движущей силой в политике становятся рабочие, мелкие бизнесмены и миллионы тех, кто безвинно лишился всех сбережений в кризисные годы. <Им предлагают конституцию, но народ не ест конституцию>. В предвыборной кампании 1936 г. Рузвельт заявлял, что сможет обуздать крупный капитал. "...Мы будем стремиться улучшить условия труда рабочих Америки - сократим рабочий день, повысим заработную плату, ныне обрекающую на голодную смерть, - положим конец детскому труду, уничтожим потогонную систему. Конечно, мы будем всеми силами бороться с монополиями в бизнесе, поддерживать коллективные договоры, прекратим несправедливую конкуренцию, покончим с постыдными приемами в торговле. За все это мы только начинаем бороться..."

И народ, привлеченный антиолигархическими речами ФДР, шел за ним. При этом Рузвельту не пришлось устраивать каких-либо "дел Ходорковского". Ему хватило государственного регулирования, ассигнований из бюджета на экономические и социальные программы и давления на частный бизнес с помощью организованного рабочего движения (забастовок). Сыграло свою роль и то, что среди приверженцев Рузвельта оказался и глава Федеральной резервной системы М. Экклз. То есть глава никем не избираемой финансовой власти Соединенных Штатов.

Критический момент наступил в 1937-м, когда страну постиг новый спад производства и всплеск безработицы. Но тогда ФДР пошел на серию тайных переговоров с представителями сверхкрупных корпораций, вызывая их к себе в Белый дом по одному. По времени эти закулисные переговоры совпали с резким усилением рабочего забастовочного движения. ФДР получил поддержку олигархов. Часть их он активно привлекал к работе на государственных постах. А в 1938 году ФДР провел закон о повышении минимальной заработной платы с 25 центов до 40 центов за час работы в течение последующих семи лет. Рабочая неделя при этом сокращалась с 44 часов до 40 часов. Закон касался только рабочих на предприятиях федерального (межштатного) значения, но косвенно влиял на все предприятия.

В 1938 году Рузвельт создал временную национальную комиссию для расследования монополизации в промышленности Соединенных Штатов. Он с пафосом заявил, что в стране 1,5% населения получает столько же доходов, сколько 47% населения из низов. А, мол, самое свободное государство в мире не может долго продержаться, если его законы обеспечивают колоссальное накопление богатств наверху и ужасающую нищету - внизу. Однако все это было больше психологическим оружием для успокоения масс и давления на олигархию. Антимонопольная комиссия, проработав вопрос, не порекомендовала государству никаких крутых мер по отношению к частному бизнесу.

Надо сказать, что Рузвельту объективно приходилось легче, чем, скажем, В. Путину. Американские олигархи занимались промышленностью, работавшей в основном на американский рынок. Им можно было доказать, что повышение доходов рабочих и простых американцев позволит компаниям увеличить производство и повысить их, олигархов, прибыли. А в РФ олигархия контролирует в основном добычу полезных ископаемых и производства по первичной переработке сырья, ориентированные на экспорт. Для такого бизнеса население самой РФ - только бесполезная обуза. Такому крупному бизнесу даже лучше, если местное население пребывает в нищете: тем легче найти согласных на маленькие заработки работников на промыслы. Так что у Рузвельта была в основном суверенная индустриальная экономика, тогда как в распоряжении Путина - экономика деградировавшая, полуколониальная. Потому во внутренней политике РФ объективно приходится использовать не только убеждение, но и силовое давление на олигархический бизнес.

Столкнувшись с сопротивлением <Новому курсу> со стороны Верховного суда, где сидели в основном престарелые консерваторы, Рузвельт предложил его реформировать: отправлять в отставку тех, кому более семидесяти лет. Этот план вызвал оппозицию даже среди демократов - приверженцев ФДР. Но судьи, убоявшиеся отставки, начали один за другим признавать конституционными важнейшие рузвельтовские законы: о социальном обеспечении, о минимальной ставке оплаты труда и другие.



АМЕРИКУ СПАСЛА ВОЙНА

Тем не менее, не исключено, что в конце концов ФДР был бы все же <съеден> крупным бизнесом, прекрасно помнившим сверхприбыли 1920-х годов. Тем паче, что "Новый курс" все никак не мог вытянуть США из трясины. Рузвельт только на шаг опережал нагоняющий экономику кризис. В 1938-м Рузвельт столкнулся с тем, что на выборах в Конгресс его противники-республиканцы смогли удвоить свое представительство. Теперь Конгресс не был столь послушен ФДР. <Новый курс> буксовал. В стране все еще было 10 миллионов безработных. Государственный долг США разбух с 18,7 млрд долларов в 1932-м до 34,7 млрд в 1938-м. Сказалось то, что ФДР бросал громадные суммы на государственные программы занятости. Уровня производства 1929 года так и не удалось достичь. Только удачное вступление Америки во Вторую мировую позволило избежать катастрофы. Крупный бизнес получил желанные сверхприбыли через щедрые военные заказы, а военное время позволило регулировать экономику в полусоциалистическом духе. Впрочем, еще в 1938 г. Рузвельт сказал:

"Ни одна страна не разрешила удовлетворительным образом проблему, как дать народу работу во время депрессии. Единственный метод, разработанный до сих пор, который, по-видимому, обеспечивает 100 процентов восстановления или около этого, заключается в переходе на военную экономику..."

Известие о вторжении немцев в Польшу Рузвельт принял с чувством глубочайшего облегчения:

"Вскоре после двух часов ночи 1 сентября 1939 года настойчивый звонок телефона на столике у постели разбудил Рузвельта. Полусонный, он взял трубку. По закрытому каналу связи А-3 докладывал из Парижа американский посол Буллит.

- Слушаю, Билл.

- Тони Биддл только дозвонился до меня из Варшавы. Немецкие дивизии глубоко вторглись в Польшу. Идут тяжелые бои. Тони сообщает, что над Варшавой немецкие самолеты. Затем связь прервалась.

- Прекрасно, Билл. Наконец свершилось. Да поможет нам бог.

...Раним утром Буллит и Кеннеди сообщили, что Франция и Англия объявят войну Германии, если она не прекратит военных действий против Польши..." - читаем в труде Н.Н. Яковлева.

А позже Рузвельт окажет поддержку Черчиллю. В то время - морскому министру Англии. ФДР (неслыханное дело) будет поддерживать с ним секретную переписку и приложит все усилия, чтобы сделать Черчилля премьер-министром Британии. Ведь Чемберлен склонялся к тому, чтобы пойти на новое соглашение с Германией и тем самым предотвратить войну. Рузвельту нужен был именно Черчилль, который стоял за войну с Гитлером. Ведь только тогда война разгоралась до мировых масштабов, спасая экономику США и возводя доллар к вершинам мирового доминирования. А в 1940 году, когда война уже разгорелась, ФДР делает решительный шаг к примирению с республиканцами: назначает военным и морским министрами своего кабинета именно республиканцев - Стимсона и Нокса.

Война спасла США. Если в 1940 г. в стране насчитывалось 10 млн безработных, то в 1943-м - только 0,8 млн. Рузвельт добился успеха.

Таким образом, во внутренней политике "Нового курса" прослеживаются все черты авторитаризма в образе "имперского президентства". И усиление исполнительной власти, и манипуляция общественными силами, и всевластие спецслужб, и раскол финансово-промышленной олигархии с умелой игрой президента на противоречиях в ее стане. И опора на низы, которые становятся средством давления на богатые верхи.

Естественно, имперское президентство в США опиралось на мощь средств массовой информации. При этом Рузвельт ставил на радио (телевидение тогда еще было в зачаточном состоянии). Сам он участвовал в передаче "Беседы у камелька", зачитывая письма, приходившие от рядовых американцев в Белый дом, комментируя необходимые изменения в политическом курсе. "Новый курс" пропагандировался даже в мультфильмах серии "Луни Тьюнз" тех лет: там было полно мультагиток. В пропагандистском ключе работал и Голливуд.

Оппозиционная пресса не закрывалась до начала 1942 года, и только в самый разгар военного времени было закрыто три десятка СМИ, причем их издатели угодили в тюрьму.

Одним словом, внутренняя политика "имперского президентства" ФДР была достаточно авторитарным и рискованным предприятием. Оно повергло бы в ужас нынешних либералов и "правозащитников". Но жестокое время требовало жестоких решений.



"ИМПЕРСКОЕ ПРЕЗИДЕНТСТВО" ПОСЛЕ РУЗВЕЛЬТА

Примечательно, что в США следующая попытка ввести "имперское президентство" относится к началу 1970-х годов. Тогда США вновь оказались в тяжелом кризисе. Страна терпела поражение во Вьетнаме, доллар лихорадило (был введен отказ менять его на золото), бушевали гражданские бунты. Соперник США, Советский Союз, был на подъеме и теснил американцев. В довершение всего разражается энергетический кризис 1973 года с фантастическим взлетом цен на нефть. Американскую экономику лихорадит, на бензоколонках выстраиваются очереди. Обезумевшие толпы сметают товары повседневного спроса с прилавков магазинов. В среде американского студенчества и интеллектуалов со скоростью пожара распространяются левые, марксистские, социалистические идеи.

В эти годы президент Ричард Никсон (1969-1974) пытается вновь ввести "имперское президентство" для борьбы с охватившим США кризисом. Для начала РН стал добиваться ликвидации контроля Конгресса над деятельностью своей администрации, требовал безотчетного расходования своим кабинетом специальных финансовых фондов, ужесточения секретности в действиях администрации. Затем он потребовал права использовать чрезвычайные полномочия, ранее данные ему для борьбы с внешними врагами, против политических противников внутри Штатов. Оправдывая нарушение законов, Никсон ссылался на интересы национальной безопасности. Он создал в Белом доме секретный отдел, занимавшийся фальсификацией политических и архивных документов, обысками в госучреждениях, прослушиванием телефонов государственных чиновников, сотрудников иностранных миссий и журналистов. И, конечно же, "врагов", как Никсон называл политических оппонентов.

Он вел дело к государственному перевороту. "Имперское президентство" должно было стать плебисцитарной диктатурой. Президент в версии Никсона должен был отчитываться лишь перед избирателями раз в четыре года. Он получает от народа мандат доверия, а дальше правит без вмешательства Конгресса или общественности, обладая неограниченным правом решать вопросы войны и мира, расходования или экономии государственных средств, засекречивания или рассекречивания своих действий. Подвергать преследованиям и наказывать своих политических оппонентов. Все это - исключительно в интересах американского народа. В общем, получался президент-монарх.

Однако Никсона свалили в результате Уотергейтского скандала 1974 г., когда его уличили в прослушивании своих политических оппонентов. Под угрозой импичмента Никсон ушел. Сменивший его президент Форд заявил, что с "имперским президентством" покончено навсегда. Но именно 1974-1981 годы стали для США полосой кризиса, сдачей позиций, отступления под натиском СССР. Все это удалось преодолеть только при Рейгане (1981-1989 гг.), когда были вновь использованы многие элементы "имперского президентства" в борьбе с Советским Союзом, на последнем этапе "холодной войны".

Обращение к опыту "имперского президентства" (правда, в карикатурном виде) мы увидели в правление Буша-младшего, после 11 сентября 2001 г. Однако тут США потерпели впечатляющий провал: кризис не преодолен, в военном плане наблюдается явное поражение. Видимо, мир стал намного более сложным, нежели в 30-е и 70-е годы ХХ столетия.



НУЖНО ЛИ "ИМПЕРСКОЕ ПРЕЗИДЕНСТВО" РОССИИ?

Аналогии между американским "имперским президентством" и правлением В. Путина в политике очевидны. Чего, увы, не скажешь об экономической политике. Здесь РФ не может сравниться даже с Америкой Рейгана. Тот хотя и позиционировал себя в качестве "антирузвельтиста" и ярого либерала в экономике, все же шел на беспрецедентное увеличение военных расходов и траты на важнейшие научно-технические программы при урезании социальных расходов. В РФ хотя "социалка" и сокращается, но государство не в состоянии обеспечить нормальное использование растущих оборонных затрат, не может вывести из упадка высокотехнологичный сектор промышленности и науку. Во всяком случае, пока. К тому же, наш вариант "имперского президентства" сочетается с тем, чего не знали ни Рузвельт, ни Никсон, ни Рейган, - с чудовищным размахом коррупции и "оффшорностью" элиты РФ (связывающей свое будущее не с родной страной, а с Западом, рассматривающей РФ как колонию для грабежа и вывоза богатств на Запад). Факт остается фактом: РФ никак не удается перейти с траектории "сырьевой деградации" на путь инновационного, научно-промышленного подъема. Не удается остановить процесс обнищания граждан страны.

В этой ситуации <имперское президентство> жизненно необходимо России. Но оно нуждается в больших усовершенствованиях. Каких же? Дерзнем их предложить.

1. Нужен решительный отказ от <политики открытых дверей> либерализма в экономике и введение разумного протекционизма.

2. Необходимо создание разветвленного механизма поддержки принятия решений "имперским президентом" - в виде развитой системы <мозговых фабрик> и профессиональных корпораций. Они должны помочь Главе Государства издавать нужные законопроекты и указы, строить стратегию действий, избегая зависимости от чиновничьих кланов с их недальновидностью и корыстью. В высшем руководстве надо решительнее заменять ставленников сырьевых отраслей на представителей ВПК, сложной промышленности, науки.

3. Нужно четко задать цель движения РФ, а затем создать новую плановую экономику, национальную инновационную систему, принять первый пятилетний план развития.

4. Необходимо развернуть решительную борьбу с коррупцией, решительно проводить санацию госаппарата с его жесткой декриминализацией.

5. Нужно создание механизма поиска, отбора и подготовки управленческих кадров наивысшего качества и исключительного патриотизма.

6. Нужна ставка на развитие новых организационных технологий, сводящих бюрократию к минимуму и к росту "делократии".

7. Необходимо развивать местное самоуправление, ибо на этом уровне становится возможным побороть бюрократию, снизить затраты бюджетов, включить механизмы развития и внедрения инноваций в повседневную жизнь. Причем инноваций как технических, так и организационных, социальных и культурных.

8. Не обойтись и без использования давления рабочего движения и неправительственных гражданско-патриотических организаций на бизнес-олигархию РФ. "Имперский президент" может и должен опираться в своей политике на патриотически настроенные низы. Более того, через механизмы местного самоуправления и поддержку инновационных проектов он должен поднимать наверх (из глубинки в первую очередь) молодых и энергичных, по сути - новую элиту взамен старой, сложившейся в трагические для страны деградационные 90-е годы.

(При подготовке статьи были использованы книги Н.Н. Яковлева "Франклин Рузвельт: человек и политик" и "Циклы американской истории" Артура М. Шлезингера)

Опубликовано на RPMonitor.ru

Автор/источник: Максим Калашников
"Today is only yesterday's tomorrow"
© Uriah Heep
0

#53 Пользователь офлайн   Airman

  • Старожил
  • PipPipPipPipPip
  • Группа: Пользователи
  • Сообщений: 2 854
  • Регистрация: 01 Ноябрь 07

Отправлено 11 Январь 2008 - 11:45

АМЕРИКА И ИМПЕРСКАЯ ДИКТАТУРА. ЧАСТЬ 1

Одолев технократов, «глобалы» разрушили космические проекты США и СССР

Америке будет крайне нелегко свернуть на путь «высокотехнологично-космического развития». Не придется ли делать это с помощью недемократического режима? В последнее время стало очевидно, что Америке приходится бороться с системным кризисом. Что прежний путь развития (с финансистами и мастерами информационных воздействий во главе) себя исчерпал. Что Америке нужна новая элита. А для этого нужно возвращаться на путь, с которого Запад вместе с СССР свернул в 1967–1971 гг. – на стезю приоритетного развития космических проектов. Тех, что могут стать гейзерами, извергающими массу новых прорывных технологий. Но удастся ли совершить такой переворот без диктатуры? Чтобы понять сложность проблемы, стоит вспомнить недавнюю историю.


ПОГАШЕННЫЙ ПРОРЫВ

Путь высокотехнологично-космического развития в США олицетворял президент Кеннеди, в СССР-России – Хрущев.

Хрущева свергли осенью 1964-го. И было за что. Однако пришедший ему на смену Леонид Ильич Брежнев (правил в 1964–1982 гг.) оказался по итогам большим злом, чем Хрущев. Да, он остановил сокращение вооруженных сил и разрезание боевых кораблей да самолетов. Но при этом и погасил дерзновенный космический порыв. Брежнев был ставленником бюрократического аппарата, желавшего править без напряжений и рывков. И поменьше нести бремя ответственности. А потому страна стала превращаться в застойное болото. Да, при Брежневе громадные средства вкладываются в вооружения, но при этом военно-промышленный комплекс отделяется от всей остальной страны, становится государством в государстве. Информация о новых достижениях конструкторов и инженеров не доходит до обывателя, которого пичкают галиматьей про «борьбу за мир во всем мире».

Брежневщина кладет руль на гибельный курс: жить за счет продажи нефти и сырья, копировать западные технологии (а не создавать свои), строить свой вариант потребительского общества. Идеалы размениваются на колбасу и шмотки, и в итоге получается пустота: ни колбасы, ни идеи. При Брежневе СССР, словно сговорившись с Америкой, сворачивает с пути космической экспансии («Великий Отказ» 1967–1971 гг.). В итоге СССР влетает в кризис 80-х (не экономический, но психоисторический), не справляется с ним – и гибнет.


ТРОЯНСКИЙ КОНЬ КАПИТАЛИЗМА

Задумаемся: а какая судьба ожидала человеческий род, сохрани СССР порыв начала 60-х? Кажется, мы с вами разгадаем эту метаисторическую тайну. Ибо, распутав клубок сей тайны, мы с вами поймем, как мы могли победить в первой «холодной войне» и как можем победить сейчас, после крушения Советского Союза.

Вывод первый: если бы СССР сохранил космическую траекторию и не свернул бы с нее, Западу волей-неволей пришлось бы подражать Советскому Союзу. Он просто вынужден был бы тоже разворачивать грандиозные космические программы – и все остальное, что им сопутствует. В итоге получился бы мир, разительно отличающийся от нынешнего. Кто правит в сегодняшнем мире? Худшая из элит – финансовая. В нашей реальности с гибелью СССР над миром воцарился самый мерзкий и отвратительный строй – денежно-спекулятивный.

Директор Института опережающих исследований Юрий Громыко в своем труде «Сценарная паноплия» метко обобщил: спекулятивно-финансовый капитал лишь употребляет то, что было создано до него. Ничего нового и грандиозного он породить не может по природе своей. Более того, он проедает созданное прошлыми поколениями – и ведет целые страны к гибели и разрушению. Ему глубоко чужды прорывные, эпохальные проекты, открывающие новую эру в истории человечества.

В РФ мы на своей шкуре испытываем все «прелести» такого капитализма. Но и Соединенные Штаты теперь становятся трофеем этого грязного, хищного, густо замешанного на криминале строя. Причина беды одна: исчез СССР, мощная альтернативная цивилизация, враждебная глобалам. У США исчез сильный конкурент – и они тоже смертельно заболели. Ибо соревнование с Советским Союзом оказывало целительное воздействие на американцев, заставляло финансовых спекулянтов умерять аппетиты.

Сохранив космическую траекторию развития и после свержения Хрущева (повторю – во многом заслуженного), мы бы делали невозможными глобализацию нынешнего образца, бегство промышленности из стран Запада на Восток, предотвратили бы нынешнюю деградацию человечества, его превращение в дезорганизованную массу, для которой актуальны лишь примитивные биологические инстинкты. А власть финасовых магнатов сменилась бы властью технократов, творцов нового. Не банкиры и не юристы, а строители и водители звездолетов становились бы элитой!

Конечно, Союз мог и проиграть такую гонку. В истории нет ничего предопределенного. Но даже если бы мы и потерпели поражение, то, в конечном счете, оказалось бы, что победившие США – это почти то же самое, что и Советский Союз! Но именно этого боялись хозяева и тайные властители Запада.

Логика моих рассуждений проста: чтобы выдержать космическое соревнование с Красной империей Серпа и Молота в 1970-е и 1980-е годы, Соединенным Штатам пришлось бы бросать гигантские ресурсы на аэрокосмические программы. Поскольку они тесно взаимосвязаны между собой, то в США неизбежно возникла бы плановая экономика. Для обеспечения же ее ресурсами и средствами пришлось бы вводить социалистическую систему распределения, ограничивая частный капитал. Чтобы обеспечить весь этот процесс десятками миллионов классных специалистов, пришлось бы поднимать систему образования и бороться с деградацией человеческого потенциала. Помимо всего прочего, это означало бы подавление наркомафии, феминизма и половых извращенцев. Для поддержания боевого духа нации – применять пропаганду и методы работы с молодежью, очень похожие на сталинские. Ограничивать сверхпортебление богачей и во избежание раскола нации, выравнивать доходы людей, осуществляя грандиозные социальные программы.

Получался бы, знаете ли, такой антисоветский и антирусский... но социализм. С американским лицом и под звездно-полосатым знаменем. Вполне возможно, с новой американской конституцией и переписанным Биллем о правах. То был бы американский тоталитаризм, внешне – антикоммунистический и протестантско-религиозный, но по сути...

Развитие космических программ – троянский конь для рыночно-капиталистического строя. Его могильщик. Космические проекты требовали энергетики на новых принципах, убивающей старую, углеводородную. Они требовали развития электроники, нового транспорта, новой медицины, новых конструкционных материалов. Новых станков, что обрабатывают материалы быстро и высокоточно, все больше уменьшая потребность в человеческом труде. И так далее – вплоть до роботизированных производственных линий. Словом, космос требовал всего, что уничтожает основу рыночных отношений и всевластия денежных мешков: нехватку благ для всех, необходимости их распределять. И получалось так: волей-неволей в США возникала бы материально-техническая основа для коммунизма. Впрочем, только ли материально-техническая? Ведь для осуществления подобных программ требовалось бы готовить в школах и вузах целые армии разносторонне образованных людей, подражая советским традициям. А они неизбежно создавали бы организационные и информационные технологии, которые вели к отступлению рыночных отношений на самые нижние ярусы общества.


«АМЕРИКАНСКИЙ ПУТЬ» 1950-Х ГОДОВ.

Есть такая мудрость: «Если хочешь победить дракона, тебе самому придется стать драконом». Чтобы победить СССР, который и после 1967 года сохранил бы космическую экспансию, Соединенным Штатам тоже пришлось бы стать таким же драконом.

Если вы хотите увидеть будущее в таком варианте, то можно посмотреть фильм великого Терри Гиллиама «Бразилия» (1985 г.) или почитать цикл рассказов и повестей Роберта Хайнлайна «История будущего» (конец 1940-х и начало 1950-х годов). Там вы увидите Америку космическую, осваивающую иные планеты, невероятно развитую научно-технически – но при этом тоталитарную. У Хайнлайна это – религиозная диктатура, теократия. У Гиллиама – продолженные во времени 50-е годы. Со всевластием государственного аппарата и спецслужб, с подавлением инакомыслия, с архитектурой зданий, напоминающих московскую Библиотеку имени Ленина и фантазии Альберта Шпеера. Те же монументальные лестницы и чаши с факелами по обеим сторонам от них. Те же героические скульптуры и массивные фасады. Хайнлайн и Гиллиам великолепно уловили возможный вариант будущего.

Чтобы не быть голословным, вспомним американские реалии 50-х и начала 60-х. В тот момент американцы серьезно напуганы успехами СССР. Их поражает запуск первого спутника и полет Гагарина. Они реально боятся распространения коммунизма у себя дома: техношторм в России их впечатляет. Чтобы не проиграть гонки, США вынуждены принимать грандиозные по размаху научно-технические и промышленные программы. Дабы их финансировать и управлять ими, бизнес прижимают налогами, создают сверхмощный государственный аппарат. Приходится, не покладая рук, работать по десяткам приоритетных направлений, начинать «битву за Луну». Столкнувшись с успехами СССР, американцы вдруг осознают, что их система образования плоха, что она уступает русско-советской. Что их образование – это отделение платежеспособных от бедных.

Теперь же, конкурируя с русскими, приходится за государственный счет, вполне по-советски, искать талантливых и способных ребят во всех слоях общества и учить их. Возникает массовый средний класс, состоящий из высокооплачиваемых работников, порожденных именно государственными программами. Американцам приходится создать Департамент передовых исследований Пентагона, DARPA (благодаря коему потом возникнут персональный компьютер, Windows, мобильная связь и Интернет). Чтобы отражать угрозу распространения коммунизма, укрепляются и расширяются спецслужбы, что начинают регулировать и внутриамериканскую жизнь.

В то же время, стали все громче звучать голоса своих, американских интеллектуалов о том, что развитие компьютерной техники, программного обеспечения, организационных технологий и коммуникаций может привести к созданию общества без привычного рынка и денег, с новым качеством управления экономикой. Что скоро появится класс интеллектуалов-управленцев и исследователей, что потеснит старые элиты: финансовую, владельцев больших пакетов акций, военных и политиков. В самом деле, на космических кораблях мыслилось вполне коммунистическое устройство жизни. Там были не нужны ни деньги, ни банки, ни биржи.

Дело стало принимать поворот, весьма неприятный для прежнего правящего истеблишмента – финансовых воротил Уолл-Стрит. Старые капиталистические тузы увидели, что к власти в Соединенных Штатах в случае продолжения космического соревнования с СССР придут совсем новые люди и иные классы. Да и умножающийся средний класс из ученых, инженеров, техников и высококвалифицированных рабочих, что складывался вокруг государственных мегапроектов, неминуемо потребовал бы своей доли власти. Перетекание новейших технологий из космической сферы в гражданские отрасли грозило исчезновением целых отраслей старой промышленности, пересмотром «табеля о рангах» в элите Запада.

Становился очевидным простой факт: космические программы требуют того, чтобы в них вкладывали деньги на десятилетия вперед. Приходилось надолго забывать об окупаемости таких инвестиций. А это противоречит сердцевинным интересам денежно-рыночного строя, «генокоду» капитализма. И здесь СССР, способный абстрагироваться от необходимости получения сиюминутной выгоды, начинал обыгрывать американцев. Ведь у них, как ни крути, господствовал все тот же капитализм. Необходимость осуществлять долгосрочные программы вступала в противоречие с его природой, порождала напряженность в американском обществе. В конце концов, это грозило новой революцией: переходом власти из рук финансового капитала в руки продвинутых военных, офицеров спецслужб, технократов новой волны и интеллектуалов.

А между тем, в Америке начался еще один процесс – начало работ над овладением психотехнологиями. Интересующийся читатель давным-давно, слышал о работах над человеческим сознанием, которые финансировались ЦРУ и Пентагоном в 40–50-е и даже в начале 1960-х годов – об «МК-Ультра», «Артишоке» и других. На моей памяти СМИ обращались к этой теме несколько раз: в первые годы XXI века, в либеральные 1990-е годы, а самые ранние мои воспоминания – это разоблачительные статьи в советских журналах в 70-е годы. В те же годы в букинистических лавках я покупал научно-популярные издания 60-х годов – и там тоже были первые статьи-обличения. Даже со схемами и фотографиями некоторых опытов.

Итак, в 50-е годы американская наука при поддержке военных и спецслужб занялась рискованными, смелыми и жестокими опытами с психикой человека. Сейчас это кажется немыслимым, но тогда в мозг некоторым пилотам Стратегической авиации вживлялись электроды, возбуждавшие те или иные области «серого вещества». Так, чтобы летчики, уходя на ядерные бомбардировки, испытывали только уверенность в себе, веру в великую Америку и не ведали страха. И тут же велись эксперименты с телепатической передачей посланий из наземного центра в США на атомную подводную лодку, идущую подо льдами в районе Северного полюса. Впрочем, в недавнем бестселлере Джона Кейза «Синдром» есть пассаж, вложенный в уста одного из бывших участников этих сверхсекретных программ:

«...Они могли стать очередным прорывом. Может, и стали бы. Мы считали, что блага от выхода человека в открытый космос и высадки на Луну покажутся пустяками в сравнении с тем, что мы бы открыли вот здесь. – Он постучал себя по голове... – Мы называли это «внутренним космосом»...

...Шапиро поведал гнусную историю программы по исследованию “управления сознанием”.

– Большинство считало ее ответом на то, что коммунисты делали в Центральной Европе и Корее. Помните, они провели показательный процесс с участием одного польского священника? Тогда еще много болтали о «промывании мозгов»? По правде говоря, программа началась задолго до этого...

Программа началась в Европе, во время Второй мировой, когда Управление стратегических служб искало «сыворотку правды» – наркотик, который можно использовать на допросах...

...В послевоенные годы проект расширился – стали поступать деньги из недавно созданного ЦРУ. К 1955 году проводилось уже 125 экспериментальных программ в лучших университетах страны и кое-каких тюрьмах. Отдельно велись исследования в учреждениях для душевнобольных и над “неподозревающими добровольцами”...

...В условиях “вечной мерзлоты” “холодной войны” всех девиантных личностей считали законной добычей спецслужб. Нам не требовалось официального разрешения, потому что исследования засекретили. Они проводились в интересах национальной безопасности, и значит, на них не распространялись обычные ограничения.

...“Холодная война” велась не только на внешнем фронте, но и на внутреннем. Это была война за “Американский путь”, который, могу вас заверить, не включал в себя в те времена ни геев, ни психов, ни наркоманов.

...Мы изучали гипноз, телепатию и управление психикой. Еще, пожалуй, назову дистанционное наблюдение. Занимались и психологической обработкой объектов с использованием условных рефлексов: унижения и боли...»

Да, читатель, в пору космической гонки между СССР и США творилось именно такое. Велись опыты по переписыванию человеческой личности. Чего стоят только опыты по «сенсорной депривации»: это когда человека в специальном костюме и в очках на глазах помещают в ванну-ящик, где плещется соленая вода с температурой тела. Человек не чувствует никакого прикосновения, ни дуновения воздуха, ни вспышки света. Питание идет по шлангам – внутривенно. В таких условиях человек постепенно чувствовал, будто тело его растворяется – и от него остается лишь один мозг. И вот тут личность размягчается – и ее можно перепрограммировать как угодно. Особенно с использованием наркотиков, гипноза, видеоинформации и звуковых внушений. Можно внушить человеку, что он – не Джон Смит, каковым был до депривации, а Смит Джонс. Внушить ему ложные воспоминания о прошлом. Можно внушить ему (с красочными образами и ощущениями), что он побывал на борту «летающей тарелки». И так далее. Вплоть до того, что вложить в одного человека и три личности – как куклы-матрешки. Особенно интересовались такими работами американские спецслужбы 1950-х годов:

«...Идея заключалась в том, чтобы создать агентов с контролируемым поведением, готовых идти на задание, даже если его исход противоречит инстинкту самосохранения. ...Агентам внушали не бояться смерти. ...Выживание агента не являлось для нас решающим фактором. Если агент выживает и пойман, то возникают проблемы.

...Вот поэтому мы довольно активно разрабатывали способы создания особых агентов...

– Вы сводили их с ума?

– ...Нет. Если бы мы сводили их с ума, они бы оказались не в состоянии функционировать. Мы потратили годы и довольно крупные суммы денег на изучение дифферетной амнезии и способов расщепления личности. И в конце концов нашли оптимальное решение: воспоминания-ширмы. Впрочем, даже с ними возникали проблемы. У агентов наблюдалась тенденция к дестабилизации личности, и поэтому требовался психотерапевт, осуществлявший постоянную подпитку информацией...

– Что такое «воспоминание-ширма»?

– Это ложные воспоминания, смехотворные уже в своей основе. Любой, кто настаивает на их истинности, сам себя дискредитирует...

– Вы не могли бы пояснить на примере?

– Меня похитили пришельцы и отвезли на подземную базу в Антарктике...»

Таким образом, продолжение космической гонки вело к созданию принципиальной новой цивилизации не только в России, но и в США. Однако все это радикально противоречило интересам финансовых воротил.








АМЕРИКА И ИМПЕРСКАЯ ДИКТАТУРА. ЧАСТЬ 2

Россия может стать первой жертвой американских «космократов»


ОПЕРАЦИЯ «АНТИКОСМОС»

В ответ на угрозу кардинальных перемен в политической и экономической жизни общества американская финансовая элита совершает беспрецедентно сложную и опасную, но в финале – успешную операцию. Она понимает, что движение мира по траектории космической экспансии для нее смертельно опасно. Стало быть, нужно заставить и США, и СССР отказаться от такой модели развития. А технологическое развитие – видоизменить и направить.

С Америкой было проще. Президент Джон Фитцджеральд Кеннеди, олицетворявший космический сценарий, был убит в 1963 году, что, по сути дела, означало государственный переворот. Кеннеди не желал ввязываться во Вьетнамскую войну, звал к новому технологическому прорыву, лично курировал «лунный проект». В итоге США начали Вьетнамскую войну (1964–1975 гг.), которая изменила само мироощущение «командного состава» американского ВПК. В конце войны его целью стала уже не столько победа, сколько обогащение на военных заказах. Одновременно происходит отказ от амбициозных космических программ. Близка к истине версия о том, что в 1969–1972 гг. американцы сажают на Луну возвращаемые автоматы без экипажей, а сцены высадки снимают в кинопавильонах. А когда мир удается убедить в «триумфе» американских космических технологий, дальнейшее развитие космического проекта прекращается.

В этот момент у СССР был шанс самостоятельно продолжить космическую гонку. Была возможность разоблачить янки с «лунной аферой», приступить к созданию лунного комплекса (исследовательская станция на поверхности Луны, базовая орбитальная станция на ее орбите, корабль для перелетов между окололунной и околоземной орбитами, взлетно-посадочный комплекс), к экспедиции на Марс. При всем нашем скепсисе по отношению к Хрущеву следует признать, что он бы такого шанса не упустил.

А вот брежневское «коллективное руководство» стремится лишь к «стабильности любой ценой», к спокойной и сытой жизни. Оно признает «лунную победу» США и отказываются от экспедиции на Марс (в начале 1970-х). Центр тяжести переносится на создание советского варианта «общества потребления» – с неизбежной продажей Западу сырой нефти и газа. В итоге страна вступает на путь разложения, деморализации и катастрофы, которая и произошла в 1991 году.

В Соединенных Штатах научно-техническое развитие искривляется и вводится в русло, безопасное для финансово-спекулятивной элиты, «элиты банка и телевизора». Останавливается развитие в сфере энергетики, зато ускоряется – в области информационных технологий, телекоммуникаций, технологий манипуляции сознанием. Гипертрофируется сфера вооружений: делается все, чтобы они становились как можно дороже – и разорительнее для русских. Космические программы делаются скучными и сугубо утилитарными – за небольшим исключением (программы «Викинг», «Пионер» и «Вояджер»).

Тем временем в СССР закосневшая партийная бюрократия отказывается от творчества, от поиска новых технологических и социальных новаций «Антикосмические» силы, как бы ни были они далеки друг от друга (финансовые магнаты и партийные функционеры), слаженно заменяют мечту о космосе «морковкой» обывательского достатка. При этом в конкуренции двух потребительских обществ СССР был заведомо обречен на поражение. При всем желании Союз не мог дать своим гражданам столько, сколько Запад, который был на порядок богаче. Советская верхушка не могла понять, что от продажи квантового компьютера или многоразового аэрокосмолета можно выручить гораздо больше, чем просто торгуя нефтью и газом. Что космическая траектория развития и есть путь к полному изобилию.

В 70-е и даже еще в начале 80-х годов советская правящая верхушка играет (или думает, что играет) с американской элитой в аттракцион под названием «совместное управление планетой». Но получается как в известной сказке: дурному медведю – несъедобные вершки, умному крестьянину – сладкие корешки. США покровительствуют богатым странам: арабским государствам Персидского залива, Западной Европе, Японии. Союзниками же СССР становятся страны Черной Африки и беднейшие государства Азии, получающие от «страны советов» огромные дотации. Вместо того чтобы профинансировать свою марсианскую экспедицию, Москва выкидывает по сути дела те же средства на поддержку архаичных и нежизнеспособных экономик.

Надо отдать должное нашему противнику: он использовал все возможные рычаги, чтобы сбить русских с космической траектории развития. Ведь если бы этого не удалось добиться, отказ США от космической экспансии становился бы бессмысленным и смертельно опасным для них самих. Сохрани Советский Союз прежний вектор движения, и они были бы вынуждены следовать за нами. Однако вовлеченность СССР в гонку вооружений, идущую по американским правилам (то есть, по сути дела, в гонку капиталовложений), чудовищные идеологические просчеты, в результате которых население перестает понимать сам смысл существования СССР, и, наконец, падение цен на нефть в первой половине 1980-х предопределяют горбачевскую капитуляцию.

Единственным шансом спасти страну и победить в «холодной войне» для нас был решительный, а кое в чем и жестокий переход на космическую траекторию развития страны. Не сделав этого, Красная империя пала, что привело к катастрофическим потерям не только для русских, но и для всего человечества. Глобалы не только уничтожили СССР, но и не дали в самой Америке возникнуть такому строю, который мог уничтожить их власть.



ОБЪЕДКИ НА ПИРУ ПОБЕДИТЕЛЕЙ

Следующим актом описанной нами драмы стало появление того самого мира «постиндустриализма» и глобализации, в котором мы с вами ныне и пребываем. Это психопатический и надломленный мир, царство подлости и лжи. Ощутив себя некоей «высшей расой», глобалы вывели промышленность в Китай и другие «удобные страны», наивно рассчитывая, что азиатский рабочий будет вечно гнуть на них спину за гроши. Так потребительская психология оказалась доведенной до абсурда, до собственного предела.

Победители СССР, сломав космическую траекторию развития человечества, повели себя так, будто они уже обладают технологиями превращения себя в сверхлюдей, а голодных и нищих масс – в биороботов. Как будто у них уже есть высочайшие нанотехнологии, что позволяют делать все из грязи, песка и воды. Как будто у них под парами стоят звездолеты, чтобы в случае чего улететь на другие планеты.

Проблема глобалов, однако, заключается в том, что ничего этого у них нет. Да и быть не могло – ведь пресекли же они космическую тенденцию развития, которая могла породить подобные чудеса. А сам финансовый капитал, как мы знаем, может лишь до бесконечности эксплуатировать то, что создано до него. Этим, собственно, он и занимается сейчас, выжимая все возможности из того потенциала, что был создан государственными (а не рыночными) программами правительства США в 1950–1980-е годы. Что будет дальше – неизвестно, ибо сейчас даже богатая Америка испытывает трудности при поиске работников космической индустрии. В «третьем мире» такими «спецами» особо не разживешься, а сами американцы не хотят упорно учиться, осваивать сложнейшие профессии – и получать за это, в общем-то, скромную зарплату. Зачем возиться с какими-то космическими аппаратами, когда можно спокойно спекулировать на бирже или вчинять иски крупным корпорациям за нарушение прав потребителей?



АМЕРИКА «БЕРЕМЕННА» ИМПЕРСКОЙ РЕВОЛЮЦИЕЙ

Казалось, Америка 50-х годов – суровая, волевая, устремленная в космос, нетерпимая ко всему извращенному и вырожденческому, окончательно ушла в историю, а на ее руинах начался «золотой век» наркоманов, сексуальных меньшинств и звезд шоу-бизнеса. Однако всего лишь за десятилетие господство глобалов фактически привело страну к краху. Затрещала долларовая система, которая сейчас медленно, но верно падает. США столкнулись с проблемой сокращения численности «коренного» англо-саксонского населения, с падением качества образования. Экономически их все больше теснят китайцы и европейцы, да и Индия тоже заявляет права на роль сверхдержавы.

В сложившейся ситуации Америка лихорадочно пытается развернуть программы новой космической экспансии, новых научно-технических прорывов. У США есть лишь один выход для того, чтобы выстоять и сохранить статус великой державы – снова вступить на путь грандиозных космических программ. Администрация Буша уже совершила первые шаги на этом пути, объявив амбициозные планы милитаризации космоса и марсианских экспедиций. Ну, а все остальное, как мы знаем по американскому же опыту полувековой давности, – прилагается.

Однако для возвращения на «путь 50-х» США нужна, по сути дела, новая Американская революция. Ее суть – в отстранении от власти старой денежной «аристократии», в передаче власти динамичным и технократическими мыслящим группам. Здесь первые кандидаты – военные, продвинутые офицеры спецслужб и деятели не финансового, а высокотехнологичного сектора. Приверженцы не либерального, а проектного развития. Личности с совершенно новым мышлением. Включая и нанотехнологов, и ракетно-космический комплекс, и ядерщиков.







НОВАЯ АМЕРИКАНСКАЯ ДИКТАТУРА. ЧАСТЬ 3

На пороге крушения либеральных мифов

Обсуждение вопроса о том, установится ли в США военно-технократическая, антилиберальная диктатура, постепенно переходит из разряда фантастики во вполне прагматическое русло. Если американская диктатура XXI века возникнет, то мы, вероятно, попадем в «эпоху новых сороковых годов». Тогда, напомним, режимы диктаторского типа существовали не только в Германии, Италии, Японии, Испании, Португалии, Финляндии и СССР, но и в чанкайшистском Китае, а также в считающихся «цитаделями либерализма» США и Великобритании («имперское президентство» Ф.Д. Рузвельта и премьер-диктатор Уинстон Черчилль).

Нечто подобное может повториться и в нынешнем мире. Американская диктатура, возможно, станет попыткой ответить на вызовы времен крушения «постиндустриального мифа», попыткой обеспечить рывок в развитии США.


РАБЫ ВМЕСТО РОБОТОВ

В начале 1980-х годов к власти в США пришли радикальные либералы – сторонники необузданной свободы капитала «а-ля Фридрих Хайек», уменьшения роли государства до немыслимых пределов, певцы неограниченной конкуренции, антикоммунизма и социал-дарвинизма. Ставленники финансового капитала и «аристократии телевизора» отбросили от рычагов власти технократов и кейнсианцев. Им удалось победить Советский Союз и сформировать облик современного мира с его Интернетом, глобализацией, экономикой финансовых спекуляций. И, что самое главное, с идеологией потребительского безумия.

Эти рыцари финансового ультракапитализма много лет кормили нас сказками о наступлении эры так называемого «постиндустриализма». Мол, промышленное производство становится уделом не самых развитых стран – а потому его нужно выносить в Китай, Малайзию, Индонезию, Мексику и т.д. На Западе, мол, останутся лишь финансы, ученые, управленцы, дизайнеры и университеты. Как античные рабовладельцы презирали ремесло и технологии (удел якобы лишь рабов), так и адепты денежного капитализма ненавидели и ненавидят все, что связано с вещными факторами производства, с заводами и фабриками. Они стали уничтожать и государство, завопив о его исчезновении в эпоху глобализации. Они создали экономику «денег из денег» – бесплодную сферу спекуляций.

Их господство истощило США и Запад. Оказалось, что теории коммунистов о глубоком кризисе капитализма – отнюдь не бред, а суровая реальность, ставшая очевидной после падения Советского Союза. И что потребительское общество в финале, вполне возможно, ведет к самой жестокой диктатуре.

Приведем всего лишь один пример. В 1990 году маститый западный футуролог Элвин Тоффлер выпустил книгу «Метаморфозы власти». В ней он, хлопая в ладоши по поводу краха русского коммунизма, пророчил: производство не уйдет из стран Запада в страны Азии и Латинской Америки. По утверждению Тоффлера, в США и Западной Европе возникнут гибкие, роботизированные и компьютеризованные фабрики-автоматы. Они заменят старые дымные громады заводов и комбинатов индустриальной эры, став небольшими и экономичными, действующими с наименьшими затратами сырья и энергии, почти без рабочего класса. Развитие компьютерных сетей и информационных технологий позволит производить ровно столько товаров и такого качества, сколько нужно потребителям. Словом, возникнет нечто, до боли напоминающее материально-техническую базу коммунизма. Но на капиталистической основе.

Реалии финансово-спекулятивного капитализма безжалостно опрокинули мечты футуролога. В реальной жизни производство оказалось выведенным в страны Азии и Латинской Америки. Место роботов заняли низкооплачиваемые рабочие Азиатско-Тихоокеанской зоны, Турции, Мексики, Восточной Европы и отчасти – РФ. Технологический прогресс на многих направлениях просто остановился. Почему? Потому что это оказалось выгодным господствующей касте финансовых спекулянтов, жаждущих лишь быстрых прибылей.


ЗАСТОЙ «РАЗВИТОГО КАПИТАЛИЗМА»

В итоге Запад стал стремительно деградировать. Его деиндустриализация привела к появлению в США и Европе огромных армий деклассированных, деквалифицированных людей с плохим образованием. Внутри США и Европы стали появляться острова нищего «третьего мира». Безудержное поклонение быстрой прибыли привели сразу ко многим бедам: к катастрофическому падению рождаемости среди англо-саксонского населения США и больших наций Европы – немцев, французов, англичан, к постоянному падению качества среднего и высшего образования в США и ЕС, к утрате ведущими государствами Запада значительной части инновационного потенциала.

Сокращение государственных расходов на масштабные научно-технические программы развития и на фундаментальные исследования вызвало торможение развития, застой в технике. Погоня за рентабельностью и скорым возвратом инвестиций повлекли за собой сворачивание стратегически важных, долгосрочных исследований и научно-технических разработок. Надменность и хамство финансовой элиты Запада, ее кричащая роскошь и презрение ко всем, кто беднее, – привело к обострению противостояния «богатого Севера» и «бедного Юга», включающего в себя большинство стран Азии, Африки и Латинской Америки.

США, равно как и весь Запад, могли бы спасти себя, вложи они в 1990-е годы гигантские средства в создание «технологий новой эры»: нанотеха, принципиально новой энергетики, революционных методов лечения, систем с искусственным интеллектом и т.д. Нужны были принципиально новые виды транспорта, строительства, обработки металлов и многое-многое другое. Однако этого не произошло – мир и сейчас продолжает жить на открытиях и разработках, сделанных до конца 1960-х годов. Ракеты, спутники и многоразовые космокорабли, реактивная авиация, компьютеры, телевидение, роботы, ядерная энергия, лазеры, Интернет, мобильная телефония, биотех, кремниевая электроника, оптоволкно, антибиотики – все это детища и идеи нелиберальной, полусоциалистической, технократически-кейнсианской эры. Все это было создано и придумано до конца 1960-х, дальше подвергаясь лишь миниатюризации и частным усовершенствованиям. А дальше – застой. Оказалось, что финансовый капитализм может лишь бесконечно тасовать старые разработки, ничего качественного нового не создавая.

Но теперь США и Западу, чтобы выжить и справиться с вызовами времени, необходимы качественные скачки, эпохальные прорывы, сравнимые с ракетным, компьютерным и ядерным проектами 1940-1960-х годов. Но сейчас их не видно даже на горизонте. При всей своей перспективности натотехнологии требуют еще многих лет работы и астрономических вложений. Овладеть нанотехом оказалось на порядок более трудной задачей, чем освоить ядерную энергию.

В условиях потребительского антихристианского общества и финансового капитализма (с настроениями «после нас – хоть потоп», «о потомках пусть заботятся сами потомки» и «прибыль как можно скорее») совершить скачок в нанотехнологическую эру невозможно. А проблемы выживания подступают к Америке и ЕС уже сегодня.


СТАНЕТ ЛИ АМЕРИКА «БОЛЬШИМ НОВЫМ ОРЛЕАНОМ»?

Если отвлечься от пропагандистского потока о невероятной мощи и процветании США, то увидишь, что единственная супердержава год от года все глубже вязнет в тяжелых проблемах.

Катастрофа 2005 года (прорыв дамбы во время урагана) в Новом Орлеане показала, что американское общество до неприличия расслоилось и раскололось по имущественному принципу. Что в стране возник целый внутренний «третий мир» нищеты и озлобленности. И что, наконец, инфраструктура США износилась. Годы господства ультралиберализма, мании «сокращенного государства» и погони за скорыми прибылями дали о себе знать. Еще в 2001 году Американское общество инженеров в своем сенсационном докладе сообщило: инфраструктура Соединенных Штатов (дороги, мосты, городской транспорт, авиация, школы, водоснабжение, канализация, дамбы, утилизация отходов, водный транспорт) обветшали до опасной степени. Например, изношено 75% инфраструктуры средних школ, 54 тысячи систем водоснабжения городов устарели, большая часть из 16 тысяч канализационных систем США близка к выходу из строя. Нехватка финансирования канализации составляет до 12 млрд долл. В год. 2100 дамб Америки в 2001 году считались небезопасными, и этот вывод, увы, подтвердился в ходе Нью-Орлеанского «потопа». Энергетика? С 1990 года усиливается дефицит мощностей. Ежегодный ввод их в строй не превышает 7 тыс. мегаватт, тогда как нужно не менее 10 тысяч. Чтобы исправить ситуацию, США нужно вложить в инфраструктурные проекты 3,13 трлн долларов.

Таковы плоды господства финансовой, «постиндустриальной» элиты и последствия чрезмерного увлечения информационными технологиями в ущерб технологиям чисто физическим. Оказалось, что под разглагольствования американских интеллектуалов об «отмирании государства в новой эпохе», о «необходимости снижения вложений государства в экономику» в США шел банальный развал.

Америку тревожат проблемы, которым в рамках либерально-ультрарыночной финансовой модели нет решения. Одна из них – возможный крах пенсионно-страховой системы. Ведь стариков все больше, молодежи – все меньше.

Не забудем и об опасном разрыва в настроениях правящего в США истеблишмента и собственно американского народа. Такой видный социолог, как Самюэль Хантингтон в недавней книге «Кто мы?» указывает на еще одну мину, заложенную под здание американской государственности. Так, правящая клика финансистов, юристов и хозяев СМИ выступает за политкорректность, за углубление глобализации, за снятие всяческих барьеров на пути движения людей, товаров и капиталов. А основная масса граждан Штатов – категорически против всего этого! Они – за укрепление государства, патриотизм и протекционизм, против наплыва иммигрантов и готовности политического класса идти на поводу у всевозможных «меньшинств».

Правление Буша-младшего 2000–2008 года стало компромиссом, попыткой угодить всем. С одной стороны – приверженцам политкорректности и мультикультурализма, с другой – американским патриотам. Ничего хорошего из этого не вышло.

С самого начала администрации Буша пришлось бороться с нешуточными экономическими проблемами. Крах рынка Интернет-экономики, падение фондовых индексов потребовали «отвлекающего маневра» 11 сентября 2001 года. А затем – начала двух войн. Но не помогло – доллар, пусть контролируемо, но неуклонно, заскользил вниз, теряя статус ведущей мировой валюты.

Тогда политика Буша-младшего стала напоминать пародию на курс Рейгана. Как и в 1980-е годы, власти США стали одновременно снижать налоги и увеличивать затраты на государственные программы новейших вооружений. Вот только при Рейгане это делалось за счет раздувания государственного долга (ему тогда, кстати, было куда расти), а при Буше оный долг уже разросся до таких пределов, что угрожает существованию основы основ американской экономики – Его Величеству Доллару.

Проблемы, складываясь и усиливая друг друга, грозят самому существованию США. И потому вполне вероятно, что американцы не станут безвольно смотреть на это, а попробуют применить жесткую военно-технократическую диктатуру в попытке разрешить опасные противоречия и вывести страну на курс ускоренного научно-технологического развития, силой отстранив от власти дискредитировавшую себя финансовую элиту.

Как это может произойти? Тут возможны разные варианты. Исторический опыт говорит о том, что Америка, попав в тяжелый кризис, имеет тенденцию искать выход в диктатуре. Например, в 30-е годы американцы выбирали между авторитаризмом «Нового курса» по-рузвельтовски и фашистской диктатурой по версии сенатора Хью Лонга. В 1936 году Лонг был убит, и США пошли по рузвельтовскому пути.

Нам скажут, что из кризиса 1970-х годов Соединенные Штаты вышли без такого драматического выбора, на одном рейганизме, который на диктатуру, в принципе, не тянет. Но тяжесть того кризиса несравнима с нынешним бременем американских проблем. Сегодняшняя ситуация вызывает в памяти как раз образы Великой Депрессии, а не «тревожных 70-х».


«СВОБОДА» – МИФ ДЛЯ НАИВНЫХ

Но сможет ли диктатура добиться ускорения научно-технологического развития США? Ведь распространенное нынче мнение таково: тоталитаризм сковывает свободу творчества ученых, исследователей и изобретателей. Не дает им развернуться. А либерально-рыночный строй, наоборот, предоставляет почти безграничную свободу творчества.

Однако этот миф развеивается при столкновении с реальностью. Опыт говорит, что именно в нелиберальные, авторитарные периоды истории, с сильным участием государства в экономике, и происходили эпохальные прорывы в развитии. Именно тогда рождались грандиозные проекты, создавались «структуры прорыва», вовлекавшие в дело выдающихся ученых, что творили чудеса. А эпоха либерального рынка, наоборот, отличается застоем в технологическом развитии, «мелкотемьем».

Возьмем все то, что создал современный мир, и то, чем пользуется нынче финансовая элита. Компьютер – плод усилий двух проектов, порожденных авторитарными режимами: британским и американским времен Второй мировой. Его создавали в крупнейшем дешифровальном центре Англии, Блетчли-парке, и в рамках Манхэттенского проекта. Овладение атомной энергией и ракетной техникой – времена авторитарных режимов Рузвельта, Трумэна и Эйзенхауэра. В то же время рождается транзистор – основа кремниевой электроники.

Вспомним и то, что именно авторитаризм дал примеры больших инфраструктурных проектов, улучшавших состояние всей экономики в целом. Например, программа строительства гидроэнергетики на реке Теннеси в США 1930-х годов.

Сегодня временем востребованы новые суперпроекты: полеты на Марс, освоение Луны, создание новой энергетики, строительство межконтинентальных трасс нового скоростного транспорта. Вполне вероятно, что мобилизацию сил, средств и мозгов под них могут взять на себя жесткие режимы.

И вот еще одно важное обстоятельство: именно авторитарные режимы могут ставить перед страной задачи таких размахов, перед коими спасует любая транснациональная корпорация, любой капиталист. Да они даже поставить их не осмелятся! А поставив задачи, авторитарное государство может мобилизовать общество, преодолеть раскол между бедными и богатыми, заставив последних впрячься в общий «воз». Причем мегазадача, как правило, при своем выполнении «побочно» порождает новые отрасли промышленности, новые сферы бизнеса. Что, в конечном итоге, ведет к процветанию национального капитала и повышению благосостояния народа.

Скажем, «авторитарное» решение задачи выхода в космос породило множество новых предприятий в химии, в производстве новых полимеров, в металлургии, в электронике и сфере связи, в точном машиностроении, в индустрии компьютеров. И если завтра будет поставлена задача достижения Марса, то неминуем прогресс в нанотехнологиях, в освоении новых видов энергоустановок разных видов и т.д. Если задачей станет постройка, скажем, трансконтинентальных трасс поездов на магнитной подушке, то родится производство новых сверхточных станков с применением искусственного интеллекта и лазерной техники. Какой экономический и «ускоряющий» эффект может дать милитаризация космоса, мы уже не раз говорили.

Так что нет ничего утопического в том, что США попробуют выйти на передовые рубежи в мире за счет новой диктатуры. Не финансово-ультракапиталистической, а военно-технократической.

Но если это произойдет в США, цепная реакция установления диктатур прокатится по всему миру. Ведь ультралиберализм породил схожие с американскими проблемы и в Европе, и в Азии. И, естественно, в РФ.

И тогда мир снова войдет в эпоху авторитаризма. Как и в 1920-1930-е. Но такой поворот дела – это явный вызов для нас.


ОПАСНОСТЬ: КОРРУПЦИОННАЯ ДИКТАТУРА ДЛЯ РОССИИ

Гипотетическая американская диктатура будет носить милитаристский характер. Для выполнения мегазадач и сплочения общества «звездно-полосатой» диктатуре понадобятся и внешние враги, и войны. В число которых неминуемо попадет и Россия.

Нам придется отвечать на вызов Новой Америки и тоже строить свою диктатуру. Однако простое введение авторитаризма для нас – не выход. Диктатура в США может быть очень малокоррупционной и эффективной за счет применения передовых информационных и организационных технологий. За счет отработанных механизмов совместной оценки ситуации в элите и ее совместного действия ради достижения общих целей. Наконец, за счет высочайшего развития «мозговых фабрик» при центрах принятия решений, систем человеческо-компьютерного управления в кризисных ситуациях и т.д.

Всем этим РФ похвастаться не может. Попробуй создать диктатуру из нынешнего российского корпуса чиновников и олигархов – и ты получишь диктатуру низкотехнологическую. Коррупционную. С дилетантским подхдом к сохранению и развитию человеческого капитала, с крайне несовершенным, низкоинтеллектуальным механизмом принятия решений.

Одним словом – диктатуру бюрократов, привыкших «пилить» бюджетные деньги и платить гроши ученым мирового класса. В этом случае США, создав высокотехнологичную диктатуру, поднимутся вверх, а РФ – только опустится вниз, имея внешне все тот же авторитаризм. На что, кстати, уже сегодня надеются американские аналитики, предрекая российскому курсу на «укрепление государственности» полный крах.

И, надо признать, это – реальная опасность. Поэтому надо уже сейчас думать над тем, как изменить государственный аппарат РФ, и, в целом, решить вопрос о смены старых элит – новыми, способными ответить на вызовы будущего.

Автор/источник: М.Калашников/RPMonitor
http://www.stormbook.ru/

Сообщение отредактировал Airman: 11 Январь 2008 - 11:49

"Today is only yesterday's tomorrow"
© Uriah Heep
0

#54 Пользователь офлайн   kpl

  • Старожил
  • PipPipPipPipPip
  • Группа: Пользователи
  • Сообщений: 1 973
  • Регистрация: 01 Ноябрь 07

Отправлено 11 Январь 2008 - 13:08

глава 1 из книги "Мельтюхов М.И. Упущенный шанс Сталина. Советский Союз и борьба за Европу: 1939-1941 (Документы, факты, суждения)."

На пути к войне

Вторая мировая война 1939 — 1945гг. стала одним из важнейших событий в истории XX века, воздействие которого ощущается до сих пор. За прошедшие полвека, благодаря напряженному труду исследователей разных стран, возникла поистине необозримая мировая историография, содержащая анализ разных аспектов и событий войны. К сожалению, на процесс изучения общих проблем генезиса, хода и исхода войны определенный отпечаток наложила политическая конъюнктура времен "холодной войны", что затрудняет комплексный анализ событий 30-х — первой половины 40-х годов, без которого невозможно их объективное исследование. Так, в советской историографии господствовал тезис, что война была порождением капитализма, а в западной литературе сформировалась концепция, что война явилась столкновением "тоталитаризма" и "демократии", хотя ей противоречило утверждение, что СССР также был тоталитарным государством. Несмотря на то, что в литературе продолжается дискуссия относительно точных определений понятий " тоталитаризм" и "демократия", ныне эту концепцию позаимствовали некоторые отечественные авторы.

Как правило, при анализе проблем генезиса Второй мировой войны предпочитают не вспоминать, что война — это один из методов взаимоотношений государств на международной арене вне зависимости от существующих социально-экономических отношений и политических режимов. Следовательно, сами по себе социально-экономические и политические различия совершенно не обязательно приводят к войнам. Значительно более важную роль в данном случае играют конкретные политические и экономические противоречия государств. Политика великих держав в 20 — 30-е гг. XX в., как и в любую другую эпоху, характеризовалась постоянным соперничеством и борьбой за расширение своего влияния на международной арене. Подобная политика проводится, как правило, вне зависимости от существующего политического режима, а уж влияние господствующих социально-экономических отношений вообще ощущается столь опосредованно, что не позволяет делать настолько прямолинейных выводов. В зависимости от объекта политики и общей ситуаци и любая великая держава применяет широкий диапазон методов: от пропагандистско-идеологического влияния до прямого военного вмешательства.

Анализ ситуации межвоенного периода невозможен без рассмотрения некоторых общих проблем развития мировой экономики. \19\

Глобальное мировое хозяйство сложилось к началу XX в. в результате дополнения мирового рынка международным переплетением ссудного и предпринимательского капитала, создания колониальных империй. В начале XX в. мировое хозяйство состояло из индустриальных стран Запада и их аграрно-сырьевых придатков (колоний). Условием формирования мирового хозяйства был мировой рынок, образование которого особенно интенсивно проходило с середины XIX в., когда развитие массового машинного производства привело к перерастанию мирового рынка в мировую экономику. Наряду с обменом товарами большое развитие получили международные производственные связи, стимулируемые международной миграцией капитала. Сложившееся мировое хозяйство с установившимся международным разделением труда было подорвано в годы Первой мировой войны, что привело к переформированию мировой экономики. Основная роль в ней перешла от Англии к США, восстановление большей части Центральной и Восточной Европы потребовало колоссальных вложений, большая часть которых досталась Германии, поскольку только она имела достаточно развитую промышленную и финансовую инфраструктуру и могла окупить вложенные средства. Малые государства Восточной и Юго-Восточной Европы могли предложить на мировой рынок лишь аграрную продукцию и сырье.

Развитие мировой экономики в 1918 — 1939гг. отражало борение двух основных тенденций. Одна из них — это идущая с XIX в. традиция либерального экономического режима, вторая — сложившаяся в годы Первой мировой войны государственно регулируемая экономика. С окончанием войны эта казавшаяся случайностью экономическая политика была отброшена. Среди великих держав превалировало стремление возродить экономический режим довоенного периода, и в 20-е гг. казалось, что это в основном удалось. Лишь кризис 1929 — 1933 гг. окончательно развеял эти надежды. С целью преодоления кризиса все великие державы в большей или меньшей степени использовали государственное вмешательство в экономику. Тем самым окончательно сложилась тенденция, направленная на создание планомерно развивающейся современной системы регулируемой рыночной экономики, основанной на передовой технологии и рационализации производства, на усилении регулирующей роли государства.

Развитие мировой экономики в межвоенные годы четко распадается на два больших этапа: 20-е и 30-с годы, которые разделяются мировым кризисом 1929 — 1933 гг. В свою очередь каждый из этих этапов делится на два периода. Для 20-х гг. это 1918 — 1923 гг., включающие послевоенный бум и экономический спад — своего рода период адаптации экономики к мирному периоду, и 1924 — 1929гг. — период завершения послевоенного восстановления и роста национальных и мировой экономик. Англо-американское экономическое соперничество, в ходе которого США всё \20\ сильнее наступали на экономические позиции Англии, пронизывает все 20-е годы. Вслед за интенсивной американской финансовой экспансией и другие великие державы во второй половине 20-х гг. расширили экспорт капитала, что привело к увеличению частных долгосрочных инвестиций с 41,6 млрд долларов в 1913 — 1914 гг. до 47,5 млрд долларов в 1929 — 1930 гг. Соответственно и объем мировой торговли, сократившийся с 64,8 млрд долла ров в 1913 г. до 51,8 млрд долларов в 1920 г., возрос до 83,9 млрд долларов в 1929 г.{16}

Переместив экономический центр мира с европейского на американский берег Атлантического океана. Первая мировая война кардинально изменила систему мирового хозяйства. Наибольший выигрыш от войны получили США{17}, увеличившие свое национальное богатство на 40%, что сделало их потенциально господствуюшей силой в мире. Преодолев послевоенный экономический спад 1920 — 1923 гг., американская экономика стала уверенно набирать темп. До 1929г. объем промышленного производства возрос на 26%, составив 43,3% мировой промышленной продукции. Используя свою экономическую мощь, США стремились распространить на весь мир доктрину Монро, создав под своей эгидой на основе соглашения с другими промышленными странами экономическую империю “открытых дверей и равных возможностей”, которая рассматривалась в качестве панацеи от революции, что должно было сделать ее более привлекательной для будущих партнеров. Тем самым американское руководство пыталось экономическими сред ствами перевести потенциально господствующее положение США на мировой арене в реальное влияние.

Для ограничения экономических возможностей конкурентов США использовали вопрос о военных долгах европейских союзников, получивших кредитов на 10,6 млрд долларов, большая часть которых приходилась на Англию, Францию и Италию. Естественно, что все призывы Парижа и Лондона об аннулировании этих долгов вызывали резкий отпор Вашингтона. В 1923 гг. Англия, а в 1926 г. и Франция были вынуждены подписать с США соглашения об уплате долгов, которые были наиболее жесткими по содержащимся в них условиях. В то же время Италия, чей долг составлял 2015 млн долларов, должна была выплатить всего около 20% общей суммы из расчета 0,4% годовых. Тем самым проблема военных долгов стала экономическим рычагом подавления конкурентов. Добиваясь экономического внедрения в Европу, США в условиях послевоенного экономического хаоса предприняли целенаправленную финансовую интервенцию и успешно использовали проблему германских репараций. Принятие плана Дауэса (1924 г.) и широкие инвестиции в германскую эк ономику позволили США занять прочное место в центре Европы, а заодно создать экономический и политический противовес влиянию Франции и Англии. \21\

Американская экономика, переживавшая во второй половине 20-х гг. экономический бум, была кровно заинтересована в расширении экспорта и мировой торговли в целом. К концу 20-х гг. США удалось значительно потеснить Англию на мировых рынках. Так, доля американского экспорта в Японии возросла с 16,8% в 1914 г. до 30% в 1927 г., а доля Англии сократилась соответственно с 16,8% до 7%. В Китае доля американского экспорта возросла с 6% в 1913 г. до 16.4% в 1926 г., а английского снизилась с 16,3% до 10,2%. В Латинской Америке американский экспорт возрос с 24% в 1913 г. до 38% в 1927 г., а английский сократился соответственно с 25% до 16%. Кроме того, США значительно расширили экономическое проникновение в Британскую империю, и к 1929 г. американский экспорт в Канаду вырос до 68,6% по сравнению с 15% английского. В течение всех 20-х гг. США уверенно наступали на английские позиции в мировой экономике.

После Первой мировой войны Англия{18} утратила роль мирового экономического и финансового центра, из кредитора превратилась в должника США. Внутри Британской империи ощутимо возросла экономическая роль доминионов. Окончание войны стимулировало экономический бум за счет перехода на выпуск гражданской продукции. Однако уже к концу 1920 г. в английской экономике наметился спад, а в 1921 — 1923 гг. она существовала в условиях кризиса. Стабилизируя финансовую систему и стремясь возродить веру в устойчивость фунта стерлингов, Англия была вынуждена согласиться на жесткие условия выплаты военного долга США. К 1925 г. Англии удалось восстановить “золотой стандарт”, что позволило сбалансировать бюджет, но привело к сокращению социальных программ и снизило конкурентоспособность английского экспорта. К 1928 г. мировая торговля превысила уровень 1913 г. на 24%, в то время как внешняя торговля Англии была все еще на 20% ниже довоенного уровня. Соответственно и доля Англии в мировом экспорте сократилась с 12,9% в 1924 г. до 10,9% в 1929 г., поскольку ее товары вытеснялись более дешевыми американскими. 20-е гг. были для английской экономики периодом затяжной стагнации, что объяснялось ее устаревшей структурой. Лишь в 1929 г. был достигнут довоенный уровень промышленного производства.

Франции{19} удалось завершить восстановительный период к середине 20-х гг., использовав германские репарации. Восстановление северо-восточных департаментов страны стимулировало экономический бум, а на его основе происходила индустриализация промышленности, ее техническое обновление. Достигнув в 1924 г. довоенного уровня, французская экономика к 1930 г. превысила его на 40%. Однако доля Франции в мировом промышленном производстве снизилась с 7,2% в 1913 г. до 7% в 1928 г. Постоянное обесценивание франка до 1926 г. способствовало расширению внешней торговли, объем которой возрос с 14,9 млрд \22\ франков в 1912 г. до 18 млрд франков в 1929 г. В 1926 — 1929 гг. Франция, имела бездефицитный бюджет, стабильную валюту, ввела в в 1928 г. “золотой стандарт”. Вместе с тем французская экономика характеризовалась относительно низким техническим уровнем промышленности, невысокой производительностью труда и степенью концентрации производст ва. Попытки расширить экономическое сотрудничество с Германией во второй половине 20-гг. натолкнулись на ряд экономических и политических препятствий и окончились безрезультатно. В итоге, хотя промышленное производство во Франции возросло с 1920 г. до 1929 г. на 77%, её экономика значительно отставала от экономики США, Англии и Германии.

Потерпев поражение в Первой мировой воине, Германия{20}оказалась в состоянии экономического краха. Территориальные потери, передача материальных ресурсов победителям в счет репараций, политическая нестабильность вели к постоянному спаду промышленного производства. Доля Германии в мировом экспорте упала с 13% в 1913 г. до 5,8% в 1924 г. Правда, в условиях инфляции и финансовой реформы начала 20-х гг. Германии удалось освободиться от 154 млрд внутреннего долга. Отсутствие механизма уплаты репараций вело к постоянным кризисам, которые под давлением Франции решались силой. Урегулирование проблемы репараций в плане Дауэса (1924г.) позволило Германии получить необходимые инвестиции и на их основе модернизировать промышленность. К 1929 г. доля Германии в мировом экспорте возросла до 9,8%. Однако, связанная репарациями и процентами по займам, германская экономика была обречена на незначительную долю накоплений. До конца 20-х гг. Германии удавалось совмещ ать репарации, социальные выплаты и приемлемый уровень налогов, однако это равновесие было шатким из-за отсутствия финансовых резервов.

Экономическое положение Италии{21}, которая практически сразу же после окончания войны оказалась охваченной кризиcом 1919-1923 гг., было сложным. Лишь в середине 20-х гг. экономика Италии вошла в полосу подъема, чему способствовала стабилизация лиры в 1926 г. при помощи американских займов и значительные льготы по условиям выплаты военного долга США. В целом объём промышленного производства Италии возрос за 1924-1929 гг. на 19%, а ее доля в мировой промышленной продукции увеличилась с 2,7% в 1913 г. до 3,3%. В 30-е гг. на развитии экономики Италии сказывалось ограниченность сырьевых запасов страна, что делало ее зависимой от импорта. Для экономики характерен длительный застой, сменившийся военной конъюнктурой. Прирост промышленного производства за 1929 — 1938 гг. составил лишь 10%, а удельный вес Италии в общем объеме мировой продукции обрабатывающей промышленности в 30-е гг. несколько сократился. \23\

Япония{22} довольно успешно использовала Первую мировую войну для своего экономического развития, увеличив на 25% свое национальное богатство. Ослабление конкуренции великих держав на Дальнем Востоке позволило японской промышленности развиваться за счет экспорта, но восстановление довоенной ситуации привело к спаду вследствие узости внутреннего рынка. В 1920 — 1923 гг. японская экономика переживала кризис, осложненный землетрясением в районе Токио. Вторая половина 20-х гг. характеризовалась умеренным промышленным подъемом, сдерживавшимся узкой сырьевой базой Японки. Объем внешней торговли вырос незначительно, с 1,9 млрд иен в 1920г. до 2,1 млрд иен в 1929г. В целом японская экономика была еще недостаточно развита. Хотя объем промышленного производства и возрос за 1924 — 1930гг. на 28%, в 1930 г. легкая промышленность давала 61,8% продукции, а удельный вес Японии в мировом производстве составил 2,5%.

Перед советским руководством{23} после окончания Гражданской войны стояла насущная задача восстановления экономики и нормализации жизни в стране. Снятие экономической блокады в январе 1920г. позволило начать экономические контакты с европейскими странами, но они так и не стали прочными, поскольку на их развитии сказывалась политическая конъюнктура. Невозможность получения инвестиций на Западе без уплаты дореволюционных долгов вынудила советское руководство принять идею экономической автаркии с опорой на собственные силы. Провозглашенная в 1921 г. новая экономическая политика позволила восстановить экономику, но поставила ряд трудноразрешимых проблем: Центральной из них была проблема баланса государственного и частного секторов экономики, который так и не был найден. Применение принципов нэпа было достаточно избирательным, порождая проблему степени государственного управления экономикой. Сформировавшийся рынок в силу вышеуказанных причин оставался неразвитым и деформированным, сохраняя высокий уровень монополизации. Сохранение высокого уровня дефицитности товарного рынка порождало периодические кризисы в 1923, 1925, 1927 — 1928 гг., урегулирование которых неэкономическими средствами из-за стремления сохранить политическую стабильность подрывали развитие рынка. Будучи компромиссом, нэп не мог не кончиться кризисом, но позволил нормализовать экономическое положение в стране после Гражданской войны. В целом восстановление промышленности затянулось до 1928 г. СССР за счет экспорта сырья импортировал промышленное оборудование. Ставка на иностранные концессии как на проводников новейших технологий в целом не оправдалась, хотя и позволила получить некоторые выгоды.

"Военная тревога" 1927 г. обнажила ряд внутренних противоречий советского общества, показав, что значительная часть населения не поддерживает власть, паника обострила дефицит и привела к срыву хлебозаготовок. Советское руководство убедилось, \24\ что имеющаяся оборонная промышленность и армия не позволяют вести масштабные военные операции. Соответственно начался период планомерной подготовки экономики и армии к войне, которая была, по мнению советского руководства, неизбежна. Но развитие ВПК и армии требовало решения крестьянского вопроса и достижения морально-политического единства общества. Низкая товарность сельского хозяйства стимулировала необходимость государственного контроля за хлебным рынком, который был практически монополизирован им к 1926 — 1927 гг. Экономическая отсталость, характерная для дореволюционной России, не только не была устранена в 20-е гг., но, наоборот, усугублялась, что ставило под угрозу выполнение задачи возвращения СССР в к луб великих держав. Перед советским руководством стояла дилемма: либо страна вновь станет великой державой и усилит свое влияние в мире, для чего требуется коренная модернизация экономики, либо ей придется довольствоваться ролью региональной державы с перспективой дальнейшего ослабления своего влияния. Стремление быстро поднять экономический уровень страны вело к подготовке экономического скачка, который должен был завершить начатое в конце XIX в. создание индустриальной структуры экономики.

Проблема финансирования модернизации усугублялась отсутствием свободных капиталов, что требовало от СССР получения средств из-за границы или изыскания их внутри страны. Интеграция в капиталистическую экономику была для советского руководства совершенно неприемлема, поскольку ставила проблему сохранения командных высот в экономике, а тем самым и власти в стране. Оставался лишь один путь — опора на внутренние средства, что вело к усилению традиционного вмешательства государства в экономику, которое было единственной силой, способной осуществить аккумуляцию финансовых средств и их использование для модернизации промышленности. Убедившись на рубеже 20 — 30-х гг., что в международном плане у СССР нет серьезных проблем, советское руководство решилось на скачок. Кризис хлебозаготовок 1927 — 1928 гг., совпавший с подготовкой экономического скачка, обнажил проблему взаимосвязи дальнейшего развития сельского хозяйства при сохранении нэповских принципов и индустриализации. Осуществлен ие форсированной индустриализации зависело от стабильного снабжения населения продовольствием, что требовало государственной монополии не только на хлебном рынке, как оказалось — явно недостаточной, но и во всем сельском хозяйстве. Эту проблему была призвана решить начавшаяся в 1929г. коллективизация, которая резко подняла товарность сельского хозяйства за счет снижения жизненного уровня в деревне.

В ходе начавшейся одновременно первой пятилетки дефицит финансовых средств стимулировал сокращение непроизводственных расходов, внеэкономическое принуждение и ударничество, \25\ которое должно было позволить преодолеть первую фазу индустриализации. В этих условиях советское руководство сделало ставку на форсированное развитие передовых отраслей тяжелой промышленности, которые могли стать базой для индустриализации других отраслей экономики. Мировой экономический кризис 1929 — 1933 гг. умело использовался СССР для закупок техники и технологий за рубежом. В годы первой пятилетки около 95% советских промышленных предприятий получили западную помощь в форме техники, технологии или технической помощи. Сотрудничество с западными фирмами и использование дешевого труда советского населения позволили заложить основу современной тяжелой промышленности. Одновременно в сельском хозяйстве нарастал кризис, который привел в 1932 — 1933 гг. к голоду в деревне. Экстенси вное развитие в период создания основ современной индустрии в годы первой пятилетки сменилось во второй пятилетке более планомерным промышленным строительством, интенсивным освоением производственных мощностей и наращиванием производства. Одновременно ускоренным темпом развивался советский ВПК, общий прирост производства которого возрос за 1933-1937 гг. на 286% по сравнению с общим промышленным приростом на 120%.

Между 1928 и 1940гг. СССР был радикально преобразован и стал могущественной военно-экономической великой державой, была создана современная тяжелая промышленность, заложены новые экономические центры. Создание современной промышленности позволило несколько повысить жизненный уровень населения и сократить закупки техники за границей. Теперь закупались лишь новейшие образцы техники и технологии, что привело к сокращению внешнеторгового оборота страны. Если в 1913 г. доля России в мировой торговле составляла 3,9%, то в 1929 г. на СССР приходилось всего 1,3%, в 1936 г. 1,24% и в 1938 г. 1,1%. Тем самым значительно сократилось использование страной международного разделения труда. Страна достигла высокого уровня экономической автаркии, что позволяло, наряду со стабильностью политического режима, целенаправленно готовиться к борьбе за усиление советского влияния в мире. "Единство нации укреплялось перед войной всеми возможными (и невозможными) средствами и было сильно, как никогд а, в то время как весь мир, введенный в заблуждение чистками и репрессиями 1936 — 1938 гг., полагал, что СССР стоит на пороге краха. Только 22 июня 1941 года, когда Гитлер напал на Россию, миру открылась подлинная мощь этой страны"{24}.

Мировой кризис 1929 — 1933 гг. нанес тяжелый удар по мировой экономике. Мировое промышленное производство снизилось на 37%, сократилась емкость мирового рынка. Финансовый кризис привел к резкому сокращению экспорта капитала, который упал с 2,8 млрд долларов в 1928 г. до 344 млн долларов в 1932 г. и \26\ до 311 млн долларов в 1936 г. В индексном выражении экспорт капитала сократился со 100 в 1925 — 1928 гг. до 12 в 1932 г. и 10 в 1934 г. Соответственно сократилась и общая сумма частных долгосрочных инвестиций с 47,5 млрд долларов в 1929 — 1930гг. до 31,1 млрд долларов в 1938 г. Оказалась разрушенной кредитная сфера: в период кризиса 25 стран прекратили платежи на общую сумму 6,3 млрд долларов. Мировой валютный кризис привел к краху системы "золотого стандарта" и образованию валютных блоков, что явилось попыткой защититься от девальвации валют. Стремление ведущих стран оградить свою экономику высокими таможенными барьерами в совокупности с вышепере численными проблемами вело к росту автаркических тенденций и формированию торговых блоков, что стимулировало атомизацию мирового рынка, усиливало двустороннюю торговлю в ущерб многосторонней. Стремление великих держав преодолеть кризис и его последствия на путях расширения экспорта усиливало рост конкуренции, государственную поддержку экспортеров и протекционизм. В результате относительно единая мировая экономика 20-х гг. оказалась в кризисе и стала распадаться на локальные экономические системы, подрывая мировую стабильность{25}.

Кризис в наибольшей мере ударил по американской экономике{26}. Пытаясь преодолеть кризис, американское руководство ввело в 1930г. высокие таможенные пошлины на импорт, вызвав ответные меры, что ударило по американскому экспорту. В условиям валютного кризиса большая часть американских инвестиций в Европе, Канаде и Австралии обесценилась, а отмена долговых платежей с 1932 — 1933 гг. еще больше сократила заграничные инвестиции. Пытаясь надавить на отказавшихся от уплаты должников, США в 1934 г. приняли закон об отказе в кредитах этим странам, что еще больше ограничило возможности экспорта капиталов. В итоге объем внешней торговли сократился в 3,1 раза, а доля США в мировой торговле снизилась с 13,8% в 1929 г. до 10,8% в 1932 г. В течение 30-х гг. США использовали все способы для преодоления зарубежных таможенных барьеров. К 1937 г. им удалось несколько увеличить свою долю в мировой торговле до 11,7%, но уже в 1938 г. она вновь сократилась до 10,7%. В 30-е гг. сокращение объема внешней торговли США было более значительным, чем Англии.

Таблица 1. Индекс внешней торговли{27}

1929 1932 1937 1938
США 100 30,5 39.2 31.1
Англия 100 39,6 48,1 42,8


Одним из наиболее заманчивых для США рынков являлась Британская империя, ставшая в 20-е гг. объектом американского экономического проникновения. Однако кризис 1929 — 1933 гг. изменил ситуацию. Англия создала имперскую систему преференций. \27\

Соответственно в индексном выражении американский экспорт в империю сократился со 100 в 1929 г. до 26 в 1932 г и вырос лишь до 66,9 в 1937 г. В то же время для Англии сокращение экспорта в империю было менее значительным: со 100 в 1929 г. до 50,9 в 1932 г. и 76,9 в 1937 г. Частные американские инвестиции в империи сократились с 5 164,3 млн долларов в 1930 г. до 4165,8 млн долларов в 1938 г., а английские возросли со 2187 млн фунтов стерлингов до 2318 млн фунтов стерлингов (почти 11 590 млн долларов). Местом англо-американского торгового соперничества оставалась и Латинская Америка. В годы кризиса Англии удалось улучшить там свои позиции. Ее удельный вес во внешней торговле 20 латиноамериканских стран возрос. В 30-е гг. торговым конкурентом США стала и Германия. С 1929 г. до 1938 г. американский экспорт в Германию сократился с 401 млн долларов до 104 млн долларов, США были вытеснены с рынков Юго-Восточной Европы.

Таблица 2. Доля стран во внешней торговле Латинской Америки (%){28} 1929 1933 1938
Англия 16,7 36,4 9,4
США 20,1 29,3 9,2
Германия 14,2 33,3 14.1


Международная экономическая конференция 1933 г. в Лондоне провалилась из-за позиции США по таможенным тарифам и девальвации доллара. В рамках "нового курса" было введено государственное регулирование экономики, что позволило перевести кризис в стагнацию, продолжавшуюся до 1936г. и сменившуюся новым спадом в 1937 — 1938 гг. Несмотря на государственную поддержку, американская экономика развивалась в первой половине 30-х гг. очень низкими темпами. Лишь в 1937 г. промышленность США превзошла уровень 1929 г., но уже во второй половине года наметился новый спад. Восстановление промышленности шло в США медленнее, чем в Англии, соответственно сократилась их доля в мировом промышленном производстве. Уверенное наступление США на экономические позиции Англии, успешно продолжавшееся все 20-е гг., было прервано в условиях мирового кризиса начала 30-х гг.

Английская экономика{29} ощутила воздействие кризиса с начала 1930 г. Относительно неглубокий спад производства поставил Англию в более выгодные условия по сравнению с США. В 1931 г. Англия отказалась от "золотого стандарта" и девальвировала фунт стерлингов, что вызвало снижение цен на английский экспорт, сделав его более конкурентоспособным, нежели американский. Для борьбы с американской торговой конкуренцией в 1931 г. создается Стерлинговый блок, а с 1932 г. вводятся имперские преференции. Все это позволило Англии вновь занять первое место в мировой торговле, увеличив свою долю с 13,05% в 1929 г. до 13,24% в 1932 г.. тогда \28\ как доля США сократилась с 13,84% до 10,8%. В условиях валютного кризиса Англия смогла сохранить относительно высокие показатели в экспорте капиталов. Так, в 1932 — 1938 гг. США вывезли 191,2 млн долларов, а Англия 1 млрд долларов. Борьба девальвированных фунта стерлингов и доллара велась с переменны м успехом до 1936 г., когда США, Англия и Франция договорились о финансовой стабилизации на достигнутом уровне. За это время Англия значительно улучшила свои позиции.

Уже в 1934 г. английская промышленность смогла превзойти уровень докризисного 1929 г., и середина 30-х гг. стала для Англии периодом экономического подъема. Начавшиеся с 1934 г. перевооружение британских вооружениях сил и рост военных расходов стимулировали промышленное производство. Потеснив на мировых рынках американские товары, Англия столкнулась с новым конкурентом — Германией, экономическое соперничество с которой также приняло мировой характер. В 1937 г. удельный вес в мировом экспорте готовых изделий составлял для Англии — 20,8%, Германии — 20,8%. США — 18,2%. Японии — 6,7%. Благодаря более высоким темпам промышленного развития Германия к 1938 г. обогнала Англию по доле экспорта машин — 24% к 23% соответственно. К концу 30-х гг. изменилось положение Англии на европейских рынках. Германия стала преобладать на рынках стран Юго-Восточной Европы, которые в силу своего преимущественно аграрного развития оказались привязанными к германскому рынку промышленных изделий. Для Англии, связанной имперскими преференциями, развитие торговли с этими странами оказалось затруднено. Жесткое англо-германское торговое соперничество шло и в Латинской Америке. Экономическая экспансия Германии оживила традиционные англо-германские противоречия, которые Лондон стремился преодолеть на основе глобальной договоренности с Берлином.

Влияние кризиса, сказавшегося лишь в 1931 г., на экономику Франции{30} было, в отличие от других великих держав, более продолжительным. Затяжная стагнация, поразившая французскую экономику в 30-е гг., привела к падению доли Франции в мировом промышленном Производстве с 7% в 1928 г. до 5,1% в 1937 г. На протяжении большей части 30-х гг. промышленное производство во Франции находилось на уровне ниже довоенного 1913 г., что в условиях аграрного кризиса значительно повысило социальную конфликтность в обществе. В условиях кризиса Франция также ввела протекционистские тарифы. Внешняя торговля сократилась с 18 млрд франков в 1929 г. до 10,4 млрд франков в 1936 г. и лишь немного возросла в 1938 г. — до 14,1 млрд франков, за счет увеличения торговли с колониями. Соответственно доля Франции в мировой торговле также сократилась — с 7,7% в 1913 г. до 5,1% в 1937 г. В условиях девальвации доллара и фунта стерлингов франк также был девальвирован в 1936 г. Это спровоцировало резкий рост \29\ цен и привело к тому, что с 5 мая 1938 г. франк стал денежной единицей, привязанной к фунту стерлингов. На столь сложном состоянии экономики Франции сказалась узость сырьевой базы, падение объемов внешней торговли. Устарелое оборудование и узость внутреннего рынка вели к введению протекционизма, что ещё более сократило связь французской экономики с мировым рынком. Политические амбиции Франции после Первой мировой войны привели к трате значительных финансовых средств на иллюзорные цели, что способствовало подрыву денежной системы и росту государственного долга.

Мировой кризис 1929 — 1933 гг. очень сильно проявился в Германии{31}, что было связано с репарационными обязательствами и наличием в германской экономике слишком значительной доли иностранных инвестиций. Отзыв иностранных средств в период кризиса привел к краху финансового фундамента германской экономики. Экономический кризис в Германии привел к острому политическому кризису, выход из которого был найден в передаче власти НСДАП. Соответственно резко усилилось государственное вмешательство в экономику на основе стимулирования тяжелой промышленности и милитаризации. Инвестиции в легкую промышленность возросли с 1933 до 1935 г. лишь в 1,7 раза, тогда как в тяжелую — в 4 раза. Это быстро сказалось на развитии экономики, позволив Германии усилить экономическую экспансию на мировых рынках. Цель германской внешней торговли, также полностью контролировавшейся государством, состояла в обеспечении страны стратегическим сырьем. Во внешней торговле со странами Юго- Восточной Европы Германия широко использовала клиринг, что позволяло ей, имея пассивный торговый баланс, постоянно расширять импорт сырья и продовольствия с Балкан. К концу 30-х гг. Германия стала преобладающей силой на рынках Юго-Восточной Европы, вытеснив оттуда Англию и США. В 30-е гг. Германия успешно внедрялась и на рынках Латинской Америки, используя ту же клиринговую систему. В экспорте готовой продукции, особенно машин, Германии удалось внедриться и на рынки Британской империи, пользуясь относительной дешевизной своих товаров по сравнению с английскими.

Еще в 1929 — 1932 гг. Германия добилась снижения объема, а затем и полной отмены репараций. Однако к 28 февраля 1933г. внешняя задолженность Германии составляла 23,3 млрд марок. Германское руководство на основе соглашения с крупными кредиторами смогло реструктурировать свои долги. В течение 1934г. германский долг был сокращен на 97%, что только в этом году сэкономило Германии 1043 млн марок. Даже американские банки, которым Германия была должна 1788 млн долларов, согласились на уступки, поскольку только на размещении облигаций по планам Дауэса и Юнга они получили почти 13 млрд долларов. Тем более что Германия гарантировала выплаты по этим займам. \30\ Англия, которой Германия должна была на 30 сентября 1933 г. 132 млн фунтов стерлингов (1 718 млн марок), заключила соглашение о невостребовании кредитов, что подтолкнуло к подобному решению и малые страны Европы. Несмотря на германские махинации с выплатой долгов по планам Дауэса и Юнга, ни США, ни Англия не применяли санкций, опасаясь краха нацистского режима и большевизации Германии.

Став в 30-е гг. крупнейшим рынком сбыта сырья и военных материалов, Германия обеспечила себе относительно благоприятное положение в торговле с Англией и США, которые опасались, что ограничения на подобные операции могли бы привести к увеличению германского экспорта и усилить конкуренцию Тем более что к 1935 г. Германия стала крупнейшим импортером сырья и военных материалов из США и Англии. Реэкспорт стратегического сырья Англией в Германию давал ей значительные прибыли и одновременно ограничивал германское проникновение в Британскую империю. Соответственно доля сырья в германском импорте возросла с 53,6% в 1929 г. до 61,4% в 1935 г. Умело используя англо-американскую конкуренцию, Германия постоянно закупала в Англии и США новейшие военно-технологические разработки и лицензии на производство необходимых военных приборов. Гонка вооружений, все явственнее набиравшая темп во второй половине 30-х гг., стимулировала производство и приносила крупные прибыли международным картелям, которые активно использовались Германией для получения дополнительных финансовых средств в качестве премий за неиспользование экспортных квот, что было результатом милитаризации экономики.

Под прикрытием необходимости выплаты оставшихся долгов Германия постепенно расширяла экспортные операции. Англо-германская торговля осуществлялась на базе взаимных уступок, что привело к проникновению Германии на английский рынок. Доля Англии в экспорте Германии возросла с 7,4% в 1929г. до 9,5% в 1937 г. Платежное соглашение от 10 августа 1934 г. позволило Германии получать за свой экспорт в Англию фунты стерлингов, расплачиваясь с английскими партнерами с помощью специального счета в Рейхсбанке. Только от махинаций в торговле с Англией Германия за период с 1 октября 1934 г. до 31 марта 1939г. получила 55,5 млн фунтов стерлингов, из которых около 20 млн пошло на уплату долгов, а остальное — на развитие германской внешней торговли.

Государственное стимулирование очень скоро сказалось на темпах экономического развития Германии. Общий объем производства средств производства в Германии составил в 1938 г. 37,5 млрд марок, тогда как в Англии — 25,4 млрд марок, во Франции — 10,9 млрд марок. В 1939 г. на Германию приходилось 43% общего производства вооружения в Германии, США, Англии, СССР, Италии и Японии. Обеспеченность Германии продовольствием также \31\ возросла с 65% в 1927 г. до 83% в 1939 г. Удельный вес Германии в мировом промышленном производстве возрос с 8,3% в 1932 г. до 13,3% в 1939 г. (в границах 1937 г.) или 15% с оккупированными территориями. Соответственно Германия и экономически связанные с ней страны образовали третий торговый блок, основанный на клиринге и двусторонних финансовых отношениях. В 1938 г. Германия прочно заняла третье место в мировом внешнеторговом обороте, в котором на ее долю приходилось 9,4%. Попытки США и Англии сепаратно договориться с Германией о разд еле рынков и координации экономической политики не дали результатов, поскольку в условиях англо-американского соперничества германское руководство умело использовало его для достижения собственных целей.

Состояние японской экономики{32} к началу мирового кризиса характеризовалось преобладанием в ней отраслей легкой промышленности и сельскохозяйственного производства. 30-е гг. стали периодом индустриализации Японии и создания современной по тому времени промышленности, развитие которой опиралось на военную конъюнктуру и использование сырьевых ресурсов Китая. Уже в 1937 г. тяжелая промышленность дала 57,8% продукции промышленности. Оборот внешней торговли возрос с 2,3 млрд иен в 1931 г. до 7,1 млрд иен в 1940 г. В течение 30-х гг. в Японии значительно усилилось государственное регулирование экономики, завершившееся принятием в 1938 г. закона о контроле за промышленностью. Пытаясь решить проблему снабжения промышленности сырьем, японское руководство усилило контроль за валютными операциями и внешней торговлей, доля которой в мировой возросла с 2,9% в 1929г. до 3,7% в 1937г. Япония располагала довольно ограниченным финансовым рынком, поэтому было шир око распространено государственное финансирование экономики. Значительное влияние на экономическое развитие оказывала военная конъюнктура.

Американо-японские экономические связи способствовали модернизации японской промышленности и делали Японию одним из наиболее выгодных рынков для американских экспортеров на Дальнем Востоке. Кроме того, модернизация японской экономики вела к усилению японо-английской конкуренции в Азии, что также было выгодно США. Обитая архаичность общественных отношения в Японии способствовала извлечению высоких прибылей крупнейшими японскими промышленными группами и их американскими партнерами. В 30-е гг. Япония стала вытеснять английские изделия легкой промышленности с рынков Азии. Используя свое географическое и военное положение, Япония усилила проникновение капиталов в Китай. Если в 1931 г. доля Японии в иностранных инвестициях в Китае составляла 35,1%, уступая только Англии, то в 1937 г. она возросла до 41,8%. Однако, несмотря на значительные изменения, произошедшие в \32\ японской промышленности в 30-е гг., Японии не удалось существенно увеличить свою долю в мир овой продукции обрабатывающей промышленности.

Развитие мировой экономики в межвоенное двадцатилетие, как уже отмечалось, прошло два основных этапа? В 20-е гг. существовала в целом достаточно стабильная система мирового хозяйства, что способствовало сохранению послевоенного экономического статус-кво. Кризис 1929 — 1933 гг. изменил экономическую ситуацию. Единая мировая экономическая система оказалась расколотой на ряд локальных экономических систем, что привело к резкому усилению конкуренции великих держав. В 30-е гг. начался явный процесс перераспределения экономических ролей великих держав в мировой экономике и изменения экономической картины мира. США и Англия продолжали противоборство за первое место в экономической иерархии великих держав. Германия стала третьей мировой державой, значение Франции снизилось, а Италия в целом сохранила свои позиции. Новыми промышленными державами стали СССР и Япония. Если достигнутую к концу 30-х гг. производительность труда в Англии и Германии принять за единицу, то в США она была в полтора раза выше, во Франции ниже в полтора раза, в Италии — в два, в СССР — в три, в Японии — в шесть{33}.

Англо-американское экономическое соперничество стало настолько привычным за 20-е гг., что экономическое усиление Германии поначалу не воспринималось сторонами как серьезная угроза. Не случайно и Англия, и США способствовали развитию экономики Германии, надеясь использовать ее для давления на соперника. Используя англо-американские противоречия, Германия смогла не только значительно усилить свою экономику, но и проводить самостоятельную политику. В результате сформировалась система тройственного экономического соперничества Англии, США и Германии, что позволяло всем его участникам играть на противоречиях соперников. Правда, положение трех экономически ведущих великих держав было различным. Так, экономика США при всех сложностях затяжной депрессии все-таки обладала значительными потенциальными резервами и была заинтересована в консолидации мировой экономики, где она могла бы играть ключевую роль. Экономика Англии смогла преодолеть последствия кризиса на пути усиления экономич еского обособления Британской империи, но обладала ограниченными ресурсами для сохранения своего экономического положения в рамках открытой мировой экономики. Германия, сумевшая благодаря жесткому государственному контролю мобилизовать свою экономику и стать третьей экономической державой мира, вообще не обладала существенными ресурсами для долговременной экономической борьбы. Поэтому экономическая экспансия Германии сопровождалась использованием скрытой, а позднее и открытой военно-политической угрозы. \33\

Англия стремилась не только использовать германо-американскую конкуренцию в своих интересах, но и добиться всеобъемлющего урегулирования отношений с Берлином, создав своего рода европейский политико-экономический блок, направленный против США и СССР. В середине 30-х гг. США также осознали необходимость определенной договоренности с Германией. В конце 1936 г. Вашингтон предложил создать европейский консорциум для эксплуатации бассейна реки Конго и предоставить средства для стабилизации экономики Германии, которая в ответ прекратила бы политику вооружения и автаркии. В результате осуществления этого плана международная торговля получила бы существенный толчок, США смогли бы усилить свою экономическую экспансию в Европе и Африке. Естественно, Англия всячески способствовала срыву этого плана и с начала 1937 г. усилила политику умиротворения Германии, надеясь достигнуть с ней собственного экономического соглашения. В 1937 г. США предложили провести конференцию для выработки мер по обеспечению равного доступа к сырьевым ресурсам в духе политики "открытых дверей", что конечно же вызвало негативную реакцию Англии, являвшееся собственником значительной части этих ресурсов. В ответ США и Германия провели в ноябре 1937 г. переговоры в Сан-Франциско о разделе мировых рынков, но в условиях экономического спада в США и более чем щедрых английских предложений в отношений пересмотра границ в Европе Германия уклонилась от каких-либо конкретных договоренностей{34}.

Стремясь использовать Германию против США, Англия вовсе не собиралась ухудшать свои отношения с Вашингтоном, осознавая необходимость противовеса Берлину, который всеми способами оттягивал заключение соглашения с Лондоном. Продолжая добиваться договоренности с Германией, Англия 17 ноября 1938 г. заключила с США торговый договор, предоставив им режим наибольшего благоприятствования, что приоткрыло для американской экономики дверь в Британскую империю. Однако контакты с Германией не прерывались, и 14 — 16 марта 1939г. в Дюссельдорфе было заключено англо-германское картельное соглашение, которое давало возможность изменить картельную структуру мира в пользу англо-германских монополий, а отказ США присоединится к нему мог вызвать совместные ответные действия Англии и Германии. 11 марта 1939г. Франция также предложила Германии заключить обширное экономическое соглашение. Все это не могло не вызвать бурного недовольства в США, которые в условиях угрозы экономической консолидации Е вропы с облегчением восприняли начавшийся предвоенный политический кризис, означавший подрыв этой опасной для них тенденции, что способствовало сохранению раскола Европы и возникновению войны{35}.

Прочие великие державы не имели возможности вступить в глобальную экономическую борьбу, но зачастую становились \34\ конкурентами ведущих экономических держав на региональном уровне. Япония довольно успешно играла эту роль на Дальнем Востоке, Италия на Балканах и в Восточной Африке, Франция в Европе и собственных колониях. Лишь СССР не участвовал в этой экономической борьбе, хотя и использовал свои внешнеторговые связи для усиления своего влияния. Распад мировой экономики на локальные экономические системы не только обострил взаимную конкуренцию великих держав, но и способствовал усилению гонки вооружений, которая рассматривалась в качестве средства стимулирования экономического подъема. В 1938 г. военные расходы Германии, Италии и Японии составляли 1905 млн фунтов стерлингов, Англии, Франции и США — 829 млн фунтов, СССР — 924 млн фунтов стерлингов{36}. Понятно, что милитаризация экономик Германии и СССР и развитие японской экономик и в условиях военной конъюнктуры оказало определяющее влияние на их структуру. Не располагая возможностями для экономического противоборства на мировой арене, эти страны целенаправленно создавали военно-промышленный комплекс, готовясь к войне, что отражало их экономическую слабость, вынуждая ставить на первое место подготовку к деятельности в период военного времени, когда сама война рассматривается как необходимое условие для изменения своего места в мире.

Таблица 3. Военные расходы великих держав Европы (млн $){37} Год Германия Англия Франция Италия Всего
1932 253.5 (17,3%) 426,1 (29,2%) 509,2 (34,9%) 270,6 (18,6%) 1 459,4 (100%)
1936 3 600,0 (58.1%) 846,9 (13,7%) 834,4 (13,4%) 916,1 (14,8%) 6 197,4 (100%)
1939 4 500,1 (50,1%) 1 817,0 (20,2%) 1 800,2 (20%) 873,4 (9,7%) 8 990,7 (100%)


Экономическое соперничество в треугольнике Англия-США-Германия наложилось на политическое противоборство великих держав на международной арене, что привело к взаимному стимулированию тех и других противоречий.

Версальско-Вашингтонская система представляла собой определенную форму политической организации международных отношений после войны 1914 — 1918 гг. и была закреплена в договорах и соглашениях 1919 — 1922гг. Как обычно, основой системы международных отношений, \35\ важнейшим внутренним фактором ее развития являлся баланс сил, понимаемый как конкретно-историческое соотношение удельного веса и влияния входящих в систему государств, и в первую очередь великих держав, которые по сути являлись основными системообразующими элементами. Конечно, средние и малые государства также влияли на общий баланс сил в системе международных отношений, но преимущественно на региональном уровне. Существование любой, в том числе и Версальско-Вашингтонской, системы продолжается до тех пор, пока закрепленное в ней соотношение (баланс) сил между отдельными странами соответствует реалиям процесса исторического развития государств. Определенная устойчивость, присущая системе междун ародных отношений, зависит от степени ее равновесности, являющейся частным случаем баланса сил, при котором он соответствует как минимум балансу главных интересов великих держав{38}.

Однако в силу внутреннего развития великих держав "интересы одной или нескольких стран начинают выходить за рамки сложившегося баланса сил, в результате чего стабильность системы нарушается. В случае, если не удается модифицировать систему и прийти к новому консенсусу, система разрушается. Переход от одной системы к другой, как правило, сопровождается войнами. Взаимоотношения государств внутри системы международных отношений определяются в первую очередь их отношением к существующему балансу. Некоторые стремятся к его закреплению, другие к трансформации, третьи — к разрушению. В зависимости от этого государства и строят свои отношения друг с другом как союзники, партнеры или же как противники. Страны, стремящиеся к поддержанию равновесности системы, называют государствами-балансирами. Они выступают гарантами сохранения системы международных отношений, ее адаптации к новым историческим реалиям"{39}.

Оформление нового мирового порядка в Европе после Первой мировой войны было осложнено революцией в России и хаосом в Восточной Европе. Выработкой Версальского договора занимались только победители, которые зачастую преследовали различные цели. Для Франции основное значение имело максимальное ослабление Германии, что позволяло закрепить французскую гегемонию в Европе и обезопасить ее восточные границы. Англия и США были более заинтересованы в сохранении европейского равновесия. Для этого требовалось в большей степени учитывать интересы Германии, которую в условиях распада Австро-Венгрии, революции в России, общего национально-революционного подъема и действенной большевистской пропаганды можно было использовать в качестве стабилизирующего фактора в Центральной и Восточной Европе. В итоге версальские договоренности были компромиссом между этими крайними позициями за счет побежденных, что предопределило революционный подъем в Венгрии, становление массовых коммунистических парт ий и реваншистский вектор внешней политики Германии. Англия и Франция пытались использовать новые государства, возникшие в Европе, как против большевистской революции, так и против германского реваншизма. Однако роль союзников Лондона и Парижа никогда не была слишком высока и имела тенденцию к снижению. \36\

Гарантией прочности Версальской системы могла бы стать согласованная позиция Англии, Франции и США. Однако США по ряду причин самоустранились от политических проблем Европы, а Англия и Франция по-разному видели перспективу европейского равновесия. Германия, ставшая объектом Версальского договора, и СССР, вообще находившийся вне рамок новой системы международных отношений, вполне естественно стали ее противниками. Тем самым Версальская система оставалась неравновесной и неуниверсальной, а ее относительно высокая степень конфликтности, несмотря на широкую пропаганду пацифизма, предопределялась сохранением деления политической карты Европы на победителей и побежденных.

Урегулирование международных отношений в Азиатско-Тихоокеанском регионе проходило в более спокойной обстановке. В ходе конференции в Вашингтоне (12 ноября 1921 г. — 6 февраля 1922 г.) было установлено новое соотношение сил на Дальнем Востоке, в основе которого лежало партнерство великих держав на базе консенсуса по военно-морским проблемам, взаимных гарантий региональных интересов и общих принципов политики в Китае. Равновесность системы закреплялась новой ролью Японии, которая хотя и была вынуждена отказаться от союза с Англией и ограничить свои притязания в Китае и России, но получила гарантии военно-морской безопасности. Таким образом, Япония оказалась в роли основного гаранта Вашингтонской системы международных отношений. Однако гарантами от японского экспансионизма могли быть только дальневосточные державы в сотрудничестве с США и Англией, но они (СССР и Китай) были либо исключены из системы международных отношений, либо являлись ее объектом. Поэтому, будучи более равн овесной системой, нежели Версальская, она оставалась неуниверсальной, поскольку исключила из своих субъектов СССР и Китай.

В рамках Версальско-Вашингтонской системы международных отношений все великие державы преследовали собственные цели, колеблющиеся в диапазоне от полного изменения мирового порядка до его значительной трансформации.

Основной целью Англии было сохранение роли политического центра мира и верховного арбитра в европейских делах, что требовало прежде всего восстановления в Европе "баланса сил". Европейское равновесие при косвенном британском контроле позволило бы Англии более активно противостоять двум основным угрозам ее положению в мире, исходившим от СССР и США. Создание "баланса сил" в Европе требовало от Англии ослабления преобладающего влияния Франции за счет усиления позиций Германии, что вело к уступкам Берлину. К консолидации Европы Англию также подталкивали центробежные тенденции, все явственнее ощущавшиеся в Британской империи. Сохранение положения Англии в мире в условиях изменения соотношения сил великих держав требовало \37\ контроля за процессом модернизации Версальско-Вашингтонской системы. Отражением этой политики стало "умиротворение", сводившееся к ревизии существующего мирового порядка под контролем Англии. К концу 30-х гг. к двум уже традиционным уг розам английским интересам со стороны СССР и США добавилась угроза со стороны Германии, что поставило Англию перед проблемой выбора будущего партнера и цены сближения с ним.

Основной целью Франции было сохранение завоеванных позиций на основе создания общеевропейской системы безопасности, что встречало сопротивление остальных великих держав. Уступки Франции в вопросе о репарациях и равенстве прав Германии в вооружениях (1932 г.) и подписание Пакта четырех (1933 г.) вели к ослаблению ее влияния в Европе. Переговоры о Восточном пакте с целью создания общеевропейской системы безопасности натолкнулось на нежелание других великих держав и ряда французских союзников сотрудничать с СССР. В этих условиях договор с СССР стал для французского руководства средством давления на Англию и Германию. Кризис 1935 — 1938 гг. еще больше ослабил позиции Франции в Европе и привязал ее внешнюю политику к позиции Англии, рассматривавшейся в качестве естественного союзника против Германии.

В течение 20-х гг. Италия продолжала внешнеполитическую традицию союза с Англией для усиления своего влияния на Балканах. Но реальное усиление позиций Италии в Восточном Средиземноморье привело с 1928 г. к охлаждению итало-английских отношений. В 30-е гг. усиление Германии увеличивало заинтересованность Англии и Франции в сотрудничестве с Италией, что позволило последней добиться от них ряда уступок в Африке. В ходе кризиса 1935 — 1938 гг. Италия начала сближение с Германией, положив в основу своей внешней политики балансирование между Германией, Англией и Францией для расширения влияния в Средиземноморье, что было вполне совместимо с трансформацией существующей системы международных отношений.

Основной внешнеполитической целью Японии было расширение зоны влияния на Дальнем Востоке. В условиях гражданской войны в Китае, активного советского проникновения в Синь-цзян, Монголию и Северную Маньчжурию, советско-китайского конфликта и англо-американского соперничества Япония сделала ставку на военно-политическое решение дальневосточных проблем. Использование межимпериалистических противоречий в регионе, антибольшевистская и антиколониальная пропаганда, обретение союзников в Европе позволили Японии проводить экспансионистский курс и сохранять приемлемые отношения с прочими участниками борьбы за влияние в регионе. В целом японское стремление к усилению своего влияния ограничивалось Дальним Востоком и было вполне совместимо с трансформацией существующей системы международных отношений. \38\

Для Германии основной внешнеполитической целью была ревизия Версальского договора, а в перспективе и глобальное изменение существующей системы международных отношений. Используя противоречия между остальными великими державами, Германии удалось к концу 1932 г. устранить наиболее тяжелые последствия поражения в Первой мировой войне. Новое германское руководство успешно продолжило эту политическую линию, взяв на вооружение "политику свершившегося факта". Кризис 1935 — 1938 гг. усилил позиции Германии, которая нашла союзников и новые возможности для давления на Англию и Францию. Используя политику "умиротворения", свои достижения в экономике, военном строительстве, идеи антибольшевизма, пацифизма и национализма, Германия смогла с начала 1938 г. перейти к ревизии территориальных установлении Версальского договора. В итоге к концу 30-х гг. Германия значительно увеличила свой военно-экономический потенциал и влияние на международной арене.

В годы революции и Гражданской войны Советский Союз утратил завоеванные Российской империей позиции на международной арене и территории в Восточной Европе. По уровню своего влияния в Европе страна оказалась отброшенной на 200 лет в прошлое. Не случайно советское руководство взяло на вооружение концепцию "мировой революции", совмещавшую новую идеологию и традиционные задачи внешней политики по усилению влияния страны в мире. Стратегической целью внешней политики страны стало глобальное переустройство системы международных отношений, что делало основными противниками Англию, Францию и их союзников. Сделав ставку на неизбежность возникновения нового межимпериалистического конфликта, СССР стремился не допустить консолидации великих держав, справедливо воспринимая это как главную угрозу своим интересам. Советское руководство умело использовало официальные дипломатические каналы, нелегальные возможности Коминтерна, социальную пропаганду, пацифистские идеи, антифашизм, помощь неко торым жертвам агрессоров для создания имиджа главного борца за мир и социальный прогресс.

Основой внешней политики Соединенных Штатов было стремление занять вместо Англии положение политического центра мира, что требовало полного переустройства системы международных отношений на основе создания глобального баланса сил великих держав под эгидой Вашингтона. Взяв на вооружение политику "изоляционизма", США положили в основу своей внешнеполитической деятельности экономическую экспансию", а экономическое соперничество с Англией вело США к поддержке Германии и Японии, экономическое усиление которых должно было осложнить положение Лондона и подтолкнуть его к уступкам Вашингтону. В 30-е гг. при наличии сложных внутренних проблем США успешно использовали традиции английской политики "блестящей изоляции" XIX в., что позволяло им сохранять свободу \39\ рук, выжидая развития событий. Соответственно в отношении стран Латинской Америки с конца 20-х гг. начинает проводиться политика "доброго соседа", на Дальнем Востоке — политика "непризнания", а в Европе — политика "нейтралитета". Наибольшую опасность для США представляла английская политика "умиротворения", реализация которой привела бы к сохранению основ существующей системы международных отношений. Тогда как срыв этой политики и эскалация кризиса благоприятствовали американским внешнеполитическим целям.

Говоря о развитии Версальско-Вашингтонской системы в межвоенное двадцатилетие, следует отметить наличие глобальных противоречий, оказавших первостепенное влияние на политику великих держав. Формирование послевоенной системы международных отношений проходило без учета интересов Германии и СССР, что сделало их ее противниками, и в Европе сложился политический треугольник (Англия и Франция — Германия-СССР), участники которого стремились достичь своих внешнеполитических целей, играя на противоречиях соперников. Опасаясь советско-германского сближения, Англия и Франция в середине 20-х гг. пошли на уступки Германии, что привело к некоторому сглаживанию противоречий в Европе. Однако проблема СССР, стремившегося вернуть себе роль великой державы, так и осталась нерешенной, и в 20-х гг. основным мировым противоречием было внешнее по отношению к системе международных отношений противоречие между СССР и мировым порядком, который в основном устраивал все остальные великие державы.

В 30-е гг. изменение баланса сил великих держав привело к тому, что ряд держав сделали откровенную ставку на насильственную трансформацию Версальско-Вашингтонской системы, принципы которой перестали отвечать их интересам. Периферийное положение этих стран в системе международных отношений позволяло им использовать основное противоречие для улучшения своих позиций. К этому следует добавить общий рост регионализма, стремление всех великих держав использовать сложности соперников для улучшения собственных позиций. Тем самым обозначился внутренний кризис системы международных отношений, который невозможно было устранить без достижения нового баланса сил и интересов. Однако достаточно убедительные стимулы его достижения отсутствовали. Кризис мировой экономики совпал с кризисом Версальско-Вашингтонской системы, и все великие державы в той или иной степени стали на путь гонки вооружений, готовясь к новой борьбе за передел мира. Просто одни делали ставку на грубую силу, а другие — на использование ситуации в своих интересах. Таким образом, в 30-х гг. внешнее противоречие (СССР — Версальско-Вашингтонская система) было дополнено внутрисистемным, следствием чего явился кризис и крах системы международных отношений. \40\

В результате политическая организация мира после Первой мировой войны оказалась слишком уязвимой в силу внутренне присущих Версальско-Вашингтонской системе пороков. Крушение межвоенной системы международных отношений прошло несколько этапов. В 20-е годы можно выделить два крупнейших кризиса Версальско-Вашингтонской системы, которые привели к ее модернизации в Европе (1923 — 1925 гг.) и изменению соотношения сил на Дальнем Востоке (1925 — 1929 гг.). В 30-е годы кризис 1931 — 1933гг. положил начало насильственной трансформации системы международных отношений, а в ходе кризиса 1935 — 1938 гг. обозначилось ее крушение.

Первым внешним кризисом Версальско-Вашингтонской системы стали события 1923 — 1925 гг.{40} в Европе и на Ближнем Востоке, связанные с установлением Версальской системы. К осени 1922 г. стало ясно, что Турция, опираясь на советскую поддержку, отстояла свою независимость, и Севрский договор требует коренного пересмотра. Новое соглашение вырабатывалось в ходе Лозаннской конференции (20 ноября 1922 г. — 24 июля 1923г.), на которой, кроме собственно турецкой проблемы, обсуждался вопрос о режиме Черноморских проливов. Борьба Англии и СССР по вопросу о проливах привела к обострению их отношений, и, опасаясь советско-турецкого союза, творцы Версальской системы пошли на уступки Турции, получившей современные границы, а вопросы режима проливов были решены без учета советских интересов. 17 декабря 1925 г. СССР заключил с Турцией договор о дружбе и нейтралитете, гарантировав безопасность своих южных границ, а 5 июня 1926 г. была окончательно установлена туре цко-иракская граница.

Тем временем многочисленнее трения между Германией и ее победителями по вопросам репарационных выплат и выполнения в полном объеме Версальского договора в конце концов переросли в острый кризис. Попытка Германии добиться 5-летнего моратория на уплату репараций и получить инвестиции для экономического восстановления не встретили поддержки на Западе. Это привело к отказу Германии от уплаты очередного репарационного взноса. В ответ Франция и Бельгия 11 января 1923г. оккупировали Рур, а германское руководство провозгласило политику "пассивного сопротивления". Германия оказалась охвачена острым кризисом, оживились сепаратистские, националистические и социальные движения. Предложение Англии выработать действенный механизм взимания репараций при финансовом содействии восстановлению германской экономики вызвало возражения со стороны Франции, а попытки германского руководства привлечь для решения этих проблем США не увенчались успехом. СССР осудил империалистический разбой Франции и решил использовать ситуацию в Германии для подготовки силами германской компартии (КПГ) революционного переворота. \41\

КПГ развернула активную пропаганду, вынудив прочие рабочие организации ориентироваться на нее из опасения утратить влияние в массах. Это оживило сепаратистские настроения местных элит, которые боялись революции и политического хаоса. В условиях нарастания политического кризиса 27 сентября 1923 г. в Германии было введено чрезвычайное положение и заявлено об отказе от политики "пассивного сопротивления". Опираясь на рейхсвер, германское руководство начало наводить порядок. 11 — 16 октября в нарушение конституции были устранены рабочие правительства Саксонии и Тюрингии. КПГ не решилась на обострение обстановки, и "германский Октябрь" не состоялся. Лишь в Гамбурге, куда не успели сообщить об отмене выступления, 23 — 25 октября произошли уличные столкновения рабочих с войсками и полицией. На западе Германии 21 октября при негласной поддержке Франции была провозглашена Рейнская республика, но это эфемерное политическое образование так и не стало реальностью. В Баварии сепаратистс кие настроения поблекли на фоне путча НСДАП 8 — 9 ноября, который стал последним крупным столкновением властей с политическими движениями в Германии. В начале 1924 г. политическая ситуация в стране нормализовалась, и 28 февраля чрезвычайное положение было отменено. - Обострение политической обстановки в Германии повлияло на позицию Англии и США, которые стали решительнее выступать за компромиссное решение проблемы репараций. В ноябре 1923 г. начала работу комиссия экспертов по выработке плана экономического соглашения и Германия получила первые англо-американские кредиты, а в декабре 1923 г. был подписан американо-германский торговый договор. Тем самым США начали активное внедрение на германский рынок, а Франция, оказавшись в политической изоляции и столкнувшись с рядом экономических трудностей, пошла на уступки. На Лондонской конференции (16 июля — 16 августа 1924г.) был принят план Дауэса, вступивший в силу с 1 сентября 1924 г. Еще с декабря 1922 г. Германия предлагала гаран тировать свои западные границы, а с сентября 1924 г. стала требовать места в Совете Лиги Наций. Начавшиеся в декабре 1924 г. переговоры по этим вопросам завершились выработкой в ходе конференции 5 — 16 октября 1925 г. и подписанием 1 декабря Локарнских соглашений. Включение Германии в Совет Лиги Наций, отложенное до сентября 1926 г., дало Берлину повод заключить 24 апреля 1926 г. договор о нейтралитете с СССР.

В итоге Версальская система был модернизирована с учетом реальной ситуации на Ближнем Востоке и в Европе. Германии удалось использовать противоречия как между западными великими державами, так и между Западом и СССР для начала ревизии Версальского договора и интеграции в существующую систему международных отношений, что не мешало развитию секретного военного сотрудничества с Москвой. Англии удалось вернуть \42\ себе роль общеевропейского арбитра, ограничить притязания Франции и укрепить свои позиции в отношении США. Франция, лишившись возможности односторонних санкций, была вынуждена ограничить свои притязания к Германии, ее восточноевропейские союзники не получили гарантий своих границ, что несколько ослабило французское влияние в регионе. Советскому руководству не удалось устроить в Германии революционный переворот, а опасения в отношении консолидации Европы на антисоветской основе были несколько смягчены дипломатическим признанием СССР со стороны Анг лии, Италии и Франции и заключением договора 1926г., который рассматривался в качестве гарантии неучастия, Германии в возможных антисоветских акциях Англии и Франции. США расширили свое экономическое присутствие в центре Европы, получив новый рычаг влияния. Италия, минимально затронутая кризисом, смогла сохранить свои владения в Эгейском море и, благодаря конфликту с Грецией в августе 1923 г., урегулировать спорные проблемы в отношениях с Югославией. События 1923 — 1925гг. продемонстрировали малую эффективность Лиги Наций как международного органа и ее зависимость от политики великих держав.

Вторым внешним кризисом Версальско-Вашингтонской системы стали события 1925 — 1929 гг.{41} в Китае, который являлся традиционным объектом эксплуатации великих держав. Хотя формально, согласно договору 9-ти держав, в Китае были ликвидированы сферы влияния Англии, Франции и Японии, в условиях фактического раскола страны на самоуправляющиеся регионы при сохранении номинального правительства в Пекине все великие державы поддерживали связи с теми или иными местными кликами, осуществляя через них свое влияние. Кроме того, в стране существовало два правительства: северное в Пекине и южное в Гуаньчжоу, из которых первое признавалось на международной арене правительством единого Китая, хотя и не могло осуществлять свои функции внутри страны в полном объеме. В условиях национально-освободительного подъема, активной советской пропаганды и связей СССР с Гуаньчжоу, пекинское правительство 31 мая 1924 г. вслед за Англией и Италией пошло на нормализацию отношен ий с СССР. 20 января 1925 г. были нормализованы советско-японские отношения на основе признания сторонами Портсмутского мирного договора, и к 15 мая японские войска были выведены с Северного Сахалина, а за СССР была признана сфера влияния в Северной Маньчжурии. Тем самым СССР создал предпосылки для более активного вмешательства в китайские дела в процессе противостояния Вашингтонской системе международных отношений.

30 мая 1925 г. в ходе забастовки в Шанхае на японском предприятии английская полиция применила против забастовщиков оружие, что привело к взрыву возмущения в стране. Началось \43\ широкое антиимпериалистическое движение, ударившее прежде всего по позициям Англии в Китае. США и Япония постарались предоставить инициативу подавления движения Англии, исподволь укрепляя свое влияние в регионе. СССР также использовал начавшиеся события для расширения своего влияния в Китае, еще в январе 1924 г. содействовав созданию в Гуаньчжоу союза китайской компартии (КПК) и Гоминдана (ГМД), который смог отразить попытку мятежа местных милитаристов и сформировать Народно-революционную армию (НРА). На севере Китая шла борьба за Пекин между армией генерала Фэн Юйсяня, поддержанного СССР, и войсками Чжан Цзолина, которого поддерживала Япония.

Тем временем в Китае в июле 1926 г. НРА начала Северный поход, и к марту 1927 г. южная часть страны вплоть до Янцзы была подчинена правительству Гуаньчжоу. 22 — 23 марта 1927г. войска НРА вступили в Нанкин и Шанхай, что резко обострило отношения с Англией и США, предпринявших обстрелы города и начавших переговоры с Чан Кайши о поддержке в случае антикоммунистического переворота. Тем временем СССР решил подтолкнуть события за счет устранения Чан Кайши и усиления влияния КПК. В Пекине 6 апреля 1927г. части Чжан Цзолина напали на советское консульство и захватили документы о предполагавшемся аресте Чан Кайши, которые немедленно были переданы ему. 12 апреля Чан Кайши осуществил антикоммунистический переворот, разорвал союз с КПК и начал репрессии против ее членов.

С середины 1925 г. англо-советские отношения стали ухудшаться, так как английское руководство считало, что именно СССР спровоцировал волнения в Китае. В 1926 г. в условиях свертывания социальных программ в Англии начались массовые забастовки, что резко обострило внутреннюю ситуацию в стране. СССР не только использовал эти события для расширения пропаганды, но и поддерживал некоторые профсоюзы материально, что вело к еще большему охлаждению англо-советских отношений. 12 мая 1927 г. в Лондоне был совершен налет на советское торгпредство, где были обнаружены документы о помощи СССР забастовщикам, и 27 мая Англия разорвала дипломатические отношения с СССР. В тот же день японское руководство послало в Шандунь войска для прикрытия своего ставленника Чжан Цзолина в Пекине от НРА. Одновременно перед Токио встал вопрос об определении своей внешнеполитической линии в создавшейся обстановке, и в ходе Восточных конференций июня — августа 1927 г. японское руководство решило усилить эксп ансию в Китае. В начале сентября 1927 г. японские войска были выведены из Шандуня, а Чан Кайши совершил визит в Японию, пытаясь урегулировать отношения с этой страной в условиях начала гражданской войны на юге Китая. Визит закончился без особых результатов, и нанкинское руководство стало ориентироваться на США, которые использовали эту возможность для усиления своих позиций в Китае. \44\

После заключения в марте-апреле 1928г. американо-нанкинских соглашений о будущих договорах, НРА начала поход на Пекин. Япония вновь использовала войска в Шандуне, но не смогла удержать Чжан Цзолина от вывода его войск из Пекина. Более того, многолетний японский ставленник в Маньчжурии был заподозрен в намерении договориться с Чан Кайши и США и убит во время возвращения в Мукден. Открытое вмешательство Японии привело к росту антияпонского движения в Китае. 5 июня 1928г. НРА заняла Пекин, 25 июля правительство Чан Кайши было признано США, а 20 декабря Англией. 29 декабря 1928 г. сын и преемник Чжан Цзолина Чжан Сюэлян признал власть ГМД над Маньчжурией. В этих условиях Япония, опасаясь ухудшить отношения с США и Англией, в мае 1929 г. вывела свои войска из Шандуня и 3 июня 1929г. вместе с Германией и Италией признала новое правительство в Китае.

Консолидация Китая дала возможность нанкинскому правительству добиваться отмены привилегий иностранных держав. В 1928 — 1929гг. Китаю удалось увеличить таможенные пошлины с 5 до 7,5% и вернуть 20 из 33 концессий. Стремясь ослабить советское влияние в Маньчжурии, китайское руководство в марте 1929г. попыталось добиться выполнения советско-китайского соглашения о паритетном управлении КВЖД. Отказ СССР вызвал попытку Китая решить этот вопрос силой. 27 мая 1929 г. был совершен налет на советское консульство в Харбине, где были обнаружены документы о связях СССР с КПК и Фэн Юйсянем, находившемся в оппозиции к Чан Кайши, а 10 — 11 июля КВЖД была занята китайскими войсками. Переговоры сторон из-за неуступчивости СССР не дали результатов, что наряду с пограничными инцидентами вело к эскалации конфликта. Англия, Франция и США призвали стороны к решению проблем в рамках пакта Бриана-Келлога, но не признали самовольных действий китайской стороны, опасаясь создания прецедента. Япония и Германия заявили о своем невмешательстве. В октябре-ноябре 1929 г Красная Армия вторглась в Маньчжурию и разгромила войска Чжан Сюэляна. Фэн Юйсянь поднял мятеж, сковав войска Чан Кайши и не позволив использовать их в Маньчжурии. Переговоры сторон при посредничестве Германии привели 22 декабря 1929 г. к урегулированию конфликта на базе восстановления статус-кво.

В итоге событий в Китае изменился баланс сил великих держав на Дальнем Востоке. В Китае возник новый центр власти, значительно более влиятельный в масштабах страны, нежели прежнее пекинское правительство. Английское влияние в Китае снизилось, а американское возросло. Япония была вынуждена считаться с новой ситуацией в Китае. Казалось, что на Дальнем Востоке создана база для укрепления Вашингтонской системы за счет поддержания баланса сил между СССР, Китаем и Японией. Однако в условиях начала гражданской войны в Китае между \45\ КПК и ГМД, разрыва советско-китайских отношений 15 декабря 1927 г. и военного конфликта в Маньчжурии отсутствовала база для сотрудничества Москвы и Нанкина, что объективно вело к дестабилизации системы международных отношений и открывало дорогу японскому экспансионизму.

Первым внутренним кризисом Версальско-Вашингтонской системы вновь стали дальневосточные события 1931 — 1933 гг.{42} В условиях мирового экономического кризиса оживился японский экспансионизм. Великие державы были заняты борьбой с кризисом и с этой точки зрения не являлись угрозой для Японии. Китай и СССР после военного конфликта 1929 г. не достигли улучшения отношений. Нанкин был занят войной с КПК на юге Китая, а СССР экономически и политически осваивал Синьц-зян. Все это исключало консолидацию Москвы и Нанкина против Японии. Используя благоприятную международную обстановку, войска Квантунской армии 18 сентября 1931 г. вторглись в Маньчжурию. Вновь не получивший помощи от Нанкина Чжан Сюэлян, стремясь сохранить войска, отвел их, не ввязываясь в серьезные бои с японцами.

Обращение Китая в Лигу Наций, которая занялась изучением вопроса, продемонстрировало незаинтересованность Англии и Франции в решении этой проблемы. США посоветовали Нанкину не отвлекаться от войны с КПК. Само китайское руководство было заинтересовано в ослаблении Маньчжурской армии Чжан Сюэляна, поскольку это усиливало влияние Нанкина. Япония пропагандировала идею наведения порядка в Маньчжурии и очищения ее от коммунистических элементов. В условиях провозглашения КПК 7 ноября 1931 г. Китайской советской республики эта пропаганда встречала полное понимание на Западе. Это не мешало японскому руководству проявлять лояльность в отношении СССР и советских граждан на КВЖД. СССР, со своей стороны, не проявил стремления к вмешательству, хотя и осудил агрессию в прессе. В ноябре-декабре 1931 г., когда японские войска стали продвигаться в Северную Маньчжурию, считавшуюся советской сферой влияния, отношения Москвы с Токио несколько ухудшились, что породило в западном мире надежды на возникновение войны между ними. Но советское руководство решило договориться и 31 декабря 1931 г. предложило Токио заключить договор о нейтралитете на основе сохранения "свободы рук" в Китае.

7 января 1932 г. американское руководство опубликовало свою "доктрину непризнания" изменений на Дальнем Востоке, а Англия вообще официально не отреагировала на эти события. Нападение Японии на Шанхай 23 января 1932 г. обострило ее отношения с Англией, Францией и США, которые, даже предприняв военную демонстрацию, действовали несогласованно. СССР попытался использовать ситуацию и подписал с Японией соглашение о торговле бензином с Маньчжурией и разрешил ей использовать КВЖД для \46\ военных перевозок. Однако ситуация вокруг Шанхая была урегулирована, и советско-японские противоречия в Маньчжурии, где 1 марта 1932 г. было провозглашено Маньчжоу-Го, вновь оживились. СССР негласно поддерживал антияпонские восстания и действия партизанских отрядов КПК.

Осенью 1932 г. СССР пытался договориться с Японией на основе взаимного признания статус-кво и договора о ненападении, но Япония отклонила эти предложения, ибо была заинтересована в сохранении неопределенности и контролируемой конфронтации с СССР, что позволяло пропагандировать антикоммунистическую борьбу и получать поддержку западных держав. СССР, не имевший дипломатических отношений с США и Китаем и только 3 октября 1929г. восстановивший дипотношения с Англией, был изолирован, в Азиатско-тихоокеанском регионе, и Япония могла не опасаться альтернативных советских блоков. В этих условиях Китай и СССР восстановили 12 декабря 1932г. дипломатические отношения, а на следующий день Япония официально отказалась от предложенного СССР пакта о ненападении.

24 февраля 1933 г. Лига Наций наконец-то рассмотрела Маньчжурский вопрос и, констатировав нарушение Японией договора 9-ти держав, высказалась за непризнание Маньчжоу-Го. В результате Япония 27 марта вышла из Лиги Наций. Консенсус тихоокеанских и дальневосточных держав распался, обозначив кризис системы международных отношений. Отсутствие поддержки со стороны великих держав вынудило Китай на уступки Японии, что привело к перемирию в Таньгу 31 мая 1933 г., воспринятое в мире как завершение кризиса. Освободившись от угрозы расширения конфликта, Яиония усилила давление на СССР по вопросу о КВЖД, и в 1935 г. она была продана Маньчжоу-Го. Это привело к сужению советского влияния в Маньчжурии, но позволило Москве избежать войны на Дальнем Востоке.

Тем временем в Европе во второй половине 20-х гг. Германии удалось устранить ряд контрольных установлении Версальского договора. В 1929г. была выработана новая система выплаты репараций в иностранной валюте при одновременном уменьшении ежегодных взносов и окончания выплат в 1988 г. (план Юнга), принятие которой Германией привело к выводу оккупационных войск из Рейнской области в июне 1930 г. В условиях мирового валютного кризиса с июля 1931 г. был введен мораторий на взаимные расчеты, и выплата репараций была прекращена. В ходе Лозаннской конференции (16 июня — 9 июля 1932 г.) германские репарации были сокращены до 3 млрд марок, которые должны были быть выплачены в. течение 15 лет. На конференции по разоружению 11 декабря 1932 г. Англия, Франция, Италия и США признали за Германией равные права в деле развития вооруженных сил. Подобные уступки Германии вызвали заметное беспокойство французского руководства, которое начало искать возможности сближения с СССР. Заключение \47\ договоров о ненападении СССР с Финляндией, Эстонией, Латвией и Польшей в 1932 г. обезопасило его северо-западные границы от возможного антисоветского союза этих стран и позволило заключить 29 ноября 1932 г. советско-французский договор о ненападении. Используя выдвинутую Францией в конце 20-х гг. идею общеевропейского союза, Англия и Италия предложили проект договора великих держав Европы, который был подписан 15 июля 1933 г., но так и не вступил в силу. Не добившись удовлетворения своих требований о довооружении, Германия покинула конференцию по разоружению и 14 октября 1933 г. вышла из Лиги Наций. Это подтолкнуло Францию продолжить сближение с СССР и привело к началу переговоров о Восточном пакте.

В итоге событий начала 30-х гг. на Дальнем Востоке и в Европе система международных отношений дала первые трещины. Япония, используя разобщенность СССР и Запада и соперничество великих держав на Дальнем Востоке, начала насильственную ревизию Версальско-Вашингтонской системы. Однако, оказавшись перед выбором направления дальнейшей экспансии, решила не доводить дело до войны с СССР и вести осторожную политику в Китае, пытаясь расширить зону своего влияния .мирными средствами и создать в Маньчжурии военно-экономическую базу для будущего. Германия смогла с согласия остальных великих держав ревизовать репарационные установления и военные ограничения Версальского договора и обеспечила себе более широкое пространство для маневра между великими державами. Англия продолжала политику консолидации Европы, что вело к новым уступкам Германии. США старались использовать создавшуюся ситуацию для осложнения положения Англии и пошли на дипломатическое признание СССР, рассчитывая использоват ь его в качестве противовеса Японии. Опасавшаяся за свою безопасность Франция выступила за создание европейской системы коллективной безопасности с привлечением СССР. СССР, на дальневосточных границах которого возник очаг военной напряженности, для обеспечения прочного тыла в Европе стал налаживать контакты со своими западными соседями, Францией и США, заявив о поддержке политики коллективной безопасности. Италия стремилась усилить свое влияние в Центральной Европе (Австрия, Венгрия) и Восточном Средиземноморье.

Второй внутренний кризис Версальско-Вашингтонской системы, обозначивший ее крушение, разразился в 1935 — 1938 гг.{43} в Европе и на Дальнем Востоке. Выход Германии из Лиги Наций привел по инициативе Англии к оживленным переговорам об условиях ее возвращения в эту организацию. Английское руководство пыталось найти компромисс между требованиями Германии и интересами Франции, которая в условиях \48\ усиления угрозы ее безопасности продолжала добиваться заключения Восточного пакта. Это соглашение, зародившееся в условиях германо-польского сближения, ухудшения советско-германских отношений и развития франко-советских контактов, по разным причинам не устраивало Англию, Германию, Италию и Польшу, что сделало его заключение невозможным и стимулировало выработку советско-французского договора о взаимопомощи. Итогом переговоров о Восточном пакте стало вступление СССР по инициативе Франции в Лигу Наций в сентябре 1934 г. Одновременно в условиях угрозы независимости Австрии летом 1934 г. началось франко-итальянское сближение, завершившееся 7 января 1935 г. соглашением о содействии итальянского руководства в деле -противодействия нарушению Германией версальских военных и территориальных ограничений в обмен на признание интересов Италии в Эфиопии.

1 марта 1935 г. Саар по итогам плебисцита был передан под юрисдикцию Германии, расширив ее экономическую базу. 3 февраля 1935 г. Англия и Франция предложили Германии переговоры о вооружениях и о пакте о взаимопомощи в Восточной Европе. В ответ Германия согласилась на двусторонние переговоры, чем тут же воспользовалась Англия. 4 марта 1935 г. в Англии была опубликована "Белая книга" о вооруженных силах, а во Франции 15 марта были увеличены сроки службы в армии, что дало Германии повод объявить об отказе от военных ограничений Версальского договора. 10 марта 1935 г. о Берлине было официально объявлено о создании ВВС, а 16 марта — о введении всеобщей воинской повинности. 18 марта Германия предложила гарантировать все свои границы, что было успешно использовано ею в пропаганде. 25—26 марта состоялись англо-германские, а 28—29 марта англо-советские переговоры, в ходе которых стороны обменялись мнениями соответственно о германских вооружениях и об отношении СССР к событиям в Евро пе.

Отказ Германии от выполнения военных ограничений Версальского договора привел к созданию англо-франко-итальянского "фронта Отрезы" 11—14 апреля 1935 г. 2 мая 1935 г. Франция пошла на подписание с СССР договора о взаимопомощи, который, однако, не был дополнен военной конвенцией, что ограничивало его значение. Незавершенность процесса создания франко-советского союза отражала необходимость для Франции сохранить своих союзников в Восточной Европе, которые были, как правило, настроены против возможного союза с СССР. Кроме того, Франция опасалась быть обвиненной в расколе Европы на военно-политические блоки и продолжала диалог с Германией в надежде на урегулирование. В ответ на заключение советско-французского и советско-чехословацкого договоров о взаимопомощи Германия 21 мая 1935 г. потребовала пересмотра статуса Рейнской области. Создание "фронта Отрезы" не помешало Англии продолжить переговоры с Германией о военно-морских вооружениях. Заключение 18 июня 1935 г. англо-германск ого \49\ соглашения явилось двусторонним нарушением Версальского договора, нанесло удар по "фронту Отрезы", облегчив Германии игру на противоречиях великих европейских держав, ухудшило англо-французские отношения и стимулировало экспансионистские претензии Италии в Эфиопии. 19 июня 1935 г. было подписано франко-итальянское военное соглашение об использовании войск сторон в Австрии и на Рейне. Англия, заинтересованная в сохранении нормальных отношений с Италией, 23 июня 1935 г. в ходе англо-итальянских переговоров об урегулировании эфиопской проблемы на основе обмена территориями молчаливо согласилась на любые действия Италии в Африке.

Нападение Италии 3 октября 1935г. на Эфиопию и обсуждение этого вопроса в Лиге Наций в условиях предвыборной кампании в Англии привело к установлению с 18 ноября 1935 г. экономических санкций против Италии. В угоду общественному мнению Англия сосредоточила в Средиземном море Флот метрополии, не прекращая секретных поисков путей удовлетворения интересов Италии в Африке. Столкновение с Италией или ее поражение не было целью Англии, потому что могло подорвать стабильность фашистского режима и усилить опасность создания "красной Италии". Франция отказалась поддержать военно-морскую демонстрацию Англии в Средиземном море и тайно нарушала экономические санкции. В санкциях не участвовали Германия, США, Япония, Австрия, Венгрия, Албания и ряд других стран, расширивших свое присутствие на итальянском рынке. Кризис в отношениях Италии с Англией и Францией был использован Германией для нормализации отношений с Римом. Стремление создать в Европе мощный противовес Англии, чтобы затрудни ть ей проведение политики экономического соперничества, определило внешнеполитическую стратегию США, которые использовали эскалацию напряженности вокруг Эфиопии для принятия закона о нейтралитете 1935 г., затруднявшего сотрудничество с другими странами в деле отпора агрессии, но не затрагивавшего экономические аспекты отношений.

В условиях охлаждения отношений между Англией, Фракцией и Италией Германия готовила ремилитаризацию Рейнской области, используя в качестве предлога предстоящую ратификацию советско-французского договора о взаимопомощи. Англия, Франция и США располагали сведениями о намерениях Берлина, но по разным причинам решили не противодействовать им. Англия надеялась усилить влияние на внешнюю политику Франции в условиях возрастания германской угрозы. Французское руководство, рассчитывая на поддержку Англии и Италии, не предприняло никаких самостоятельных действий, хотя согласно Локарнскому договору имело на это право. США были заинтересованы в осложнении положения Англии в Европе. Поэтому когда 7 марта 1936 г. германские войска вступили в Рейнскую область, они не \50\ встретили отпора со стороны Франции. Лига Наций констатировала нарушение Германией Версальского и Локарнского договоров, что дало Франции формальный повод требовать помощи от Англии и Италии. Однако Италия отказалась от содействия до снятия наложенных на нее экономических санкций и признания оккупации Эфиопии, а Англия сослалась на отсутствие угрозы французской территории. Германская авантюра удалась, и Берлин тут же предложил заменить Локарнские договоры новыми соглашениями о ненападении, втянув Англию и Францию в бесперспективные переговоры. В результате бездействия Франции ее позициям в Европе и системе союзов был нанесен сильнейший удар, усиливший тенденцию "умиротворения" во французской политике.

Стремление Англии сблизиться с Турцией, которую предполагалось использовать в качестве противовеса Италии, привело к тому, что Лондон поддержал стремление Москвы и Анкары пересмотреть решения Лозаннской конференции о режиме Черноморских проливов. Италия отказалась от участия в конференции до снятия с нее экономических санкций, но и после их отмены позиция Рима осталась неизменной. В ходе конференции в Монтрё (22 июня — 21 июля 1956 г.) Англия и Франция согласились на изменение режима Черноморских проливов с учетом интересов СССР. Начало франкистского мятежа в Испании 18 июля 1936г. способствовало отвлечению внимания Англии и Франции от центральноевропейских проблем. Германия и Италия почти сразу же поддержали Франко, демонстрируя всему миру свою антикоммунистическую позицию, за которой скрывалось стремление усилить влияние в Испании и Западном Средиземноморье. Позиция невмешательства, занятая Англией, Францией и США, как нельзя лучше соответствовала решению этой задачи. Нес мотря на осложнение положения на Средиземном море, английское руководство сочло необходимым, прикрываясь пацифистской риторикой, проводить политику "невмешательства", то есть фактически поддержать Франко, в котором видели гарантию от "красной опасности", особенно в условиях расширения советского вмешательства в войну. Под нажимом Англии Франция также согласилась проводить политику невмешательства. Французское руководство не решалось на дальнейшее сближение с СССР, опасаясь ухудшения отношений с Англией и Германией и распада своих союзов в Восточной Европе, которые имели и антисоветскую направленность. Столь нерешительная политика Франции привела к отходу от нее ее прежних союзников. Применение США закона о нейтралитете в период гражданской войны в Испании было прямой поддержкой мятежников и интервентов и способствовало усилению Германии и формированию германо-итальянского союза, который рассматривался в США в качестве противовеса Англии и Франции. \51\

Изменение ситуации в Европе стимулировало сближение Германии, Италии и Японии. Оккупация Эфиопии и прочие африканские проблемы заставляли Италию искать противовес Англии и Франции. На основе помощи Франко Италия все сильнее сближается с Германией, и 26 октября 1936 г. возникает "Ось Берлин—Рим". Вступление СССР в Лигу Наций, подписание советско-французского и советско-чехословацкого договоров в мае 1935 г. и поддержка Москвой МНР требовали от Японии поисков антисоветских союзников в Европе, поэтому в Токио благосклонно восприняли начавшиеся с мая 1935 г. германские зондажи. Осенью 1935 г. и весной 1936 г. на монголо-маньчжурской границе произошли новые столкновения, что вынудило СССР открыто заявить о своем союзе с МНР. Это в свою очередь ускорило заключение Германией и Японией Антикоминтерновского пакта 25 ноября 1936г., которое было подкреплено новым столкновением на маньчжуро-советской границе у озера Ханка 26—27 ноября 1936г. Тем самым Япония наглядно продемонстрировала всему миру антикоммунистическую подоплеку своих действий. 2 декабря 1936 г. был заключен итало-японский договор, а 6 ноября 1937 г. Италия вошла в Антикоминтерновский пакт. В рамках германо-австрийского соглашения 11 июля 1936 г. была обеспечена возможность германского влияния на эту страну. Пообещав Бельгии гарантию ее независимости и территориальной неприкосновенности, Германия добилась ее отказа от Локарнских договоренностей и провозглашения 14 октября 1936 г. нейтралитета.

Учитывая занятость Англии и Франции испанскими событиями, сотрудничество с Германией и Италией и не опасаясь вмешательства США, Япония решилась перейти к активным действиям на континенте. Советско-манъчжурский инцидент на Амуре 29—30 июня 1937 г. дал Японии возможность продемонстрировать Западу неизменность своего антикоммунистического курса, а 7 июля 1937 г. Япония начала вой ну в Китае. Предложение Англии 12 июля 1937г. предпринять совместный демарш в Токио и Нанкине не было поддержано США, которые, рассчитывая на обострение англо-японских отношений, 16 июля 1937г. заявили, что не исключают возможности пересмотра итогов Вашингтонской конференции. Соперничество Англии и США на Дальнем Востоке успешно использовалось японским руководством. Заключение 21 августа 1937г. советско-китайского договора о ненападении ухудшило японо-советские отношения, но стороны лишь усилили пропагандистскую войну в прессе. В сентябре 1937 г. КПК и ГМД создали единый фронт, а Англия и США признали морскую блокаду китайского побережья Японией. Предложение Англии в октябре 1937 г. обсудить вопрос о бойкоте Японии не встретило поддержки США. \52\

В создавшейся ситуации Лига Наций вновь продемонстрировала свою неэффективность. Поскольку великие державы в условиях начавшегося кризиса старались не портить отношений с Японией, поглощавшей значительную часть их экспорта, конференция стран — участниц договора 9-ти держав в Брюсселе в ноябре 1937 г. в силу общего нежелания вмешиваться в японо-китайский конфликт закончилась безрезультатно, обозначив крах Вашингтонской системы. Американское руководство, зная слабость японской экономики, совершенно не опасалось каких-либо антиамериканских военных акций с ее стороны. Англия и США больше были озабочены своими переговорами с Германией, а Япония успешно использовала жупел советской угрозы. Даже нападение японских войск на английские и американские суда вызвало со стороны Англии и США лишь дипломатические протесты. Правда, США с января 1938 г. расширили свою военно-морскую программу, но англо-американские переговоры декабря 1937 — января 1938 г. о взаимодействии против Японии были прерваны, поскольку каждая сторона стремилась взвалить на партнера основное бремя действий. Отказ Японии выполнить требование совместной англо-франко-американской ноты от 5 февраля 1938 г. — прекратить начатое с 1935 г. строительство военно-морских баз на подмандатных островах, выходящее за рамки Вашингтонских соглашений, также не привел к каким-либо санкциям.

С весны 1938 г. Англия и Франция были связаны развитием событий вокруг Австрии и Чехословакии, но Япония, испытывавшая финансовый и экономический кризис, решила продемонстрировать свои хорошие отношения с Англией и США. В мае 1938 г. Англия передала Японии контроль над китайскими таможнями на оккупированной территории, а в июле начались секретные англо-японские переговоры, вызвавшие озабоченность США и обострившие англо-американские отношения. В условиях роста общественного недовольства попустительством японской агрессии и симпатий к СССР, снабжавшего Китай оружием, США были вынуждены 16 июня 1938 г. ввести "моральное эмбарго" на поставки авиационной техники в Японию, что не имело каких-либо серьезных последствий. Наступление японских войск в долине реки Янцзы потребовало от СССР определенных действий для отвлечения внимания Токио. Спровоцированный советской стороной конфликт у озера Хасан вызвал падение курса ценных бумаг на токийской бирже и позволил сторонам продемонстри ровать свою непримиримость. 3 ноября 1938 г. Япония заявила о планах создания "Великой Восточной Азии". Это привело к началу англо-американских военно-морских переговоров о взаимодействии на Тихом океане, которые, правда, окончились безрезультатно. В декабре 1938 г. Англия и США предоставили Китаю займы, чтобы удержать его от капитуляции, поскольку затяжка войны \53\ сковывала Японию и была выгодна Англии, Франции, США и СССР. Захваты Японии в феврале 1939 г. в Южном Китае вызвали протесты Англии, Франции и США, но предложение Вашингтона подкрепить эти протесты посылкой ВМС встретило возражение Англии.

Усиление германской экономики и начавшийся в 1937г. новый спад производства в мире способствовали тому, что Германия все явственнее стала требовать ревизии территориальных решений Версаля. Именно с 1937 г. во внешней политике Англии на первый план выходит идея "умиротворения" Германии за счет Восточной Европы и СССР. Удовлетворение экспансионистских претензий Германии должно было, по мнению английского руководства. Привести к новому "пакту четырех". Сепаратные переговоры США и Англии с Германией в ноябре 1937 г. показали германскому руководству, что ни Англия, ни США, ни Франция не станут вмешиваться в случае присоединения Австрии, Судет и Данцига, если эти изменения не приведут к войне в Европе. С осени 1937г. германское давление на Австрию нарастает. Во время англо-французских переговоров 29—30 ноября 1937 г. стороны договорились, что их интересы в Восточной Европе не имеют принципиального характера и не требуют проведения антигерманских акций. Попытки Австрии найти подде ржку в Англии и Франции оказались тщетными, и 12—13 марта 1938г. она была аннексирована Германией, которая значительно улучшила свое стратегическое положение в центре Европы. 17 марта 1938 г. СССР предложил созвать конференцию по борьбе с агрессией, но Англия, опасаясь раскола Европы на военно-политические блоки, высказалась против этой идеи.

Обострение ситуации вокруг Чехословакии в апреле-мае 1938 г. продемонстрировало нежелание Англии и Франции вмешиваться в дела Восточной Европы. Предложения СССР о проведении военных переговоров с Францией и Чехословакией от 27 апреля и 13 мая не были приняты. Англия пыталась возродить "фронт Стрезы" и 16 апреля 1938 г. признала захват Италией Эфиопии в обмен на сохранение статус-кво на Средиземном море, но расколоть германо-итальянскую ось не удалось. Майский кризис 1938 г. показал, что политика невмешательства чревата утратой англо-французского влияния на развитие событий, поэтому в разгар кризиса оба правительства заявили 21 мая 1938 г. о вмешательстве в случае германской агрессии, что вынудило Германию отступить. Однако вместо помощи Чехословакии Англия и Франция усилили нажим на нее в пользу передачи Германии стратегически важных приграничных районов. Английское руководство опасалось, что неуступчивость в Судетском вопросе может привести к германо-американскому сближени ю, а то и к краху нацистского режима, что не отвечало интересам Англии. США, со своей стороны, через своего посла в Лондоне \54\ 20 июля 1938г. намекнули Берлину, что в случае сотрудничества между США и Германией Вашингтон поддержал бы германские требования к Англии или сделал бы все для удовлетворения германских требований к Чехословакии. Италия в ходе чехословацкого кризиса старалась отвлечь Германию от средиземноморских проблем и устранить оплот французского влияния в Центральной Европе.

Летом 1938 г: английское руководство стремилось найти новый компромисс великих держав Европы. Но вместо нажима на Германию Англия и Франция продолжали требовать от Чехословакии уступок во имя сохранения мира в Европе, поскольку война могла способствовать ее большевизации. Таким образом, Чехословакия стала разменной картой в политике умиротворения Германии и базой нового компромисса. Английское руководство исходило из того, что слабая Германия не хочет, а сильная Франция не может пойти на закрепление британской гегемонии. Поэтому было необходимо усилить Германию, ослабить Францию, а заодно изолировать СССР, который 21 сентября вновь предложил провести конференцию для выработки мер против агрессии. В итоге 29—30 сентября 1938 г. в ходе Мюнхенской конференции Англия и Франция передали Германии Судеты в обмен на декларации о ненападении, Англия рассматривала Мюнхенское соглашение как фундаментальную основу для дальнейшего англо-германского компромисса по всем кардинальным пробл емам.

Эскалация кризиса и умиротворенческая позиция Англии и Франции позволили Италии сыграть роль миротворца на Мюнхенской конференции и, играя на противоречиях великих держав, к началу 1939 г. существенно повысить свою роль в европейских делах. Вместе с тем итальянское руководство было вынуждено отказаться от своих устремлений в Центральной Европе в пользу Германии. В результате Мюнхенского соглашения система военных союзов Франции распалась, а франко-германская декларация о гарантиях границ и консультациях не могла заменить ее. В декабре 1938 г. Франция признала итальянскую оккупацию Эфиопии. Это был апогей политики умиротворения, нанесшей колоссальный удар не только по влиянию Англии и Франции в Европе, но и по всей Версальской системе, которая практически прекратила свое существование.

Кризис и крах Версальско-Вашингтонской системы в течение 30-х гг. не могли не привести к очередному столкновению между великими державами. В этом смысле можно говорить о том, что Вторая мировая война была закономерным явлением в период смены систем международных отношений и вряд ли могла бы быть предотвращена, поскольку экономические изменения в мире вели к изменению баланса сил великих держав, а достижение нового соглашение о статус-кво затруднялось сложностью определения нового соотношения сил. Великие державы \55\ по инерции продолжали строить свою политику, исходя из привычных оценок и стремясь максимально использовать сложившуюся ситуацию в своих интересах. США, Германия и СССР стремились к полному переустройству системы международных отношений, тогда как Англия и Франции были согласны лишь на ее частичную модернизацию, а Италия и Япония занимали промежуточную позицию, стремясь с максимальной выгодой использовать нарастающий кризис. Откладывание вс еобъемлющего урегулирования вело к аккумуляции проблем и создавало еще более взрывоопасную ситуацию. Ее результатом стало возникновение Второй мировой войны, которая представляла собой совокупность войн великих держав между собой и другими странами за расширение своего влияния и пересмотр границ, сложившихся в 1919—1922 гг., и как и предыдущие конфликты великих держав, носила империалистический характер, дополняемый освободительной борьбой оккупированных стран и территорий. \56\
0

#55 Пользователь офлайн   Airman

  • Старожил
  • PipPipPipPipPip
  • Группа: Пользователи
  • Сообщений: 2 854
  • Регистрация: 01 Ноябрь 07

Отправлено 11 Январь 2008 - 14:47

Максим Калашников. "Крещение огнем: Вторжение из будущего"
***
ГЛАВА 11. СТАЛЬ ПРОТИВ ВИХРЯ
Битва магов
"— Когда была рассеяна дивизия?

— 7-го она была разбита. Ваша авиация разбила ее. Я едва остался жив и этим должен быть благодарен исключительно вашей авиации.

— Понесла дивизия большие жертвы?

— Мы потеряли 70% танков…

— А в чем причина плохой боеспособности армии?

— Благодаря немецким пикирующим бомбардировщикам, благодаря неумным действиям нашего командования…"

Перед вами — строчки из протокола допроса немцами Якова Джугашвили, сына Сталина. Его, попавшего в плен, допрашивали 18 июля 1941 года...

Любому русскому человеку невыносимо больно писать о катастрофе того черного года. Картины лета-41 разворачиваются, словно кадры гигантского фильма-трагедии. Как больно и унизительно! Даже десятки минувших лет не смягчают горечи поражений.

И все же, глядя на сорок первый, ты застываешь в изумлении. Во-первых, потому, что немцы практически победили! Сами посудите. Практически всю кадровую армию СССР они уничтожили или взяли в плен. Мы лишились практически всей авиации и львиной доли танков. Балтийский флот, способный прервать поставки жизненно важного сырья из Скандинавии в Германию, понес тяжелейшие потери и действиями сухопутных сил немцев оказался загнан в ловушку Финского залива, где его надолго и "запечатали". Из четырех основных промышленных районов Советский Союз лишился трех. Громадная часть промышленности оказалась временно парализованной из-за поспешной эвакуации. Громадные запасы оружия, боеприпасов, снаряжения, продовольствия, вещевого довольствия и горючего либо взлетели клубами дыма к небесам, либо угодили в руки немцев. В западных районах империи разразилась настоящая катастрофа, и паника обуяла десятки миллионов человек. Наблюдалась дезорганизация транспортной системы. И если смотреть на дело с такой стороны, то немцы имеют полное право записать сорок первый в число своих грандиозных побед — вместе с кампанией 1940 года.

И тут не только мы, но и немцы той поры застываем, пораженные до глубины души. И десятой доли такой катастрофы хватило бы, чтобы любая западная страна пала на колени и запросила пощады. Но Советский Союз не только не пал — оно продолжал яростно сопротивляться, то и дело пытаясь контратаковать. Власть держалась, продолжала заниматься организацией обороны и налаживанием машины военной экономики, пропагандой и даже вопросами культуры!

А вот это не умещалось в сознании немцев и всех прочих детей западной цивилизации. Как? Почему? За счет чего? Невероятно!

Исследуя историю войн-психотриллеров, нужно понять: за счет чего выстояли русские и почему провалилась молниеносная война Гитлера против нас?

По большому счету, напав на нас, немецкий вождь столкнулся с совершенно новым для него типом противника. Австрия, Чехословакия, Польша, Норвегия, Англия и Франция относились к разряду индустриальных обществ с демократически-торговым строем, основанным на коллегиальном правлении и господстве договорных начал. (Так классифицирует их крупнейший русский специалист по естественным и искусственным нейронным сетям Игорь Бощенко, называя западные станами типом систем управления СУ-3.) Впрочем, СССР также относился к тому же разряду. Просто его СУ-3 была своеобразной.

— Теперь самое время вспомнить и классифицировать социалистический строй, существовавший в СССР. Всем памятны долгие дискуссии о том, "что это было" — большевистская диктатура, рабочая демократия, народное государство, сталинская монархия? С точки зрения развиваемой модели, разгадка "тайны веков" очень проста. Большую часть своей истории СССР управлялся коллегиальным органом (ЦК, Политбюро), действовавшим по определенным правилам (Устав компартии). Следовательно — в СССР была реализована СУ-3. СССР уже в первые десятилетия своей истории стал индустриальным государством, с преобладанием городского населения и торгово-производственной деятельности. Следовательно — экономическим строем СССР был капитализм. Капитализм своеобразный, больше похожий на внутренний хозрасчет в рамках крупной корпорации — но все же капитализм, производство товаров с целью обмена.

Для проверки этого вывода зададим контрольный вопрос: на что тратился в СССР прибавочный продукт, изымаемый у хозяйствующих субъектов в пользу государства? Ответ — на развитие средств производства — в точности соответствует определению капитализма. Ведь в нем прибавочная стоимость идет на увеличение основного капитала. Ибо капитал — вовсе не деньги, как представляют некоторые политики, а средства производства: здания, инфраструктура, оборудование, технологии, обученный персонал. СССР управлялся как огромное акционерное общество, в котором простые граждане были миноритарными, а номенклатурные работники — мажоритарными акционерами, — считает Игорь Валентинович.

Однако при этом, добавим мы, СССР был, как и Германия, магической цивилизацией с сильным корпоративным началом. И там люди объединялись в структуры, связанные преданностью великой цели, общему делу, и могли действовать, как одна сверхличность. СССР, как и Рейх, выступал идеократией. И этим он в корне отличался от других, западных общественных систем. Впервые одна магическая цивилизация столкнулась с другой. Один "гость из будущего" попробовал сокрушить другого. Грянула битва кудесников. И один смог выдержать удары, наповал разившие всех иных!

Война с СССР: надежда на шок
Напав на нас в июне 1941 года, Гитлер мог рассчитывать только на шок и трепет. Только на поражение сознания русских. Иначе это нападение превращалось в самоубийство: у Германии не имелось ни ресурсов, ни людей для победы над Советским Союзом. Замысел Гитлера понятен: нужно нанести Сталину такие страшные удары в первые же недели войны, после которых высшее руководство СССР:

— либо запросит мира на любых, самых унизительных условиях (вариант Брестского мира между Германией и ленинским режимом в 1918 г.);

— либо бежит за границу, бросив дезорганизованный СССР на произвол судьбы (как поступило польское правительство в сентябре 1939-го);

— либо произойдет военный переворот, который сместит Сталина и приведет к власти пронемецких генералов.

Теперь понятно, зачем Гитлер так рвался к Киеву, Ленинграду и Москве. Захват всех трех священных для русских центров означал глубокое поражение нашего сознания. Побочными эффектами гитлеровского блица против Советского Союза должны были стать вступление в войну против нас Японии и Турции. В этом случае вся наша государственная система могла сложиться, аки карточный домик.

Честно говоря, у Гитлера были серьезные основания для того, чтобы рассчитывать на успех. Отбросим прочь нелепые россказни о бесноватом ефрейторе, не желавшем слушать умных генералов. Перестанем слушать бредни о "самоубийстве" или о плохой работе немецкой разведки, недооценившей возможности СССР. Дело не в количестве танков и пушек, что могла произвести Советская Россия, и даже не в числе людей призывного возраста. Ищите разгадку уверенности Гитлера в победе совершенно не там, а в области психологической и метаисторической.

Немцы были уверены, что Советский Союз — колосс на глиняных ногах. К чему тогда всякие количественные показатели? Колосс может иметь тело, закованное в сталь — но ноги-то ему можно подломить. И гитлеровцы имели веские основания рассуждать именно так.

Ты, читатель, никогда не думал, что СССР был по сути фантастической страной, чужаком в ХХ столетии. Страной, которой быть по определению не могло! С точки зрения нормальной логики истории Российская империя должна была рухнуть после 1917 года так же, как рухнула империя на Дунае, Австро-Венгрия. Ее должна была постичь участь, подобная еще Османской империи, превратившейся в Турцию в кучу новых территорий, тут же отхваченных Западом под свой контроль. Наша империя, рванув изнутри со страшной силой и впав в кошмар взаимоистребительной войны, по логике вещей распадалась на три прибалтийских страны, независимую Украину, Татарский Крым, Новороссийскую и Донецко-Криворожскую республики, Восточную Белоруссию, Сибирскую республику, Центророссию, Северо-западную Россию. А еще — на самостийное Войско Донское, кучу горских республик — вместе с "державой" атамана Семенова на Дальнем Востоке, независимыми Грузией, Армений и Азербайджаном. Если вы помните, то в 1917-м поволжские татары успели учредить свой Курултай и потребовать независимости. Так что не исключено, что и отдельный Татарстан появился бы тоже. Да и Средняя Азия с Казахстаном превращались в довольно пеструю картину.

Знаете, в 1922-м году даже владивостокский либерал, адвокат Руднев носился с идеей создания града Китежа в Петропавловске-Камчатском, этакого острова-убежища от власти красных. Мол, перевезем туда судоремонтное оборудование из Владивостока и создадим карликовое государство под властью одного из Романовых. Большевики, мол, военный флот погубят и контроль за Камчаткой утратят. Посуху туда они добраться не смогут. А жить будем за счет промысла морского зверя, рыболовства и строительства флота, торгуя с Америкой и Японией. Было ясно, что в случае успеха сей "Китеж" быстро превратился бы в американский или японский марионеточный режим, в форпост для отторжения от России богатейших восточных земель да еще и в готовую базу для чужестранных военно-морских и воздушных сил. (Юрий Корольков. "Кио ку мицу" - Минск, "Беларусь", 1987 г., с.30). Слава Богу, красные сломали планы адвоката.

Но представим себе, что они сбылись, равно как и вожделения остальных охотников нарезать "государств" из тела империи. Все эти лоскутки и обрывки обречены были стать совершенно нищими, аграрными и полуаграрными "суверенами" со слабой промышленностью, валютами-"фантиками", погрязшими в государственных долгах перед банкирами Англии, Франции и Соединенных Штатов. Естественно, со слабенькими и осталыми армиями на уровне аравийского Хиджаза или Боливии. А главным их назначением была роль сырьевых придатков, обязанных бесперебойно отправлять великим западным державам и Японии уголь, нефть, руду, зерно, масло и мясо. Ну, еще всякие там лен, пеньку, лес, мед, воск и прочее. Во главе этих "суверенитетов" должны были стать "демократические власти" или мелкокалиберные диктаторы — одинаково слабые и продажные. Кстати, вот вам еще аналог из тех же лет: распавшаяся после революции 1911 года Китайская империя, превращенная в нищую территорию, переделенную между наркоторговцами, региональными генералами, националистами и коммунистами. При этом нещадно эксплуатируемая сильными державами.

Сегодня есть немало субчиков, утверждающих: ну, и надо было распадаться на части. Чего хорошего в Империи? Одним из первых это сделал Аксенов с романом "Остров Крым" в семидесятые. А теперь, особенно на Украине, новые националисты надувают щеки: мол, тогда, не потрапив "пид панування" клятых варваров-москалей, вошли бы мы в Центральную Европу.

Ну, что ожидало все эти осколки Российской империи при подобном повороте судьбы, можно увидеть на примере обломков Австро-Венгрии. Австрия и Чехословакия были поглощены отнюдь не самой сильной в мире Германией, которая и армии-то толком еще не имела. Югославия (называвшаяся еще королевством СХС) — разгромлена и оккупирована немцами в сорок первом, после чего погружена в пучину резни между православными, католиками и мусульманами. Венгрию хоть никто не съел, но она вынуждена была стать младшим партнером Третьего рейха и щедро оплатить кровью своих солдат предприятия Гитлера. Если брать Китай — то от него оттяпали Манчжурию и устроили ему беспощадную войну (вторжение японцев в 1931 г.), которая унесла свыше двадцати миллионов жизней. (К тому же, шла еще и междоусобная гражданская война.) А уж сколько китайцев погибло от беспросветной нищеты, наркотиков и периодических голодовок — один Бог знает. Дело в том, что времена на дворе стояли немилосердные, жестокие, далекие от нынешних представлений о гуманизме, глобализации и аутсорсинге. К тому же, всех терзал мировой экономический кризис, разразившийся в 1929-м. И потому драйвом эпохи стало создание тоталитарных и авторитарных империй, Не мудрствуя лукаво и не играя во всякие демократии, сильные грубо покоряли плохо лежавшие земли, захватывая источники сырья и дешевой рабочей силы, обеспечивая себе рынки сбыта и выгодные геополитические позиции.

Что ждало лоскутья Российской империи? Да примерно то же самое. Если приверженцы независимой Украины хотят знать, как на них смотрел Гитлер, они могут почитать его застольные беседы. Малороссов фюрер считал дикарями и недочеловеками почище поляков, намереваясь отобрать у украинцев их земли и недра. Свои виды на нас имели Япония, Польша, Финляндия и Турция. Это не считая английских колонизаторов и французов. Весь этот мусор мелких суверенитетов должен был стать добычей сильных и развитых хищников.

Итак, к 1920 году Российская империя должна была разлететься на клочки. Миллионы русских ждала участь людей второго сорта, на коих местные националистические лидеры должны были превратить в козлов отпущения и в объекты вымещения своих комплексов неполноценности — естественно, как "оккупантов", виновных за страдания коренных наций под сенью двуглавого орла.

Но случилось невероятное. Красные, подняв знамя с серпом и молотом, сумели практически полностью воссоединить распавшуюся империю и создали мир миров, страну-планету под названием "СССР". И так они первый раз обманули историю.

Казалось и тут их ждет гибель. Юный Советский Союз оказался конченой страной, не имеющей ни единой возможности выжить во враждебном мире. Жесточайшая гражданская война 1918-1922 годов оставила страну без золотого запаса, вынесла из нее самые квалифицированные кадры инженеров. Промышленный потенциал царских времен, и в лучшие свои времена слабенький, деградировал. Страна подверглась деиндустриализации, откатилась в архаику и натуральное хозяйство, 80 процентов ее жителей были селянами, пребывавшими в отсталости и средневековье. Никто не мог предложить СССР больших займов — ибо страна не могла их вернуть. А вскоре некому стало и давать кредиты: капиталистический мир завопил от боли и ужаса, скрученный невиданным кризисом. Казалось, Россию на сей раз спасти невозможно. Не имелось ни одного рыночного рычага, годного для решения задач ее выживания.

И тогда красные второй раз обманули злой рок. Где ослепительной мечтой, ярким образом и зажигающим сердца словом, а где кровью и железом они смогли мобилизовать страну и в невиданные раньше сроки построили экономическую сверхдержаву с мощной промышленностью и сильными вооруженными силами, в одно историческое мгновение покончив с неграмотностью и подготовив миллионы специалистов в науке и технике. Это было сделано вопреки всем тогдашним представлениям о границах возможного. И до сих пор рывок 1930-х выглядит фантастикой.

Однако ценой рывка тридцатых стала неустойчивость системы под названием "Советский Союз". Она сохранялась и все последующие десятилетия.

СССР продолжал жить вопреки логике истории ХХ века, изменяя ее — словно положенный в устоявшуюся схему мощный магнит. Он нес в себе многие черты обществ Третьего тысячелетия, намного опережая свое время. А потому окружающий мир был невероятно враждебен этому пришельцу из грядущего, все время пытаясь то отторгнуть СССР, то его уничтожить. Да и самому Союзу было неуютно и душно в мире ХХ столетия. Текущая реальность противилась СССР и извне, и изнутри. Мир в буквальном смысле старался вытолкнуть нас из себя, силился аннигилировать чужаков. Именно фантастичность Страны Советов объясняет лихорадочность, кризисность ее истории. Все приходилось делать впервые в мире, вопреки всем объективным обстоятельствам, сталкиваясь с невиданными вызовами — да еще и на технологической базе ХХ века, столь грубой и неподходящей для поставленных Союзом метаисторических задач. Нужны были нейтридные технологии и наноботы — а пришлось обходиться паровозами и токарными станками. Отсюда — столько ошибок, репрессий и метаний в нашей истории.

Уже знакомый вам Сергей Чернышев очень метко выразился насчет того, что и гитлеровская Германия, и СССР были прорывами в будущее, в метаисторию. На высшие уровни бытия. Но если немцам пришлось прыгать вверх всего на одну ступень, из стадии высокоразвитой машинной цивилизации, то русским-советским, спасаясь от небытия, пришлось с кровью сигать на целых три ступени вверх — из стадии патриархального, сельско-традиционного общества. Когда бородатые крестьяне сжигали трактора вместе с трактористами и злобно плевали при виде самолета, крестясь словно от нечистой силы. Сейчас говорят: "И не надо было прыгать, а по-прежнему оставаться аграрной страной!" Только молчат, черти, и не говорят: каким образом можно было с винтарями Мосина, коняшками да сабельками сражаться со стальными имперскими монстрами того времени, готовыми бросить в бой отравляющие газы, танки и наводящие ужас боевые самолеты. Хоть "юнкерсы", хоть "мицубиси", хоть "спитфайры" с "девуатинами".

Нам пришлось прыгать через стадии исторического развития, чтобы не быть растерзанными в немилосердном мире первой половины ХХ стогодия. Но за это пришлось заплатить неустойчивостью Красной планеты.

Наконец, Иосиф Сталин и в третий раз попытался обмануть историю. Со времен преемников Петра Первого Россия служила марионеткой для влиятельных западных сил, то и дело ввязываясь в войны в интересах английского, а затем французского и американского капиталов. На протяжении двух веков русский солдат то и дело лил свою кровь во имя строительства чужих империй. До тех пор, пока страна, ввязавшись в чуждую и ненужную ей Первую мировую, не лопнула от перегрузки и надрыва — но ценой своей смерти вспасла французов и англичан от немецкого стального натиска. Сталин же сумел добиться того, что Красная Россия заключила договор о ненападении с Германией и в начале Второй мировой осталась в стороне, предоставив Западу самому расхлебывать заваренную им кашу. И вот, в отличие от 1914 года, германец вошел в Париж и принялся мутузить Британию (столь много гадившую нам в прошлые времена), а русские солдаты не спешили стать "живым паровым катком" во имя спасения лондонской элиты. Этого западные элиты и всевластная финансовая закулиса простить красной Москве никак не могла, делая все, чтобы вернуть все на старую траекторию и стравить немцев с нами. (Простить того они не могут и до сих пор, на все лады повторяя штамп о "сговоре маньяков Гитлера и Сталина" летом 1939-го, совершенно замалчивая о собственной попытке сговора с фюрером в 1938-м.)

В силу всех этих причин к 1941 году СССР как система был крайне нестабилен. Рывок тридцатых, потребовав от народа множества жертв, породил миллионы тех, кто ненавидел Сталина и советскую власть. Кто-то пострадал безвинно, а кто-то — из-за своей ограниченности. (Люди в большинстве не склонны к логическому системному мышлению и не могли понять, что без сильной индустрии, созданной в сжатые сроки, страна падет добычей жестоких завоевателей. А ограниченные крестьяне вообще не видели дальше околицы родного села.) Как бы то ни было, а в стране имелось немало озлобленных, способных стать пятой колонной агрессора. И еще множество тех, кто в случае войны был готов просто бросить оружие и сдаться в плен или утечь до дому.

Именно эту чудовищную внутреннюю напряженность немцы чувствовали и пытались использовать. Они считали, что Союз походит на раздувшийся от внутреннего давления шар. Или самовзрывающийся плод диковинного тропического растения в стадии перезрева. Ткни в него — и он как лопнет!

Невероятное напряжение царило и в правящем эшелоне СССР. Утверждения о том, что Сталин был всевластным диктатором, способным кроить реальность по собственному хотению — сказки. Драма заключалась в том, что в 1917-м к власти пришли те, кто желал зажечь пожар мировой революции, а Россию рассматривал как топливо для костра, как страну, которую не жалко выпотрошить для этого заживо — а потом отбросить прочь за ненадобностью. Люди с такими взглядами составили государственный аппарат раннего СССР, верхушку его армии и спецлужб. Никакой Красной империи взамен рухнувшей царской они строить не желали. А Сталин ее строил. И к 1937 году был просто вынужден уничтожить революционную элиту как совершенно негодную для задач создания мощной индустриальной державы. И не просто негодную, но и вредную. Ведь она не пускала наверх и душила тех, кто умел строить и созидать, а не подрывную работу вести или зажигательные речи произносить. Обстановка была сродни нынешней, когда революционная элита 1990-х годов, умеющая только приватизировать, запускать ручонки в казну, отнимать и делить, в 2000-х оказалась совершенно бессильной что-либо строить и развивать, превратившись в настоящую удавку на шее страны. Но если, скажем, Путин 2000-2008 годов оказался заложником такой верхушки и обрек РФ на позорный застой, то Сталин в 1937-м не побоялся физически перебить прежнюю партийно-государственную знать.

Но сколько же уцелевших чиновников и партийных функционеров возненавидели Сталина за этот шаг! Сколькие к сорок первому году желали сбросить его с трона любой ценой!

Все это усугублялось стремлением Сталина ограничить власть коммунистической партии. С 1936 года он предпринимает большие усилия для того, чтобы отстранить партию от руководства экономикой и госаппаратом, оставив в ее ведении только постановку стратегических целей, подбор кадров и идеологическую борьбу. Сталин даже пробовал провести первые выборы в советы на конкурентной основе. Но партийные чиновники властью поступаться не желали. (Эти попытки И.В.С. подробно, строго на документальной основе описаны историком Ю.Жуковым в трудах "Неизвестный Сталин" и "Сталин: тайны власти".) Потерпев неудачу с выборами, Сталин занялся истреблением старых кадров, а в 1938-м вновь вернулся к попытке разгосударствить коммунистическую партию. Однако и здесь дело шло крайне трудно, сопровождаясь мучительными перестройками аппарата управления, сокращением и восстановлением наркоматов-министерств.

Поэтому Гитлер с полным правом мог рассчитывать на возможный государственный переворот в Москве в случае крупных поражений советских войск на западной границе. Мол, несколько чудовищных окружений-"котлов", разгромленных армий и взятых городов — и Сталина вполне могут сместить заговорщики, которые затем ради сохранения власти пойдут на капитуляцию перед Германией. Причем новая власть не обязательно могла быть коммунистической. Вполне просматривался вариант генерала-диктатора, который объявил бы о запрещении компартии, роспуске колхозов и приватизации части экономики. Для переворота в Москве совсем не обязательно было доходить до Урала. Хватило бы и поражающих психику советской верхушки операций в Белоруссии, Прибалтике и на Украине.

Наконец, назовем еще один фактор неустойчивости Советского Союза в 1941 году. Назовем его незрелостью советской машинно-индустриальной цивилизации.

Основную массу офицеров и солдат Красной армии 1941 года составляли вчерашние крестьяне или крестьянские дети. Они еще не научились толком использовать все возможности техники. Носители крестьянского по структуре сознания по определению уступали немцам, детям цивилизации механизированной, городской, стальной. Горожанин в "войне моторов" безусловно выигрывает у крестьянина. Немцы в своей индустриальной революции на 60-70 лет опережали русских. Поэтому СССР, конечно, превосходил Германию по числу танков, пушек, самолетов. Однако управляли всем этим сельские, в общем-то, хлопцы. А потому армада, сконцентрированная Москвой у границ СССР к лету сорок первого, оставляла желать много лучшего в вопросах организации частей, в деле связи и взаимодействия. Мы еще не умели пользоваться новой для себя моторизованно-бронированной мощью, причем неумение это распространялось и на высший командный состав. Вот хрестоматийные примеры. Скажем, создавая мощный танк Т-34, его снабдили толстой броней и сильной пушкой, способной сразить любой танк Третьего рейха. Но при этом его снабдили убогими системами наблюдения за полем боя. Если у немцев стояла хорошая оптика, то на ранних "тридцатьчетверках" — примитивный перископ из двух отполированных стальных листов-зеркал. Разглядеть из него что-нибудь было невозможно. У немецких танков имелась на башне командирская башенка для озирания поля боя, и у Т-34 сначала ее не было. То же самое и в организации: зрелые "индустриальщики", немцы создали компактные танковые дивизии, введя в их состав автомобилизированные части сопровождения: пехотные, артиллерийские, инженерно-саперные, связи и разведки, мобильные техслужбы. Получился довольно совершенный боевой механизм, способный самостоятельно решать многие задачи. Наши же незрелые умы увлеклись созданием громадных танковых орд, лишенных таких же мобильных стрелков, пушкарей, саперов и т.д.

Как это ни обидно для русской гордости, но больше всего в сорок первом мы походили на турок XVIII столетия и даже более позднего времени. У тех турок-османлисов, читатель, формально имелся отличный флот: с прекрасными по тем временам многопалубными парусными линкорами, ходкими и с днищами, обшитыми медными листами. Ведь строились эти линейные корабли и линкоры по лучшим западным образцам. Имелись на османском флоте отличные пушки, отлитые в Англии и Франции. Однако экипажи кораблей, все эти гальонджи-матросы, по психологии своей отставали от имевшейся у них техники на целую эпоху. И поэтому турки всегда, сталкиваясь с меньшими силами русских, терпели сокрушительное поражение, невзирая на техническое совершенство своих кораблей и численный перевес. Хотя у русских корабли были зачастую даже хуже по качеству. Восемнадцатый век принес сокрушительные поражения турецкого флота — при Чесме, Очакове, Калиакрии, Фидониси. Адмирал Ушаков буквально вымел турецкие ВМС из Черного моря. Позже турки также терпят морские поражения: при Наварине и Синопе. И даже в войну 1877-1878 годов, когда Турция обладала подавляющим превосходством на Черном море и Дунае (броненосцы, паровые бронепалубные фрегаты и канонерские лодки, мониторы), она не смогла противостоять русским на небронированных пароходах и хрупких паровых катерах. Причина — все та же. В отставании развития людей, все еще принадлежавших аграрно-средневековой эпохе.

Вот и мы в 1941-м походили на турок. Правда, турки так и не смогли преодолеть разрыва, не выиграв ни одной битвы. А вот мы учились очень быстро и скоро стали наносить поражения западному врагу. Однако в июне 1941-го все было еще впереди, и техника с оружием в Красной армии оказались в руках еще неученых.

Крестьянское "вчера" русских-советских предопределило многое в катастрофе сорок первого. Например, мы по-детски увлеклись созданием громадных по численности соединений, погнались за количеством дивизий и мехкорпусов, совершенно забыв о технологиях организации и связи. И без этого сильнейшая на бумаге армия превратилась в неуправляемую по сути массу. РККА лета сорок первого перешла порог сложности, возможности штабов с их телефонами, посыльными и громоздкими радиостанциями на порядок не соответствовали тем сложным организмам, коими штабы должны были управлять. Или чего стоили все тысячи советских самолетов, если авиация не управлялась, как у гитлеровцев, централизованно, оказалась раскиданной по фронтам, да еще не имела ни радиосвязи, ни развитой службы наземных наводчиков? Поэтому численное превосходство красного воздушного флота оказалось сведенным на нет, враг бил наших пилотов пачками, а единственным видом авиации, имевшим централизованное командование, была тяжелобомбардировочная авиация. Ее-то и пришлось бросать на решение фронтовых задач, без прикрытия истребителями. Отчего и она погибла.

А против нас стоял меньший по численности, но зато лучше организованный и управляемый враг, уже получивший бесценный опыт молниеносной войны. Кстати, а вы не задумывались, в силах ли люди с крестьянской психологией быстро постичь секреты молниеносной войны-психотриллера? Ведь блицкриг — это борьба не за пространство, а за время. Блицкриг подразумевает бешеный темп операций, действие на опережение, согласование во времени множества как бы разрозненных операций. Вспомните операции немцев в Европе, напоминавшие хорошо разработанные или сымпровизированные гангстерские акции. Тут надо было увязывать действия подпольщиков из пятой колонны, акции высадившегося воздушного десанта, движения танково-механизированных кулаков, маневры флота и налеты ВВС. Войны в таком темпе могли вести только люди, отцы и деды коих давно привыкли к ритму жизни с секундами и минутами на циферблате, люди городские и индустриальные. С развитым чувством линейного времени, выработанным среди заводов и фабрик, среди станков и машин, в царстве хронометража, графиков и диаграмм.

А русские в душе оставались крестьянами, чье время - неспешно и циклично. Крестьянин не знал, что такое секунды и минуты. Сами наручные часы в нашей стране тогда были величайшей редкостью. Естественно, наши не смогли до конца понять, какой противник нам противостоит. И реальное столкновение с ним стало для русских беспримерным по тяжести потрясением.

К тому же, и досоветская история Россия имела примеры развала частей с крестьянской психологией при столкновении с индустриальным противником. Если вы прочитаете записки графа Игнатьева ("Пятьдесят лет в строю") в части, касающейся Русско-японской войны, то узнаете, что уже в 1904 году он встречал солдат, норовивших уйти с фронта домой, приговаривая: "Не наша это война — пора по домам двигать". А развал русской армии в Первую мировую вообще стал притчей во языцех. Вот и в сорок первом немцы рассчитывали на формулу: "Потрясение — развал — массовое дезертирство — шок".

Но мы смогли с ними справиться и не сломились, разрази меня гром! Более того, смогли совместить крестьянскую стойкость с технической сметкой!

Да, Гитлер не так уж и ошибался, рассматривая вооруженные силы СССР 1941 года как плохо организованные полчища, которые можно рассеивать, рассекать и окружать, как делали подобное небольшие силы Александра Македонского с нестройными ратями персов. Кое-что чувствовал и Сталин, изо всех сил старавшийся оттянуть во времени войну с Германией. Догадывался он о незрелости, "сырости" советской военной системы. Чай, не зря изучал итоги и уроки войны с финнами в сороковом. Понимал, что юные, в общем-то, военные силы индустриального СССР страдают множеством детских болезней роста, и это тоже - последствия перепрыгивания, совершенного страной через ступени исторического развития...

Итак, с чисто материальных позиций СССР был несокрушим. Но в психологическо-моральной сфере он действительно был нестабильной системой в опасном периоде развития. И уничтожить нашу страну немцы могли только с помощью все того же блицкрига-психотриллера.

Что они и попытались сделать!

Несомненные успехи Гитлера
Надо сказать, немцы сделали для этого очень много. Хотя тотальной мобилизации своей экономики они так и не провели, народ свой на диету из маргарина и брюквы не посадили, однако к нападению подготовились намного лучше, чем к сороковому году на Западе. Они смогли нанести нам тяжелейшие поражения летом-осенью сорок первого, пустив в ход многое из своего футуристического арсенала.

Здесь была виртуозная дезинформация со сосредоточением войск у наших границ — при создании полного впечатления, что сами немцы к войне не готовы.

Здесь были умелые действия спецназа и немецкой агентуры в приграничной полосе.

Здесь немцы на полную мощь применили свою революционную тактику военно-воздушных сил, показав чудеса организации ударов, централизованного использования авиации, высокоточного уничтожения ключевых пунктов русского сопротивления, применения связи и наведения ударов с земли. Благодаря этому они разгромили и превосходящие их в числе сталинские ВВС. Вспомните только, как начиналась война! С бомбежек Минска и Киева. Они носили характер прежде всего психологических ударов. Вспомните панику, охватывавшую миллионы людей в СССР страшными летом-осенью 1941-го.

Да, готовились немцы не к классическому вторжению, а именно к войне на поражение сознания русских, к грандиозной подрывной операции, к взрыву СССР изнутри.

"…Представитель министерства иностранных дел Кэвендиш-Бентинк, председательствовавший на заседаниях объединенного разведывательного комитета, где присутствовали начальники разведывательных управлений видов вооруженных сил и их коллеги из других министерств, пишет:

"В начале 1941 года, в марте или конце февраля, мое внимание привлекли сообщения из Польши о том, что немцы увеличивают длину взлетно-посадочных полос на аэродромах … и укрепляют их покрытие. Я подумал, что это вряд ли делается для нужд гражданского воздушного флота. Чуть позднее мы получили информацию о том, что немцы начали снова субсидировать антисоветские организации на Кавказе. Эти факты побудили меня предложить коллегам по объединенному разведывательному комитету, чтобы наш штаб занялся составлением доклада по вопросу о возможности нападения Германии на Советский Союз.

Доклад был составлен на основе различной информации помимо упомянутых двух фактов. Хорошо помню, как офицер, секретарь объединенного разведывательного комитета, заявил мне, что наш штаб сошел с ума, предсказывая, что немцы в скором времени нападут на Россию. Когда я сказал ему, что предложение о подготовке доклада — моя инициатива, офицер бросил на меня презрительный взгляд (к таким взглядам я постепенно привык за период с 1939 по 1945 год). Насколько мне помнится, потребовалось некоторое время, чтобы убедить комитет начальников штабов в намерении немцев напасть на Россию.

Примерно 10 июня я провел около получаса в кабинете Антони Идена в министерстве иностранных дел…" (Дональд Маклахлан. "Тайны английской разведки" — Москва, издательство МО СССР, 1971 г., с. 251-252).

Как говорится, комментарии излишни. Немцы готовились к нападению так, что в это нападение почти никто не верил. Да еще и финансируя мятежные элементы внутри нашей страны!

И до сих пор многие, ругая почем свет стоит Сталина с коммунистами, говорят: глядите, какие они уроды! Вот при царе, когда мы тоже воевали с немцами, мы полстраны не теряли. Господи, сами вы уроды, антисоветчики хреновы! В Первую мировую русским пришлось воевать с врагом из той же эпохи. Разница заключалась лишь в лучшем материально-техническом оснащении немцев. К тому же, в 1914-м мы первыми вторглись на немецкую территорию — в Восточную Пруссию. А вот в 1941-м мы столкнулись с врагом из следующей эпохи, поистине - с пришельцами из грядущего, которые, к тому же, смогли ударить первыми!

Немцы смогли на всю катушку использовать эффект Нового Оружия, стратегию блицкрига, бросив на нас прекрасно организованные танковые и механизированные дивизии, которые, уступая советским по численности собственно танков, на три головы опережали нас по структуре и продуманности вооружения. Именно благодаря этому немцы размололи в куски пятимиллионную армию Сталина, устроив поражающие сознание военные катастрофы под Минском, Киевом, Ельней. Стремительный бросок немцев в Прибалтике обезвредил красный Балтийский флот, заперев в узости Финского залива и тяжелые корабли русских, и наши подводные лодки. В итоге немцы отвели угрозу от своих путей снабжения железной рудой и ценными металлами, которые шли через Балтику. А смелые удары на Юге сняли угрозу русских ударов по "нефтяному сердцу" Рейха — Румынии и Венгрии.

Да, Гитлер и его соратники смогли сделать очень многое. Но просчитались в одном: им противостоял Сталин. Человек из металла, "парень грубого помола" — а не западные демократически слизняки, легко впадавшие в ступор и истерику. Сталин, с его броневой волей, смог не утерять контроля над ситуацией. Вопреки распространяемым байкам о "недельном параличе" и об исчезновении Сталина из Кремля в первые дни войны, он с первого дня войны напряженно боролся с нашествием, преодолевая чудовищные поражения. И это принесло свои плоды.

Отметим только, что с самого начала немцам пришлось иметь дело с совершенно иным обществом, нежели на Западе. В СССР не имелось той свободы масс-медиа, которую вовсю использовали для распространения ужаса и деморализации в Европе. В СССР умели бороться с паникерами. В СССР у людей изъяли радиоприемники, что сразу же дало Сталину возможность контролировать воздействие пропаганды на умы. Ведь ни Интернета, ни широкодоступного телевидения в сорок первом и в помине не имелось, а газеты, кинохроника и вещание по проводному радио (радиоточки) оставались целиком в руках советского правительства. Гитлер мог использовать в войне с нами лишь ошеломительные военные победы, устные слухи да листовки.

И все же нам пришлось тяжко.

Накануне: "артподготовка" психовойны
А ведь Гитлер пробовал сломить волю Сталина еще накануне 22 июня сорок первого. В ход пошел один из приемов, который Германия в 1938-м с успехом применила против Франции. Помните, как руководство Люфтваффе поразило воображение будущей жертвы, показав генералу Вюймелену все последние новинки своих Люфтваффе и даже продемонстрировало несуществующий на самом деле серийный, сверхскоростной истребитель? Так вот: нечто подобное немцы попробовали проделать и с нами. И снова в роли пси-оружия выступила техника гитлеровских ВВС.

И тут я передаю слово замечательному человеку — Виктору Никифоровичу Бугайскому, сталинскому конструктору, который начинал карьеру в 1934 году в конструкторском бюро знаменитого Ильюшина, а закончил ее в 1982-м - участником разработки воздушно-космического корабля "Буран". За свою долгую жизнь он создавал и бронированные штурмовики, и пассажирские самолеты, и реактивные бомбардировщики, и межконтинентальные ракеты, и "крылатки", и орбитальные станции. Словом, его воспоминаниям, изданным мизерным тиражом в тысячу экземпляров, можно доверять. Итак:

"…На аэродром "Чкаловский" прилетели из Германии самолеты "Мессершмитт-109", "Мессершмитт-110", "Юнкерс-88" и "Хейнкель-111". Это были современные для того времени самолеты… Кроме этого, многим советским специалистам в Германии показали авиационные заводы, на которых шло массовое производство военных самолетов. Внешне казалось, что немецкое правительство открывает нам свои самые большие секреты… Вот, мол, мы какие. Какое вам оказываем доверие. Вы нам можете поверить.

На самом деле у немецкого правительства были другие цели: это была демонстрация силы, нас запугивали.

Немецкое командование знало, что на вооружении ВВС Красной Армии в то время стояли истребители И-15 и И-16, бомбардировщики ТБ-3 и ДБ-3, по своим летно-техническим характеристикам значительно уступавшие немецким самолетам. Знакомство советских специалистов с образцами немецкой военной техники практически ничего нам не давало. Чтобы даже скопировать немецкие самолеты и организовать их выпуск, нужны годы. А немцы знали, что времени для этого у нас не было. Единственная цель знакомства наших специалистов с современными образцами военной авиационной техники — это показ-демонстрация могущества немецких ВВС и пренебрежение к нам…

В то время, благодаря колоссальному вниманию руководства партии и особо И.В.Сталина у нас уже была довольно сильная современная авиапромышленность, и в конструкторских бюро … были созданы образцы самолетов, превосходящих немецкую авиационную технику. Работа по созданию новых образцов … шла днем и ночью. Рабочий день продолжался 12-14 часов. Мы все знали, что война неизбежна, поэтому работали с полной отдачей сил. Но нам безумно не хватало времени. Цикл создания самолета довольно длителен…

Нужны годы. Мы все делали, чтобы сократить сроки. Но отведенного нам историей времени было очень мало, поэтому мы подошли к войне в тот момент, когда шло широкое внедрение в серийное производство самолетов Ил-2, Як-1, МиГ-3, ЛаГГ-3 и Пе-2. Нам не хватило года, максимум двух лет — и мы были бы, как говорится, на коне. Вот почему советское руководство делало все, чтобы насколько можно оттянуть начало войны…"

Ну, а к воспоминаниям конструктора добавим, что накануне советскую делегацию в Германии возили по 219 объектам Люфтваффе и немецкого авиапрома, что позволило нашим не только увидеть и закупить новейшие машины Гитлера, но и оценить ежемесячное производство боевых самолетов в Рейхе. Именно эта оценка (до 60-ти ежедневно) и стала для Сталина ориентиром для наращивания своего производства.

Вот вам и разница между поведением французов и сталинской России. Французы, увидев новинки Люфтваффе, сникли, опустили плечи. Сталинцы, узрев высокотехнологичные немецкие машины, бросились пахать с утроенной энергией. Французы даже не попробовали нарастить производство самолетов, получая только 60 машин в месяц. Сталин же сумел запустить выпуск новейших машин, хотя и в самый канун войны. Франция, словно зрелое яблоко, пала к ногам Гитлера. А вот железная воля Красного императора не поддалась умелому психологическому удару. И это тогда, когда, по словам Бугайского, настоящая индустриализация страны продолжалась каких-то десять лет — с 1929-го! Это тогда, когда нам пришлось противостоять силе, начавшей индустриализацию на век раньше русских! Смотрите: 28-летнего Бугайского тогда делают заместителем "звезды первой величины" — самого Ильюшина!

Так вот, читатель. Русские сталинского времени — это вам не западные размазни. Это — орешки ой какие твердые!

И все-таки Гитлер смог найти слабину Сталина!

"Неожиданное нападение"
Пожалуй, самой успешной операцией фюрера по поражению сознания высшего советского руководства стало "неожиданное нападение" 22 июня 1941 года.

Огромной психопобедой Гитлера над Сталиным стало то, что немцы смогли представить стягивание своих сил к границам СССР как блеф, как обманный ход. Именно это позволило им на все сто процентов воспользоваться возможностью первого удара и смести поочередно все три эшелона Красной армии, практически уничтожив ее в первоначальном виде.

Такой смеси блефа, умелой дезинформации и психотехник еще не было в истории. И поныне историки с публицистами исписывают толстенные тома, пытаясь разгадать загадку странной доверчивости Сталина. Почему, дескать, он не внял многочисленным предупреждениям об агрессии Германии. Все еще бытует примитивная поп-версия: мол, Сталин был таким параноиком и идиотом, что не верил куче донесений от умных-преумных разведчиков, в карты не смотрел — а потому во всем виноват он один. Ну, может еще и Берия, который Хозяину умело подыгрывал и грозил стереть в лагерную пыль всякого, чьи донесения расходились с мнением Самого.

Чушь все это! Не мог Сталин с его звериной подозрительностью быть настолько доверчивым. Историю с донесениями разведки давно уже разоблачили серьезные авторы. Их было слишком много, их даты разнились. И это вполне могло быть дезинформацией — а Сталин очень не хотел того, чтобы русские, как при царях, воевали за английские интересы. Дело тут совсем в другом: в столкновении разных миров, разных типов сознания. В том, что Гитлер смог разгадать мировоззрение Сталина и включить его в свой сценарий действий, а вот Иосиф Виссарионович подобного сделать не смог. Хотя очень старался!

Итак, Сталин — сугубый рационалист и железный логик. Поставьте себя на его место. Итак, начнем. Что нам известно в начале июня 1941 года?

Факт первый. Германия к войне не готова. По донесениям той же разведки, промышленность Рейха неотмобилизована. Сеть "Красной капеллы" устами суперкрота, агента Харнака, доносит в Москву, что запасы стратегического сырья у немцев — куцые. А уж о том, что немцы не позаботились ни о полушубках, ни о морозостойкой смазке для оружия — об этом еще Резун-Суворов красочно написал.

Факт второй. Германия боится войны на два фронта. А она уже воюет в Северной Африке и имеет на Западе недобитую Англию. Неужели она рискнет ввязаться еще и в войну с Россией, не решив английскую проблему, да еще и при неотмобилизованной экономике? По железной логике, немцы должны либо готовиться к высадке в Англии, либо добиваться заключения мира с Лондоном.

Факт третий. Развертывание немецких войск вдоль границы с СССР — это обычная практика страны, которая зажата меж двух "жерновов". Если ты готовишься вести войну на Западе (против Англии), а с востока над тобой нависает русский колосс, то логично перед высадкой на Британские острова организовать заслон на востоке — от неожиданного удара со стороны СССР. А то, что немцы могут готовиться к броску через Ла-Манш, подтверждается "репетицией", грандиозной операцией по захвату острова Крит с воздуха в мае 1941-го.

Факт четвертый. Британская империя трещит по всем швам. Ее сила подорвана. Единственная надежда англичан на спасение — это столкновение немцев с русскими. Сталин знает, что именно так англичане спасали свое могущество, сражаясь за империю "до последнего русского". Они в свое время сумели потянуть в кильватере своей политики царскую Россию, столкнув ее с Наполеоном в начале XIX столетия и со Вторым рейхом в 1914-м. В обоих случаях англичане с помощью дворцового заговора, дезинформации, пропаганды, подкупов и кредитного "капкана" сорвали попытки сближения России и с Наполеоном (при Павле Первом, которого пришлось устранять с помощью финансируемого из Лондона заговора), и с кайзером (аннулированный Бьоркский договор 1907 года). Неужели британцы изменили своей стратегии в сорок первом? Скорее всего, они опять постараются спастись, спровоцировав русско-немецкое столкновение. И, пока фрицы с иванами будут истреблять друг друга, Англия превратится в "обезьяну на холме".

Скорее всего, думал Сталин, англичане специально подсовывают мне секретные донесения о готовящемся нападении Гитлера на СССР. Так, чтобы я повелся и начал войну. Нет, нельзя поддаваться на провокацию!

Имея эти факты, рационалист Сталин в нападение Гитлера летом сорок первого не верил. По всем основаниям такого случиться не могло.

Но Сталин не учел еще одного факта: против него стоит существо с совершенно иным мышлением — не с логичным и аналитическим, а с хаотичным и интуитивным. Маг, а не живой компьютер. Тот, кто действительно может ринуться в бой, не обладая ни запасом сырья, ни теплых вещей для зимы. Теперь-то мы знаем, что Гитлер задумал устранить последнюю надежду Англии - русских. Русских, которые последние два века англичан всегда спасали и тупо служили Лондону в роли "штрафбата", "пушечного мяса". И Гитлер, судя по всему, прекрасно вник в безупречную логику Сталина, всячески поддержав видимость того, что первым на СССР не нападет. Он смог сделать Сталина фактором своей игры, частью своего сценария.

Для этого Гитлер умело использовал два обстоятельства — и великолепно сработанный в 1941-м поток дезинформации, и общую слабость предвоенных разведок всех стран мира — отсутствие сильного аналитического аппарата. И немцы действительно смогли утопить советское руководство в водопадах противоречивой информации. Как говорил мне Владимир Кравченко, бывший директор НИИ инфосистем при Первом главноуправлении КГБ СССР, все обращают внимание на кучу верных сообщений о грядущем нападении. Но они умалчивают о том, что были и "монбланы" умелой дезинформации. Миф о том, что советская разведка обо всем докладывала точно, развеян самими разведчиками. Например, Павлом Судоплатовым. И Зорге передавал противоречивые данные, и другие источники. Право, не будем вдаваться в эту тему — она рискует растянуться на целую книгу. Ограничимся констатацией факта: Гитлеру удалось провести информационно-психологическую войну, создав у Москвы впечатление того, что он не собирается бить первым.

Немцам это удалось.

Фактор "Х"
Знаешь, читатель, мы не собираемся здесь детально раскладывать катастрофу 1941 года. Может быть, когда-нибудь — с применением компьютерных моделей и трехмерных изображений, мы воссоздадим картину страшного времени, учтя в ней движения сотен дивизий. Только привлекая коллективный разум, мы сумеем до конца разобраться в картине драматических событий.

Здесь же мы хотим разобраться: что за таинственный фактор "Х" не дал нашей стране развалиться в то время? Что было предпринято в той каше? Что позволило спасти нестабильную систему "СССР"? Что за таинственное "силовое поле" простерлось над нами?

И тут мы вновь упираемся в фигуру усатого вождя с трубкой. В его несгибаемую волю и способность вести борьбу до конца. Хотя по официальной точке зрения в "трехцветной бывшей России" Сталин только и делал, что мешал народу одержать победу над Гитлером.

Изучая его деятельность не по кривым зеркалам художественных произведений, а по скучным научным работам с массой статистических таблиц и архивных ссылок, убеждаешься: Сталин задолго до войны готовился к худшему повороту дела. Конечно, не во всем — и роспуск партизанских отрядов тридцатых тому доказательство. Но если брать экономику, то картина выходит совершенно иной. Е.В.Хохлов, отечественный исследователь военной экономики СССР, отмечает: страну в сорок первом спасло то, что с начала тридцатых годов сталинское правительство упорно, вопреки всем экономическим выгодам, развивало уральскую промышленную зону. Сибирские и уральские руды были скверными по качеству, пылеватыми. Производство металла и машин на Урале было намного дороже, чем в Южном промышленном районе с его Донбассом. И, тем не менее, Сталин поднимал и Урал тоже, создавая для него автономное обеспечение углем, рудой, электричеством, чугуном и сталью, прокатом, агломератами и марганцем, металлодобавками и ферросплавами. На Востоке поднялись Магнитогорский и Кузнецкий металлургические гиганты. На Дальнем Востоке построили "бастион труда и обороны — Комсомольск-на-Амуре, центр авиа— и судостроения. Комсомольцы в войну снабжали фронт истребителями.

(В СНОСКУ: Е.В.Хохлов. "Военная экономика СССР накануне и в годы Второй мировой войны" — Издательство Санкт-Петербургского университета, 2005 г., с. 124-125)

Зачем все это делалось? Для того, чтобы максимально защитить промышленные центры от налетов бомбардировщиков врага и от действий его диверсионных групп. И это было возможно только в условиях СССР, когда заводы и промкомплексы создавались за счет государства, а не по воле капиталистов. Если бы в тридцатые индустриализация шла на либерально-рыночных началах, то господа бизнесмены вкладывали бы деньги в Донбасс и Центральный промышленный район. Но именно они и попали под удар немцев в начале войны! Вот и получилось, что Сталин каким-то образом предвидел и худший вариант. Урал выручил нас. Страна смогла выстоять, потеряв и Южный, и Северо-Западный, и Центральный промышленный районы.

С 1937 года Сталин начинает странную с нынешних понятий экономическую политику. Осваивает вторую нефтепромышленную базу между Волгой и Уралом. Создает по всей стране предприятия-дублеры по машиностроению, нефтепереработке и химии. Так, чтобы потеряв одни, сохранить другие. При этом по возможности заводы должны работать на местной сырьевой базе, автаркично. С 1939 года запрещается новое строительство в старых, освоенных индустриальных центрах — Москве, Ленинграде, Киеве, Харькове, Ростове-на-Дону, Горьком и Свердловске. Теперь упор делают на развитие производств в каждом регионе, удовлетворяя его основные экономические потребности в топливе, строительных материалах, энергии, продовольствии и одежде. Зачем? Чтобы по максимуму сократить объем перевозок на дальние расстояния. Вокруг крупных городов создаются картофельно-овощные и животноводческие базы. Разрешается использовать для сельского хозяйства площади садово-паркового хозяйства. Создается впечатление, что Сталин готовится не к простой войне (когда железные дороги могут быть парализованы налетами с воздуха), а к войне атомной. Или, на худой конец, к налетам на СССР воздушных армад из тысяч "летающих крепостей". Как мы понимаем, все эти меры никак не вязались с доктриной победоносного наступления Красной армии на Европу с первого дня войны. Сталин создавал резервы, страховал страну от неожиданностей, предусматривал самый худший вариант развития ситуации. И это также выручило нас в сорок первом!

Катастрофа лета сорок первого стала тяжелым ударом и по Сталину. Но, вопреки россказням перестроечных "обличителей", он не впадал в ступор, а с самого начала начал борьбу. Сдаваться он не собирался. И именно его воля стала тем "фактором Х", о который расшибся психотриллер-блицкриг Гитлера. На пути вихря выросла сталь. И победила вихрь!

Давайте попробуем проследить некоторые вехи сталинских действий в то страшное время.

Опасный кризис 29.06.41 года
Первая неделя войны оказалась материализовавшимся кошмаром. Управление войсками из Москвы было потеряно.

По воспоминаниям Микояна, Сталин в тот день отправился вместе с ним, Берия, Маленковым и Молотовым в наркомат обороны. Нарком Тимошенко по телефону не мог сказать ничего о положении на Западном фронте. Приехав, Сталин застал в кабинете Тимошенко Жукова и Ватутина. (Жуков — начальник Генштаба с 13 января 1941 г., Ватутин — его заместитель). Полчаса вождь СССР пытался выяснить — где командование Западного фронта, почему случился такой грандиозный немецкий прорыв и что делается, чтобы восстановить связь. Жуков ответил, что не знает, когда восстановится связь. И тогда Сталин вспылил. Он накричал на Жукова, обвиняя того в том, что тот потерял связь и никем не командует. Разве штаб может руководить без связи?

Дальнейшие события излагаются по-разному. По Микояну, Жуков разрыдался и убежал в соседнюю комнату, где его успокаивал Молотов. По словам Молотова (переданным через писателя Стаднюка) Иосиф Виссарионович обзывал Жукова, Тимошенко и Ватутина бездарями, ничтожествами, ротными писаришками, портяночниками. И тут якобы Жуков послал Сталина по матери, потребовав покинуть кабинет и не мешать работать. После чего побелевший Сталин ретировался. Если учесть, что позже Жуков, даже по телефону разговаривая со Сталиным, неизменно вставал, в историю с посыланием вождя всерьез не воспринимаешь.

В этот момент положение стало крайне опасным. Сталин ткнул товарищей большезвездных военных носом в дерьмо. Безобразная связь — целиком на их совести. Уже на следующий день Тимошенко сняли с поста наркома и отправили командовать Западным фронтом, а Ватутина — сделали начшатаба Северо-Западного фронта. Вся власть в стране 30 июня перешла в руки Государственного комитета обороны во главе с И.В.С.

А в ночь с 29 на 30 июня Берия сидел в своем кабинете на Лубянке и принимал доклады своих подчиненных: они отслеживали все подозрительные движения в столице. Так, чтобы вовремя среагировать на попытку военного переворота.

Разумная мера! Действительно, обиженные военные иерархи обладали возможностями свергнуть или уничтожить Сталина, составив новое правительство. А если учесть, что командующий Западным фронтом Павлов перед войной вел интересные разговоры о том, что в случае победы немцев ему, де, хуже не будет, то не исключено, что переворот мог окончиться мирными переговорами с Гитлером и принятием его условий.

29 июля Сталин стал наркомом обороны, а 8 августа - Главковерхом, приняв на себя всю ответственность. А еще 13 июля Берия добился назначения командира отборной дивизии НКВД Артемьева начальником Московского военного округа. Так Берия готовился к возможному прорыву Гитлера к самой столице, что могло породить панику, хаос и потерю управления. Так чисто военные меры умело сочетались с полицейско-жандармскими. И, как окажется потом, мера была совершенно оправданной. (Ю.Жуков. "Сталин — тайны власти" — Москва, "Вагриус", 2005 г., с. 120).

Так высшее руководство СССР, не потеряв головы, смогло удержать ситуацию под контролем и побороть последствия шока, поразившего страну.

Отметим также знаменитое выступление Сталина по радио 3 июля 1941-го. Помните, когда он обратился к людям со словами "Братья и сестры"? Так вот — современники единодушно отмечают, какое магическое действие оно произвело на всех. Поток добровольцев на призывных пунктах увеличился в разы.

Попытка московского "психоудара": октябрь 1941-го
Не думай, читатель, что немцы не пробовали сделать с Москвой то, что они делали с Варшавой и Копенгагеном, Осло и Гаагой, Парижем и Брюсселем. В сорок первом у них был огромный опыт зажигания паники в столицах стран-жертв агрессии. И они попробовали применить ту же "психостратегию" и для взятия Москвы.

Я бы многое дал за то, чтобы взять интервью у самого Иосифа Виссарионовича. Меня поражает то, как он учуял угрозу немецких налетов на столицу. Скорее всего, он знал, какую панику наводит одна лишь угроза Люфтваффе крупным городам. Наверное, изучал Красный Император информационные сводки о том, что творилось в Праге, скажем, или в Роттердаме. Он боялся не тотального разрушения города, а прежде всего дикой волны страха. Именно И.В.С. распорядился в первый же месяц войны стянуть для защиты Москвы тридцать авиационных полков и громадное число зенитных "стволов", своим личным распоряжением разделив ПВО столицы на четыре сектора — по картушке компаса. Я еще в детстве читал об этом в мемуарах великого русского летчика-испытателя Петра Стефановского "Триста неизвестных" (сам Стефановский командовал западным сектором ПВО города).

Тогда Сталин поинтересовался, сколько заместителей у командующего авиакорпусом обороны столицы. Узнав, что зам — всего один, покачал головой и заявил: мол, со времен Римской империи известно, что один человек может хорошо управлять не более, чем пятью подчиненными. И тут же, на карте, разделил ПВО Москвы на четыре "дольки": западную, восточную, северную и южную. В каждую был назначен свой начальник, подчиненный командиру оборонительного корпуса.

И вот в ночь на 22 июля 1941 года на Москву устремились 220 гитлеровских бомбардировщика. Их встретили 796 зенитных орудий среднего калибра и 248 — малого. Отбили налет. И отбивали все остальные нападения с неба.

Как немцы пытались сломить волю к сопротивлению в Москве в самые страшные дни октября-ноября 1941 года, прекрасно описал Станислав Грибанов (сам бывший военный летчик) в книге "Заложники времени" (Москва, "Воениздат", 1992 г.).

Грибанов — патриот, но и на него подействовали интеллектуальные помои антисталинщины 80-х годов. Поэтому приведу-ка я отрывки из его книги, лишь кое-где снабдив их своими комментариями.

"…С 21 октября по 20 ноября, в наиболее напряженные для Москвы дни, на город было совершено еще 54 налета. Немцы сбросили 657 фугасных и 19000 зажигательных бомб. Причем удары гитлеровские летчики старались наносить прицельно — по Кремлю, Генеральному штабу, электростанциям. Две 100-килограммовые бомбы упали вблизи штаба Московского военного округа на улице Осипенко. Чуть позже по этому штабу отбомбились более точно: несколько командиров были контужены взрывной волной, ранены осколками стекол.

В последних числах октября командующий войсками Московского военного округа и Московской зоны обороны докладывал в здании ЦК партии Щербакову. Во время доклада пикирующий бомбардировщик атаковал и этот дом. Сильную контузию получил Щербаков. Участники заседания с трудом выбрались из его кабинета с помощью сотрудников секретариата, когда на нижнем этаже вовсю бушевал пожар…

(То есть, немцы в 1941 применили против нас то, что потом с успехом применят американцы в войнах против Ирака и Югославии — высокоточные удары по "нервным центрам" страны, удары ослепляющие и обезглавливающие. Минимум стали и взрывчатки — максимум ущерба. Прим. М.К.)

В бомбардировках Москвы прямым попаданием полутонной бомбы почти полностью был разрушен театр имени Евгения Вахтангова. Сгорела Книжная палата на улице Чайковского, досталось и консерватории… Три фугаски ударили и по Третьяковской галерее, четырежды бомбили Музей изобразительных искусств. Чудом как-то спасли музей-усадьбу Льва Толстого, куда бросили 34 "зажигалки"! Но вот взрывом 1000-килограммовой бомбы полностью были разрушены и повреждены около двух десятков зданий на Овчинниковской набережной. Такая же 1000-килограммовая фугаска рванула у Никитских ворот, напротив памятника Тимирязеву, да так рванула, что воронка получилась около десяти метров глубиной. Памятник Тимирязеву снесло взрывной волной и разбило. Полуразрушены были ближайшие здания, скручены трамвайные рельсы…

(Немцы старались поразить прежде всего наше сознание, нанося удары по памятникам искусства и культуры, по символам русскости — М.К.)

К утру памятник ученому стоял на месте. Воронку засыпали. Трамвайные линии заменили новыми. В официальных отчетах это называлось "ликвидацией очагов поражения". К таким очагам относились заводы "Динамо", "Серп и Молот", ГПЗ-1, фабрика "Парижская коммуна", Всесоюзная строительная выставка, издательства газет "Правда", "Известия", Большой театр, Московский государственный университет, улица Горького.

15 фугасных и несколько сотен зажигательных бомб упали на территорию Кремля, дважды — на здание Арсенала. При этом погибло около ста красноармейцев Кремлевского гарнизона! Печать обо всем этом сообщать не слишком торопилась…

(А надо было об этом истерически сообщать в каждом выпуске газет и радионовостей, заражая страхом и Москву, и всю страну? Давать фото жертв и разрушений, гнать в прямой эфир интервью с обезумевшими от горя и охваченными ужасом людьми, стоны раненых и рыдания женщин? К чему подобное действие СМИ привело в Голландии, Норвегии и Франции 1940 года, мы уже хорошо знаем. Именно то, что СМИ Сталина жестко контролировались, дозировали сообщения и сохраняли спокойствие, и позволило нам не пасть жертвой дикой паники в те дни. Еще раз оправдал себя решительный шаг Сталина — изъятие у людей радиоприемников, что сделало страну неуязвимой для ударов гитлеровского "пси-оружия" — радиопропаганды. Поэтому немцы не могли провести и операцию в духе "цунами страха", которая так удалась им во Франции.

Сталин прекрасно уразумел еще одну особенность психовойны. Больше всего людей деморализует ломка привычного порядка вещей — парализованный городской транспорт, например. Поэтому и памятник наутро восстановили, и трамваи вновь пустили — М.К.)

А с середины октября немцы налетали на Москву уже не только ночью, но и днем — по 4-5 налетов в сутки — и не только бомбили, но и обстреливали город из пулеметов.

Вот что рассказал о тех днях генерал И.И.Лисов, бывший заместитель командующего воздушно-десантными войсками, тогда — сотрудник разведотдела этих войск:

"До Арбата, помню, мы шли по Кировской, площади Дзержинского, мимо Центрального военторга (шли по Лубянке, мимо уничтоженного нынче Лужковым магазина-памятника архитектуры 1912 года — М.К.) и видели суровую картину, как Москва готовилась к защите. При подходе к кинотеатру "Художественный" нам довелось почувствовать близость гитлеровцев — два их самолета шли на бреющем полете от Кропоткинских ворот и вели плотный пулеметно-пушечный огонь по людям вдоль Малого Садового кольца. Мы переждали обстрел, прижимаясь к домам и подворотням, а по кольцу уже неслись санитарные машины, где-то рядом они были нужны пострадавшим людям".

Вот те фунт! Вдоль Малого Садового среди бела дня да на бреющем!

(Узнаете стиль пси-атак Люфтваффе, полетов на бреющем над Копенгагеном и Осло? — М.К.)

В конце месяца налеты противника проводились почти непрерывно — и днем, и ночью. Четырежды воздушная тревога объявлялась 28 октября. В ноябре немцы совершили еще 41 налет на Москву. Из них 24 ночью и 17 днем. На пятый день после парада в честь 24-й годовщины Великого Октября бомбардировщики противника еще раз нанесли удар по зданию ЦК партии. Долго длился пожар на Старой площади (где сейчас — администрация россиянских президентов) — больше недели. Пожарные сквозь пламя и дым выносили из здания ЦК раненых, пострадавших от взрыва мощной фугасной бомбы.

Совинформбюро о таком тоже помалкивало — так ли это важно для правительственного агентства — какие-то пожары… В их сводках говорилось, что немецкие летчики, "рассеянные и деморализованные" огнем наших зениток, бросали свои бомбы в леса да на поля еще на подступах к столице. Ну, а 110 тысяч одних только зажигательных бомб — почти по две бомбы на каждый московский дом! — это так, ветерком попутным занесло…" (С.Грибанов. Указ. соч., с. 130-131)

(Опять Грибанов по-идиотски ерничает. Вы только представьте себе, что творилось бы в стране и в войсках в сорок первом году, если бы наше ведущее информационное агентство начало тогда сообщать о горящих в Москве центрах власти и управления страной! И так нервы тогда натянулись до предела, враг пер вперед, мы терпели поражение за поражением — а по мысли автора, нужна была полная гласность? Живые картины пылающих московских кварталов? Слава Богу, осенью 1941-го рычаги власти оказались в руках умных и волевых товарищей — М.К.)

Об этом почему-то не вспоминают, но Сталин после бомбежек регулярно появлялся на улицах Москвы, проверяя посты на улице Горького (Тверской), Земляном валу и Смоленской площади. А однажды, как свидетельствует охранник Сталина А.Рыбин, красный император вышел из машины в четыре часа утра на Калужской площади. Вокруг полыхали деревянные дома, машины скорой помощи подбирали убитых и раненых. Потрясенные люди окружили Сталина. Глядя на плачущих детей, жавшихся к матерям, он произнес:

— А детей надо эвакуировать вглубь страны.

На вопросы о том, когда остановим немца, ответил:

— Будет и на нашей улице праздник!

В другой раз Сталин после налета пошел по улице Горького. У Елисеевского магазина женщина, увидев его, вмиг взобралась на постамент уличного фонаря и заголосила, что нельзя руководителю страны ходить по улице в такое время, рискуя жизнью. Сталин только развел руками.

Слухи об этих выходах В.В.С. распространялись в народе, поднимая его дух. К слову: когда начались тяжелые налеты на города Германии, Гитлер ни разу не посетил пострадавшие районы! А вот Сталин это делал.

Итак, немцы пытались воздушным террором сломить нашу волю к сопротивлению и породить панику. Так же, как и американцы при налетах на Белград в 1999-м. Но если это сработало в Чехословакии (только угроза налетов!), в Норвегии, Дании, Голландии, Бельгии и во Франции, если в 1938-м перед перспективой бомбежек побледнели от ужаса и Лондон, и Париж, то сталинский СССР, как оказалось, обладал стальными нервами и сильными защитными механизмами против волны массового страха. Вот и сами судите — были ли оправданы суровые и крутые меры по пресечению паники в те годы. Прежде чем обвинять Сталина в жестокости, вспомните-ка то, что творилось в Европе при аналогичных операциях Гитлера.

Русские тогда смогли совладать со смятением и ужасом. И - победили!

Погашенная паника 15 октября 1941-го
И все же был момент, когда Москва повисла на волоске. В ней действительно вспыхнула дикая паника. И дело было 15 октября, во время ожесточенных боев на подступах к столице.

К тому дню немцы заняли Тверь-Калинин, Можайск и Малоярославец...

— В середине октября пошли слухи, что фронт прорван, а Сталин и правительство из Москвы сбежали. Да говорят, что еще Левитан, якобы, выступая со сводкой по радио, всего лишь один раз оговорился, сказал "Говорит Куйбышев" вместо дежурной фразы: "Говорит Москва". Начальство на многих предприятиях погрузило семьи в грузовики и оставило столицу. Вот тут и началось. Горожане дружно кинулись грабить магазины и склады. Идешь по улице, а навстречу красные самодовольные пьяные рожи, увешанные кругами колбасы и с рулонами мануфактуры под мышкой! Но больше всего меня поразило следующее - очереди в женские парикмахерские. Немцев ждали. Вся территория в радиусе нескольких километров вокруг Казанского и Курского вокзалов была забита кричащими и плачущими людьми, грузовыми машинами, дикая паника, многие стремились уехать из города любой ценой. Помню, как по шоссе Энтузиастов, единственной дороге на Муром и Владимир, молча проходили десятки тысяч людей. Но уже 16 октября власти спохватились и постепенно навели порядок в Москве. На улицах появились усиленные патрули. В городе формировали добровольческие коммунистические дивизии. Навстречу своей горькой и трагической судьбе шли отряды гражданских людей, вооруженных старыми винтовками и охотничьими ружьями. Шли пожилые люди, семнадцатилетние юнцы и множество мужчин интеллигентного вида в очках (до войны "очкариков" в армию не призывали), - вспоминает на страницах газеты "Дуэль" Е.А.Гольбрайх.

Все началось с того, что советское правительство решило часть государственного аппарата управления переместить в безопасное место. Это было сделано в 11 часов дня на заседании Совнаркома. При этом сам Сталин столицу твердо решил не покидать. Отказался от предложений вывезти его на самолете. Однако частичная эвакуация наркоматов породила панику.

На нынешнем "ЗиЛе" распорядились выдать зарплату рабочим за две недели вперед, а фабрично-заводскую молодежь и учащихся техникумов стали пешим порядком эвакуировать на восток. На заводе начался возмущенный митинг: рабочие хотели идти работать в цеха, но те уже были заминированы. Люди кричали о том, что правительство уже удрало из